Королева - Крейг Дэвидсон

Будто с неба упала бомба, а не человек. Его галстук, эта красная ленточка, свисал с шеи. Звук падения был совсем не таким, каким его обычно представляют – громкий «шлеп».

Взгляд Итана был отстраненным, будто он не понимал, зачем рассказывает все это. Для него, казалось, не произошло ничего сверхъестественного.

Нет, это было как взмах крыльев цапли. В конце концов часть его попала на меня, но я узнал об этом позже. Прилипла к рукаву моего пиджака. Думаю, это были ошметки его глаза.

Годами, переходя мост, я каждый раз представляла этого человека, но иногда вместо него падала я, и красный галстук развевался у меня на шее, как флаг на сильном ветру.

Сейчас, когда мы с Гарри пересекали мост, я поймала себя на том, что вспоминаю день спустя несколько лет после того, как этот человек прыгнул. Летний день на берегу реки, недалеко от моста. Мы с Плам просто гуляли, без какой-либо конкретной цели. Я подняла камень из быстро текущей воды. Вспышка изумрудно-голубого цвета. Речной рак, недавно полинявший.

Это зрелище пробудило в памяти образ банкира-самоубийцы, падающего вниз. Я подумала, что полицейские-водолазы вряд ли нашли его тело. Разве что достаточно останков, чтобы заполнить гроб хоть чем-то и написать на могиле: «Здесь лежит тело растратчика Эрни». Остальное теперь покоилось на дне реки, став едой для морских рыб, водяных тараканов, которых дети называли «кусачими», и раков.

В тот день я нашла самку. Под хвостом у нее была кладка жемчужных мешочков с яйцами.

– Какая гадость, – сказала я Плам.

Сотня или тысяча детей. Эта мысль вызвала у меня отвращение. Но раки относятся к этому по-другому. У самки-рачки вылупились яйца, и детишки начали носиться по ней, ползая по ножкам и клешням, взбираясь по глазным яблокам…

Телефон зазвонил снова. Я неохотно вытащила его.

НЕИЗВЕСТНЫЙ АБОНЕНТ.

Личность звонившего не имела никакого значения: полицейский участок находился в пяти минутах езды, и ничто не могло помешать нам отправиться туда… Но, кто бы это ни был, он мог рассказать что-то, что поможет расследованию.

– Что? – Я ответила на звонок.

– Привет, Маргарет.

Бархатистость этого голоса словно пустила аккумуляторную кислоту по моим венам.

– Кто это?

Раздался издевательский смех.

– Да не притворяйся. Ты и так знаешь.

Я точно знала, что это не Плам. Но ведь это она прислала мне телефон, не так ли?

– Останови машину, и мы поговорим.

И тут меня осенило – глухой звон колокольчика в голове, – что на земле есть только один человек, который мог бы это сделать.

– Я не собираюсь с тобой разговаривать, Серена. Это же ты, не так ли?

Ее смех зазвенел в моих ушах.

– Ну разве ты не умница? Что, злишься на меня из-за мистера Фостера? Он очень плохой человек, – наигранно промурлыкала она. – Пользуется своим положением, чтобы манипулировать этими бедными девочками.

– Не останавливайся, Гэр.

– Ты ведь знаешь, что Чарити у меня?

Такая возможность мне и в голову не приходила. Я и представить себе не могла, что их пути пересеклись… Погодите, а как они вообще познакомились? Это же невозможно. Плам уже пропала к тому моменту, как Серена появилась в школе. И как…

– Она привязана к стулу в другой комнате, – прервала молчание Серена. – Хочешь, я пойду туда и отрежу ей, скажем, большой палец?

О господи.

– А может, и все пальцы на правой ноге разом?

– Не надо…

– Я могу ей и всю, мать ее, ногу отпилить.

– Остановись, – приказала я.

Гарри притормозил на Сент-Пол-стрит, напротив бильярдной. На телефонной линии затрещали помехи.

– Так-то лучше. Ну что, ты умница, Маргарет. Быстро соображаешь. Чарити рассказала мне о тебе все. Но, поверь, худшее, что ты можешь сейчас делать, – это пытаться понять, что происходит.

Моя рука потянулась к шее, под кончиками пальцев забился пульс. Этот человек, должно быть, похитил Чарити. Это единственное логичное объяснение.

– Если ты пойдешь в полицию, если кому-нибудь расскажешь, Чарити больше никто не увидит.

Мир накренился на невидимой оси; я увидела нечто в его темных шестернях, бледное, как газовый фонарь, с лицом сумасшедшего.

– Не причиняй ей вреда, пожалуйста.

– Тогда не провоцируй меня. Все так хорошо складывается. Чарити мне очень помогла. Кто еще мог прислать эти сообщения? Девяносто девять ниндзя. Она хотела, чтобы ты увидела, окей? Чтобы ты узнала. Можешь мне верить или нет, но она хочет, чтобы тебе все было ясно. Честно говоря, гораздо больше, чем я. Так что все, что тебе нужно делать, – это в точности выполнять мои указания. Я обещаю: ты не пострадаешь. Я ничего не имею ни против тебя, ни против Маргарет, ни против Гарри.

– Зачем тебе Чарити? Что ты имеешь против нее?

– Ничего, – сказала она после паузы. – У нас одна цель.

Два мужика, ссутулившись, вышли из бильярдной на тротуар. Со слишком большими животами, в слишком коротких рубашках, а еще с голубыми бутылками в руках. Я пыталась сосредоточиться на их обнаженных пупках, но сердце колотилось так сильно, что перед глазами заплясали черные точки.

– Сегодня я хочу показать тебе еще кое-что, Маргарет.

– Я сделаю все, что ты попросишь. Главное – оставь ее в покое.

– Удивительно, что ты о ней так беспокоишься.

– Ты о чем?

– Чарити рассказывала мне о письме. Да, лучшие друзья не знают о понятии личных границ. Она нашла его в ящике твоего стола, под какими-то там ленточками и прочей фигней.

Письмо в университет. Вот как Плам узнала. Раз она обнаружила это письмо, то подозревала – и не без оснований, – что мистер Фостер мне с этим помог.

– Как, по-твоему, мы с Чарити нашли друг друга, а? Она искала новую лучшую подругу, чтобы заменить тебя.

– Нет! – закричала я. – Это не так, и она знает, что…

Звонок прервался.

Я машинально опустила телефон в подстаканник. Тем же механическим движением согнулась пополам, опустив голову между бедер, и пронзительно закричала.

– Мэгс, ой, Мэгс, ты чего…

Я закричала так сильно, что задрожали стекла в окнах. Это было так приятно. Словно прорвало плотину. Рука Гарри легла у меня между лопаток – слишком теплая, как толстая грелка с горячей водой, – но я слишком устала, чтобы сопротивляться.

Я наконец-то вышла из ступора, выпрямившись. Опустила солнцезащитный козырек и осмотрела в зеркале свое покрытое пятнами лицо.

– Я в порядке.

– Точно? – Гарри мне, кажется, не поверил. Он коснулся кончиками пальцев моей мокрой от слез щеки. – Ты хороший друг, Мэгс.

– Если бы ты знал меня получше, то ни за что бы этого не сказал.

Гарри наклонился