Ленивый герой - Nezloi

Судя по взгляду, которым родительница смерила Алёну, она уже поставила на неё несмываемое клеймо шлюхи.

Подскочив к нам, мама довольно грубо оттёрла плечом растерявшуюся женщину и выдернула мою кисть из её руки.

— Вы хоть знаете, сколько ему лет⁈ — прошипела мама растерянной Алёне. Мама в своей мнительности почему-то решила, что меня «сняли» и вели в укромное местечко для «отработки».

К счастью, Алёна не зря была помощником режиссёра: быстро въехав в ситуацию, она очень убедительно объяснила маме, кто она и куда меня вела.

«Похоже, с смазливым личиком и харизмой я перестарался. Надо было вообще не брать „Эстетику тела“. Пока от этого больше проблем, чем денег!»

Время моего эпизода подошло незаметно. Я только успел пристроить голову на плече у мамы, как помощник режиссёра — не Алёна, а тот самый лысоватый мужик с кастинга — стал криками в мегафон созывать нас на площадку. Он же расставил нас по местам.

Я с «сестрой» (кстати, реально выглядевшей как моя старшая сестра — тоже блондинка с голубыми глазами) заняли столик в том самом фальшивом кафе, на втором плане. На первом сидела главная героиня с «друзьями»: у них на фоне нашего спора должен был состояться важный для сюжета разговор.

Не дожидаясь воплей «камера» и «мотор», я мгновенно вошёл в образ. Отыгрывать двенадцатилетнего мальчика оказалось сильно легче, чем изображать взрослого. Я даже голос сделал выше на четверть октавы.

Дождавшись отмашки, начал играть, но не успел довести сцену и до половины, как режиссёр остановил нас — к счастью, не из-за меня. Дав несколько указаний главной героине и ещё одному актёру, начали снова. И опять режиссёр был недоволен: на этот раз он требовал от всех «достоверности» — кроме меня. Особенно досталось моей «старшей сестре».

Третий дубль тоже показался режиссёру неудачным, как и четвёртый, и пятый, после которого он объявил перерыв на десять минут.

Интерлюдия.

— Что случилось, Герман? — сексапильная помощница режиссёра Алёна, по совместительству любовница, тихо подошла к своему мужчине со спины и стала массировать его плечи.

— Эти долбаные бездарности… Меня уже тошнит от них, — без гнева, скорее устало, произнёс режиссёр.

— Ты же почти доснял сезон! Что не так?

— Мальчишка, тот белобрысый, играющий Тони Лунатика.

— А что не так? Он вроде хорошо справляется.

— В том-то и дело, что слишком хорошо. Он даже на втором плане перетягивает внимание, а на его фоне они ещё и выглядят как дерьмовая сельская самодеятельность! — Герман вяло махнул рукой.

— Может, сказать ему…

— Что сказать⁈ Чтобы играл похуже⁈

После перерыва режиссёр изменил сцену: теперь я по большей части находился к камере спиной. Что неожиданно не понравилось менеджеру агентства — он даже пошёл разбираться к режиссёру. Но, похоже, ему не хватило авторитета вернуть всё как было. Впрочем, кое-чего он всё же добился: три секунды меня снимали в анфас, ещё парочку уделили профилю, а всё остальное время — затылку.

Меня экранное время не волновало: главное, что мой гонорар не изменился.

После таких перестановок сцену сняли с одного дубля. Правда, режиссёр почему-то по-прежнему не выглядел довольным. Что-то бормоча о бездарностях и дурновкусии, он опять объявил перерыв и вместе с помощницей куда-то удалился. Бормотание режиссёра по губам прочитала Маруся.

Так как на этом моя роль исчерпывалась, наш менеджер недовольный урезанием моей роли быстро нас собрал, впихнул в машину и повёз обратно.

— Айдлэ! — окликнул меня менеджер. Дождавшись, когда мы с мамой синхронно на него посмотрим, он слабо улыбнулся и продолжил: — Стравинский тобой заинтересовался. Я лично слышал, как он приказал своей помощнице записать тебя в ежедневник.

На лицах коллег, желающих вид, что им не интересно, прорезалась зависть.

Я изобразил радость, хотя ничего не почувствовал.

Сегодня я больше ничего не делал: просто лежал на кровати, много читал, часто ел и снова лежал.

Уже поздно вечером случилось радостное событие, которое взбудоражило всю семью: на карту Александры Андреевны пришли деньги за съёмки — двадцать восемь тысяч рублей. Вообще-то должно было быть тридцать пять, но агентство вычло свои двадцать процентов.

Все были в восторге, а отец — удивлён и, кстати, тоже рад, хотя и пытался скрыть это.

— Это что получается, ты за полдня заработал мою недельную зарплату? — спросил отец.

Я гордо выкатил грудь.

— Дождусь, когда твой заработок станет постоянным, и уволюсь, — шутливо пообещал отец.

Из всей суммы мне досталось две тысячи рублей, остальное ушло в семейный бюджет. Причём у меня были подозрения, что и этих денег я бы не увидел, если бы не опасения матери, что от безденежья я снова пойду «на панель».

Следующий день опять посвятил своему любимому занятию — безделью и неге. В какой-то момент Маруся даже напомнила мне о бедности семьи. Причём это я в своё время попросил её так делать, чтобы придать мне мотивации двигаться.

С тяжёлым вздохом я закрыл на телефоне книгу и взял оставленный сестрой ноутбук. Кстати, несмотря на то, что ноутбук ей был нужен для учёбы, Александра Андреевна мне его всё же оставила. Что примечательно, основная причина такой доброты была в том, что сестра серьёзно подсела на роман «Песнь льда и пламени». Каждую главу она буквально глотала, а потом трясла меня как грушу, требуя ещё.

Накропав пару глав, решил, что сегодня я поработал более чем достаточно, закрыл ноутбук и взялся за телефон.

Вывести накопившиеся «наградные» деньги с Author.Tomorrow было делом нескольких минут. Правда, с обоих аккаунтов получилось всего чуть больше двух тысяч. Больших сумм я и не ожидал: всё-таки коммерческого статуса я всё ещё не получил. А снятые деньги были наградами от благодарных читателей.

— То-то сестра удивится, — проворчал я, вспомнив, что в качестве получателя указал её банковскую карту, моя «детская», для этого не подходила.

И только вечером, когда вся семья собралась на ужин за общим столом, Александра Андреевна в «торжественной» обстановке полезла в телефон посмотреть, как себя «чувствует» моя песня, залитая вчера ночью на «Вейбо» и другие стриминговые платформы.

— Серёжа, ты только не расстраивайся, — заранее стала утешать меня мама, погладив тёплой ладонью по голове.

— Что⁈ — восклицание сестры собрало на ней взгляды всех родных.

— Давай не томи уже! — выкрикнула любопытная тётя Таня.

Александра Андреевна неверяще посмотрела на меня и покачала головой:

— С ума сойти, миллион просмотров!

— Что⁈

— Серьёзно⁈

Я выхватил телефон из рук Александры Андреевны и впился глазами в экран. Действительно, под моим роликом значилось семизначное число. Лайков, кстати, было прилично — что-то около двухсот