Затмение; Год 1666 – Части 2, 3 - Нора Ольвич

Таким образом, наш дом на окраине в Лондоне занимали члены семьи, и он всегда ждал нашего возвращения.

Верная камеристка её светлости, она же няня близнецов и практически уже член семьи, сеньорита Тереса Аранда, отправлялась с нами во Францию.

Из Шотландского имения ей в помощь приехала старшая сестра — сеньора Эстер.

Рано овдовев, она была словно не у дел в семье, хотя думаю, что многое преувеличивала эта очень интересная женщина. Её дочь вышла замуж за французского моряка с нашего галеона, что остался рыбаком в северном имении, и миссис Эстер была готова освободить молодую семью от своего присутствия очень на долгое время. Посмотреть Францию была её давняя мечта, а ещё как мне казалось неуёмная тяга к путешествиям, не давала ей спокойно жить на одном месте.

Вот в принципе, и всё.

Спустя четыре месяца после рождения близнецов именно в таком составе мы без приключений пересекли пролив между Францией и Великой Британией.

Леди Диан практически не выходила из своей каюты. Одетая в монашеские одежды она полностью посвятила себя молитве. Ежедневно помогая нам со стиркой для близнецов, делала это молча, без каких-либо эмоций.

Её взор всегда был опущен, она словно отгородилась от всего мира этими ширмами и совершенно не вникала в происходящее вокруг. Она не слышала голосов своих малышей, громких и эмоциональных, особенно в ночное время суток. На этот счёт наши надежды не оправдались. Диан была непробиваема.

Кормилицу, желающую уехать с нами, мы так и не нашли. Очень порядочная женщина — протестантка, выкормившая наших близнецов, с большим сожалением отказалась покидать Лондон.

Что же, пользуясь предыдущим опытом, несколько коз и корма для них были загружены в трюмы галеона, а ещё живая птица и конечно же Уголёк. В этом вопросе леди Дениза была непреклонна.

— Я не оставлю его, я обещала показать ему Прованс, — её голос был уверен, как никогда.

— Моник также едет с нами.

Она вообще в последнее время словно надломилась, продавая отели в Лондоне, и устанавливая за них максимальную цену не терпела торга, это её сильно раздражало, если честно, то её раздражало всё…

— Как же они меня бесят, — коронная фраза, слетающая шёпотом с её губ, всё больше настораживала нас с княжной Эленой.

Несколько раз весьма в грубой форме графиня обрывала уверявшего её в чём-то прямо в нашем саду сеньора Доминго.

Прося мужчину не встречаться более на её пути, и соответственно не заводить разговоры с ней, в том числе и тех, что касались леди Иннес, она была неподобающе резка. Она кричала на дворецкого и просила отказывать этому человеку каждый раз, как только он явится на порог нашего дома.

— Я вовсе не собираюсь играть с ним в благородство. Его персона для меня не существует.

Мы понимали, что практически год назад ситуация с Филиппом вышла из-под контроля, и леди Дениза испытывая огромное чувство вины, не может справиться с тяжким грузом переживаний своими силами.

— Анжелик, давай поговорим… — шептала ей по вечерам, крепко прижимаясь к ней.

— Я Дениз, моя Душа, я давно уже не та беззаботная девушка, о которой ты помнишь, они сломали меня, Каталина…

— Ш-ш-ш, не спорь, послушай, он сам выбрал свой путь, представляешь, малютка Бланш не лежала бы на твоих руках каждый вечер и не дарила бы тебе свои беззубые улыбки.

Её вообще бы не было сейчас. Он просто приговорил её с Огюстеном, тогда в ту страшную ночь на озере. Невинных малышей, к смерти через удушение в воде, в утробе своей матери. И хотел сам привести этот приговор в исполнение. За что ты себя так изматываешь? Я нисколько не корю себя за то, что сделала. Ведь я шептала ему в лабиринте, что он в руках Всевышнего. Он был в сознании, он всё слышал. Отчего же тогда решился на преступление, мало ему было предупреждения.

Она смотрела в темноту и не шевелясь что-то шептала про себя. А затем засыпала в моих объятиях, с тем чтобы, утром вновь сведя брови смотреть в окно, любуясь туманным Лондонским рассветом, и думать, думать… ожидая скорейшего отбытия во Францию.

Мы старались предусмотреть всё, малыши были заняты весь день. Лабиринты и манежи для них, большая игровая мягкая площадка с подвесными игрушками, две удобные коляски, мы максимально старались облегчить себе быт на судне.

Оставив корсеты, отшили минимальное количество нарядов для возможности одеваться без прислуги. Также в почёте у нас были мужские одежды, а ещё великое множество подгузников из мягкой ветоши, которые не жалко было выбрасывать в волны океана.

* * *

В тот вечер, накануне отплытия, находясь уже на судне, слыша шум на палубе, с удивлением понимали, что охрана ведёт переговоры с каким-то очень важным господином, стоящим на набережной в порту. Его голос, привыкший отдавать приказы, был резок и очень настойчив.

Утверждая, что у него срочное послание к её светлости графини делла Гутьеррес он уже самостоятельно собирался взойти на трап и попасть-таки на судно.

Итак, стараясь не разбудить близнецов, особенно юную виконтессу Бланш, сон, который был очень чуткий, графиня вышла в кают-компанию. C вечера девочка засыпала только в объятиях Денизы, и в принципе спала в её каюте в специальной люльке для детей всю оставшуюся ночь, если конечна была сыта и её пелёнки были сухими и чистыми.

Ах, сколько было этих «если». Моник должна была быть рядом обязательно, она охраняла сон малышки.

Удивительно, но близнецы прекрасно обходились друг без друга. Во всяком случае спать они предпочитали со своими крёстными. Но всё дневное время они всегда были вместе. Такие непохожие друг на друга, рождённые одной матерью, они вели себя очень тихо, если ощущали присутствие брата или сестры рядом.

Итак, шевалье Ноэль изволил доложить обстановку.

Сидя в кают-компании, практически уже готовая ко сну графиня с удивлением читала послание леди Иннес и Её Величества королевы Екатерины о срочных депешах в Лиссабон.

— К нам утром присоединиться граф Эдуард де Феррейра, личный секретарь супруги короля, он будет с нами в пути на судне до столицы Португалии. Нам есть куда разместить его светлость? Я, разумеется, не могу отказать столько высокопоставленной даме в её просьбе. Предстоит прервать на некоторое время наше путешествие в порту Лиссабона. Это по пути и всё же…

Я примерно понимала, какую фразу мысленно добавила Дениза.

— Её Величество утверждает, что