После полуночи не играть. Коллекция хоррор-рассказов - Ангелина Шэн

Леша опасался зеркала. Он жаждал избавиться от него. Думал, что так покончит и с ночными кошмарами.

Когда отец был в добром расположении духа, Леша решился и вновь предложил:

— Пап, может, всё-таки выкинем зеркало?

Отец помрачнел, улыбка сползла с его лица, добрый взгляд исчез. Он нахмурился, задрожал от злости и заорал:

— Чтобы я больше этого не слышал!

Мальчик съежился от страха.

— Ты меня понял, щенок? — продолжал орать отец, вцепившись в ворот Лешиной рубашки. — Не смей прикасаться к нему! Ты меня понял?

— Д-да, — пролепетал мальчик.

Отец ослабил хватку. Выдохнул. Приклеил обратно на лицо добренькую улыбочку.

— Так-то лучше. Что хочешь на ужин?

Леше было всё равно. Он больше ничего не хотел. Разве что одного — чтобы отец пришел в себя. Мальчик запутался в том, что с папой происходит. Какой он настоящий? Не сошел ли с ума? И как понять изменения во внешности — это же нереально. Такого просто не может быть.

***

ОТЕЦ НЕ ВЕРНУЛСЯ ДОМОЙ.

Сегодня он был мрачным, не общался с Лешей, как и всегда в такие дни. Других странностей в отце мальчик не заметил. Разве что тот опять начал тащить в дом хлам. Принес какие-то пружинки и старые велосипедные шины. Свалил их перед входной дверью и ушел, оставив ее нараспашку.

Леша поначалу был рад, что не придется сталкиваться с угрюмым отцом. Лучше дождаться «доброго дня». Но миновала полночь, а он всё не возвращался. Леша начал волноваться: раньше такого не случалось, отец всегда в одиннадцать был дома.

Леша любил отца, хотя временами и побаивался его.

Мальчик вышел на крыльцо, тихо позвал:

— Папа.

Словно тот мог быть совсем рядом и просто стеснялся войти в дом.

— Пап! — крикнул Леша. И еще громче. — ПА-АПА!

— А ну заткнитесь там! — прошипела соседка Люся. — Ночь на дворе!

Леша подождал, пока у Люси погаснет свет, и прошелся по улице. Фонари не горели — опять в поселке экономили электричество. Ночь стояла теплая и густая, в такой не то что заплутавшего отца — себя не сыщешь. Леша вернулся домой.

Что-то подтолкнуло его в отцовскую комнату. «Просто проверить, не пришел ли», — убеждал себя мальчик, но знал — дело не только в этом. Комната выглядела так, словно сквозь нее пронесся ураган: кресло перевернуто, вся одежда вывалилась из шкафа, подушки разорваны — всё в синтетическом наполнителе, карниз обвалился.

— Что здесь произошло? — прошептал Леша.

«Ничего. Уходи», — раздался в его голове голос, похожий на мамин. Или действительно мамин. Леша начал забывать, как он звучит. Мальчик тряхнул головой — кажется, это ему кажется — и двинулся к зеркалу. Пока отца нет, он избавится от проклятого предмета. Пусть тот накричит, пусть накажет, пусть не разговаривает год, но больше этого монстра в рассохшейся раме в их доме не будет!

Ноги отяжелели, отказываясь нести Лешу к зеркалу. Невидимая сила выталкивала мальчика из комнаты, не давая приблизиться к зловещему предмету. На секунду Леше показалось, что перед ним стоит зыбкая, почти прозрачная мама. «Нельзя смотреть в зеркало после полуночи, — говорила она. — Уходи, сынок». Леша задрожал, вспомнив это мамино суеверие, но решимости не убавилось. От этого старья нужно избавиться, и другого такого шанса могло не выпасть.

Казалось, прошла вечность, пока он преодолел расстояние в пять роковых шагов, чтобы встать прямо перед зеркалом. «Оно ничего мне не сделает», — убеждал себя Леша, пытаясь заглушить растущий внутри ужас. Капля холодного пота стекла по его спине. В тусклом свете комнаты почти ничего не было видно — темный силуэт. Леша потянул к зеркалу руки, и в этот миг отражение задрожало, становясь четче. Мальчик увидел в зеркале себя — глаза, уши, рот, растянутый в улыбке. Но Леша не улыбался!

— Это не я! — вырвалось у мальчика.

Отражение подмигнуло. И на этот раз Леше не показалось.

Мальчик попытался убежать, но словно прирос к полу. Его приковали, заставили смотреть на жуткое, искаженное подобие себя. Отражение отступило, скользя по поверхности зеркала, всё так же едко улыбаясь. Из-за его спины выглянула не-мама, как в Лешином кошмарном сне — с темными глазами и шеей, вывернутой под неестественным углом. Руки ее безвольно повисли, будто плети. Не-мама жадно уставилась на настоящего Лешу, клацая острыми, как у хищника, зубами. Рядом с ней возник добрый отец. Он ласково смотрел на Лешу и манил его пальцем. Мальчику стало жутко, ему не хотелось идти к доброму отцу. Тогда тот, притянув зазеркального Лешу, потрепал его по голове. Отражение неестественно улыбалось и пыталось поцеловать доброго отца, но его губы не могли попасть в лицо, неловко чмокая воздух. Не-мама беззвучно захохотала, обнажая острые зубки. Добрый отец затеял хоровод. Зазеркальный Леша и не-мама протянули к нему свои тонкие руки, покрытые сине-фиолетовыми венами. Вцепившись друг в друга, отражения начали медленно кружиться. Они спотыкались, падали, наступали друг на друга, вставали в круг заново, снова спотыкались, снова падали. Беззвучно хохотали, задирая головы так, будто в их шеях не было позвонков — держались лишь на коже. Между ними ходил серый-пресерый Кузя. Вместо глаз у кота зияли черные дыры. Шерсть висела мертвыми клоками, некогда пушистый хвост торчал тощей палкой.

Вдруг зазеркальный Леша вышел из жуткого хоровода, пнул жуткого Кузю и стал приближаться. Не-мама и добрый отец продолжили кружиться, падать, наступать друг на друга. Отражение было всё ближе и ближе, ближе и ближе. Леша окаменел — он не мог даже моргать. Из зеркала к нему потянулись мальчишеские бледные руки, схватили его за футболку и с чудовищной силой потянули на себя.

— Не-е-ет! — раздался отчаянный крик за Лешиной спиной.

Последовал толчок, руки, сжимающие мальчика, расцепились, он рухнул на пол.

— Нет, — повторил мрачный отец, накидывая на зеркало покрывало. — Зачем ты сюда пришел?

В отцовских глазах читались усталость и страх. Он обхватил Лешину голову тонкими дрожащими ладонями и зарыдал, хотя казалось, что в его иссушенном теле не осталось ни слезинки.

— Зачем ты заглянул в него? Еще и ночью…

Зеркало под покрывалом нервно подрагивало, словно пленник, рвущийся на свободу. Леша отодвинулся от него подальше.

— Я хотел нам помочь…

— Помочь? — горько ухмыльнулся отец. — Раньше помощь нужна была только мне, а теперь нам обоим. Они так просто не отстанут.

— Кто «они»? — выдавил из себя Леша.

— Они. — Отец кивнул на дергающееся под покрывалом зеркало. — Твой зазеркальный двойник нашел тебя.

ОН ПРИНЯЛСЯ ИЗВЛЕКАТЬ ИЗ ПАКЕТА странные предметы, раскладывая их на полу.