Шёпот - Анастасия Пименова

Глава 14

С каждой пройденной милей мне все больше кажется, что мы не выберемся отсюда, что навсегда останемся с теми, кто не так давно погиб. Что мы тоже умрем.

Дилан, Эби, Джоэл… и все остальные.

Я даже не знаю, что с другими людьми, которые отправились со Стивеном и с Грейсоном. А с Джеймсом? Что с ним? Возможно, все они тоже уже мертвы.

Возможно, и мы с Акселем движемся навстречу нашей смерти.

Я не хотела бы умирать в одиночестве. Эту мысль вдруг понимаю слишком отчетливо. Я бы хотела, чтобы кто-нибудь был рядом и держал меня за руку в такой момент… Как это было с Мэди.

Стоит подумать о подруге, как я прикрываю на мгновения глаза, чтобы снова отвлечься.

Избегать плохих мыслей легче, чем постоянно думать об этом.

Птицы давно умолкли. Только шорох наших шагов по сухой листве и слабое позвякивание ножа, что всё ещё у него за поясом. Я смотрю на спину Акселя и думаю: а он боится?

Выглядит, будто нет. Но, может, он просто умеет скрывать? Или ему уже нечего бояться?

Не знаю. А спрашивать не хочу.

Ноги всё чаще заплетаются, и вскоре я опускаю голову, глядя только вниз, потому что даже вперед уже тяжело смотреть.

Нужно просто… идти, переставлять ноги. Не падать и не сдаваться.

Спокойное состояние в один миг сменяется на тревожное, когда я слышу шорох. Сначала мне кажется, что это животное, но, прислушиваясь, понимаю, что животное не может быть сразу в нескольких местах. Да, возможно, их несколько, но… Предчувствие говорит о том, что это нечто страшнее.

Мы останавливаемся с Акселем практически одновременно, и он кидает в мою сторону быстрый взгляд, когда я нервно оглядываюсь по сторонам.

Сердце начинает ускорять свой ритм.

Парень достает нож, когда я среди деревьев замечаю человеческий силуэт. После ещё и ещё один.

Безумные.

Рукой указываю Акселю в ту сторону, а он показывает мне в другом направлении, когда я щурюсь и вижу… ещё нескольких безумных.

Я ранена. Из оружия только нож.

Мы не справимся, если они нас услышат.

Кажется, всё вышеперечисленное понимает и Аксель, потому что он прижимает палец к своим губам, показывая, чтобы я молчала.

Киваю.

Мы не делаем ни шага. Просто стоим, как будто замерли в кадре, в ожидании, что кто-то нажмёт на паузу и даст нам ещё несколько лишних секунд жизни.

Я чувствую, как пот медленно стекает по спине, щекочет шею, сливается с грязью на лице.

Аксель рукой велит мне медленно и очень тихо отойти назад, что я и делаю, осторожно наступая на землю и избегая веток с сухими листьями.

Они движутся в нашу сторону. Это хреново совпадение, но из всех путей они выбрали тот, что ведет к нам. Именно поэтому мы и пытаемся отойти, уйти в сторону с их пути.

Медленные вдохи и сжатые кулаки единственное, что могу позволить себе сейчас.

Мой взгляд замечает широкое дерево, возможно, там получится переждать, поэтому я немного меняю траекторию и касаюсь пальцами плеча Акселя, указывая куда пойдем. В этот раз кивает он.

Шаг за шагом мы медленно продвигаемся к цели, даже ещё медленнее, чем сами безумные, которые на собственный звук, что издают, никак не реагируют.

Ветка под ногой Акселя предательски хрустит, и я сжимаю зубы, чтобы не выругаться. Краем глаза вижу, как один из безумных поворачивает голову. Резко, как у птицы.

Я замечаю, как напряжение в его теле меняется, он готовится сорваться, почти как пружина.

Его безумное лицо искажается, разложившаяся плоть в нескольких местах болтается и от движений держится всё слабее.

Медленно приседаю, превозмогая боль, и тянусь за камнем.

Аксель перехватывает мой взгляд и сразу всё понимает.

— Сразу же побежим, — лишь тихий шёпот Акселя перед моим броском.

Раз, два, три… и я кидаю камень в сторону, туда, где грохот спровоцирует шум и отвлечёт их.

Камень ударяется о ствол. Безумные вскидываются, двигаются туда.

В следующую секунду мы срываемся с места.

Я не знаю, как моя нога держит меня. Не знаю, как я не кричу от боли. Просто бегу. Сквозь кусты, ветки, мимо деревьев, которые мелькают перед глазами. Аксель рядом, немного впереди, будто расчищает путь.

Позади слышны дикие, рваные крики.

Бежим дальше, несемся прочь от мутантов.

Я спотыкаюсь, падаю на колено, но Аксель уже хватает меня за руку, поднимает, как будто я ничего не вешу, и тянет дальше.

Мимо мелькает мёртвое дерево, дальше овраг, и парень сворачивает туда, а я прыгаю за ним, просто следом, даже не раздумывая.

Приземление выходит жестким, но тут есть, где спрятаться.

Мы замираем, лежа рядом друг с другом и смотря на то, как безумные проносятся мимо. Я зажимаю рот ладонью, чтобы не дышать слишком громко. Чувствую сейчас лишь то, как дрожит всё моё тело.

Хочу закрыть глаза, чтобы не смотреть на изуродованные вирусом тела, но заставляю себя видеть. Смотреть на то, во что превращаются люди из-за этого. Некоторые выглядят совсем разрушенными: кожа свисает с костей, одежда вся в клочьях, глаза слишком пустые, стеклянные… кровавые.

Один из них спотыкается и врезается в дерево, оставляя на коре бурое пятно. И пока он поднимается, другой хрипит так, будто его лёгкие сгорели изнутри.

Вроде бы, они все пробегают мимо.

Аксель лежит рядом, почти не шевелясь, но я чувствую, как его плечо напряжено, как каждая мышца у него натянута, словно струна. Он тоже смотрит.

Когда последние фигуры исчезают за деревьями, я