Искра Свободы 7 - Александр Нова

Ответ прозвучал буднично. Без попытки произвести впечатление. Я посмотрел на рыцаря.

— При вашем мастерстве вы могли бы сами выбирать, за какие дела браться.

— Мог бы. Мне предлагали.

— Но вы остались у герцога?

— Я обещал ему службу, Фир. Он выполняет свои обязательства передо мной. Я — перед ним.

Рядом прошёл оруженосец, таща погнутый щит. Ландри отодвинул ногу, пропуская парня, и продолжил:

— Его светлость может выслушать меня, может поступить иначе. Ответ за решение всё равно держать ему. Но он должен знать, что порученное мне будет сделано. Если после каждого разговора придётся выяснять, не передумал ли я служить, зачем ему вообще такой человек?

Я кивнул.

С этой стороны всё выглядело вполне разумно. Сам я тоже хотел бы знать, что капитан моей роты выполнит договорённости, а не начнёт пересматривать их при первом неудобстве. Причём Ландри вовсе не производил впечатления человека, которому нечего сказать начальству. Сказать он явно мог. Просто не считал собственное несогласие достаточным основанием, чтобы нарушить своё же слово.

Хорошее качество.

— Похоже, его светлость в вас не ошибся, — сказал я.

Ландри слегка улыбнулся.

— Надеюсь.

К навесу подошёл человек в дорожном плаще. Остановился перед рыцарем и поклонился. Плащ у колен посерел от дорожной пыли. Посыльный даже не посмотрел на площадку.

— Сэр Ландри. От его светлости.

Посыльный протянул конверт с герцогской печатью.

Ландри поднялся и взял письмо. Я тоже встал, демонстративно отступил на шаг и повернулся к полю — не стоит заглядывать в чужие письма, если хочешь подружиться с человеком.

За спиной тихо хрустнула печать. Я подождал. Я всё ещё хотел вернуться к последней сходке: кое-что собирался уточнить. Выждав достаточно, я оглянулся.

Ландри уже дочитал. Некоторое время он смотрел на лист, держа его за нижние углы. Губы рыцаря сжались. Когда он поднял глаза на меня, я успел заметить на его лице сожаление.

— Что-то случилось?

Ландри сложил письмо.

— Извините, Фир. У меня появились срочные дела.

Голос стал холодным. Только что мы сидели рядом, разбирали бой, улыбались. Теперь рыцарь смотрел на меня так, что я понимал: разговор закончен, и продолжения не последует.

— Конечно, — ответил я и чуть помедлил, оставляя Ландри возможность сказать ещё что-нибудь.

Ландри забрал шлем и перчатки, убрал письмо и вышел из-под навеса вслед за посыльным.

На прощание руки он не подал. Возможно, его светлость прислал какое-то неприятное распоряжение. У герцогского бретёра наверняка хватало обязанностей помимо знакомства со мной. Я остался стоять. Почему-то садиться на прежнее место больше не хотелось.

Как следует обдумать произошедшее я не успел: появилась Амели.

— Не видать тебе теперь первого места, командир, — с некоторым сожалением заметила девушка. — Как ты и сказал, в твоём бою с сэром Ландри я на тебя не ставила.

Амели сделала шаг ближе.

— И что дальше будет?

Я посмотрел на турнирную таблицу.

— Места с первого по восьмое мне уже точно не достанутся. Завтра один бой. Если выиграю его, займу девятое. Если нет, всё будет зависеть от того, как остальные участники проведут свои поединки.

— Да я не про это спрашиваю, — нетерпеливо перебила меня Амели. — На тебя завтра ставить или нет?

Я ещё раз взглянул на таблицу. Имя противника мне ничего не говорило. А вот отсутствие приставки «сэр» и титул «шевалье» намекали, что победу одержать можно. Я протянул Амели 270 лоренов.

— Поставь на мою завтрашнюю победу. А свои ставить или нет — решай сама.

Лис ухмыльнулся и тоже протянул свой кошель. Амели обречённо вздохнула и, забрав деньги, отправилась к букмекеру.

На следующий день свой последний бой я выиграл со счётом три — два. Пришлось потратить и «Время», и «Наследие», да и в целом схватка оказалась сложной. Но я твёрдо вознамерился войти в десятку лучших, и у меня это получилось. В решающей сходке отвёл меч Тенеброй и достал Астрой нагрудник противника. Шевалье признал попадание, мы пожали руки и разошлись.

Сразу после боя Амели принесла монеты. Я заработал ещё 56 лоренов. Учитывая предыдущий выигрыш, входной взнос получилось полностью отбить.

Основной финал остался за Ландри. Я досмотрел его у ограды и поаплодировал вместе со всеми.

Сразу после последнего боя судьи утвердили таблицу. Герольд объявил сэра Ландри де Валуара победителем клинкового турнира, затем огласил остальные места. Моё имя прозвучало девятым. Гул вокруг не стихал. Я мысленно повторил это «девятый». Хоть победа и не входила в мои планы, но попадание в десятку сильнейших грела душу.

— Пешие бои завершены! Награждение состоится в последний день турнира!

Я ещё раз посмотрел на таблицу. Те восьмеро, что стояли выше, действительно сражались лучше. По крайней мере, в рамках этих правил. Девятое место было моим. И его должно хватить для решения моих задач.

* * *

К вечеру я вымылся, переоделся в комлект одежды, который мне загодя купила Амели. «Этикет» выбор управляющей одобрил. Ещё раз окинул себя взглядом в зеркале — как известно, встречают по одежке, а я планировал завести деловые знакомства — и отправился на бал.

Ни Лиса, ни Амели на бал бы не пустили. Меня тоже не особо хотели, но приглашение Ландри и моё девятое место сделали свое дело.

В зале пахло горячим воском и духами. Свечи отражались в бокалах, камнях, полированных пряжках; куда ни повернись, что-нибудь да блестело.

Голова уже освоилась с «Этикетом (F) (⅗)». Теперь я знал, кому насколько глубоко кланяться и для чего возле тарелки лежит столько ложек. Вдобавок досталось знание трёх самых распространённых танцев.

Стоило музыкантам заиграть, как в памяти возникла нужная последовательность движений. С 19 Ловкости я мог исполнить её без единой ошибки. Вот ради чего, оказывается, стоило вкладывать ОР в развитие тела. Чтобы при повороте не наступить партнёрше на туфлю.

Пользоваться новым умением я не собирался. Мне требовались поручители, а не весёлое времяпрепровождение с девушками. Я медленно шёл по залу, пытаясь найти тех, чьи имена хотя бы запомнил: своих противников по поединкам.

Внезапно я замер.

Селена вошла вместе с Жоффруа и Арно.

Тёмно-зелёное платье сидело по фигуре. Ткань темнела в складках и вспыхивала зелёным там, где на неё падал свет. Каштановые кудри собраны высоко, открывая длинную шею. Селена больше не сутулилась и возвышалась над окружающими дамами почти на голову.

Мужчина рядом со мной замолчал на середине фразы. Его собеседник обернулся, дожидаясь ответа и тоже забыл тему разговора. Молодой дворянин, направлявшийся к столу, свернул так резко, что слуге пришлось отступить