Затмение; Год 1666 – Части 2, 3 - Нора Ольвич
Всё было как в тумане. Никто никогда так не разговаривал с ней, матушка умерла, не успев дочери поведать что-то очень важное, а papa'…
Она видела будто со стороны как ею пользовались мужчины, ничего особенного, не обещая взамен. Как глупа она была и слаба на внимание мужского пола…
«— Пресвятая Дева Мария, каюсь от чистого сердца, защити только младенца, умоляю…»,
молитва слетала с губ и было удивительно ощутить в какой-то момент на пальчике обручальный фамильный перстень рода виконтов д' Блекур.
Позже под звон колоколов она читала свои правоустанавливающие документы и не верила в происходящее.
«— Мадонна помоги слышу твой голос, он как дыхание Ангелов с небес… закрываю глаза и верую в тебя, защити нас с дитём, ещё не рожденным, верь, никогда не брошу его, не оставлю чужим людям…».
Она возносила обеты и обещания, и совершенно не обратила внимание как напряглась графиня делла Гутьеррес.
Каким суровым стал её взгляд, когда при выходе из церкви ей доложили о том, что в залив вошло ещё одно чужое судно.
* * *
И дрогнули пальчики в перчатках, что так идеально подходили к очень красивому наряду в тёмных тонах. А ветер задорно трепал локоны и мешал насладиться зрелищем. Шляпка лихо сидела на высокой причёске.
— Леди Каталина, ещё одни ваши родственнички пожаловали. Посмотрите каков красавец. Мне ещё в прошлый раз их галеон пришёлся по вкусу. Как чудесно наблюдать за этой встречей заклятых врагов в нашей акватории. Вот сумели вы объединить в себе три враждующих семейства.
— Торризи и вам не совсем чужие, ваша светлость, — шутливо сморщила носик княжна Элена.
Их заливистый смех порадовал собравшихся вокруг, всех кто собрался к отъезду.
— Отправлю им своё огромное спасибо, за представление, на котором я наконец-то услыхала весёлый смех своих девочек, — глаза графини искрились от азарта.
Глава 18
Леди Каталина де — Эсе ла Куэва, Лондон.
Неведомая сила и теснота давила на него, и был страх… Трепетное, неосознанное чувство, что он может навредить кому-то, кто дорог ему больше самой жизни.
Кто был рядом очень долгое время, а по сути, всегда…
И кто сейчас страдал вместе с ним.
Это был Ад. Необходимо было спешить, толкаться и прорываться. Сжимая кулаки, стремиться на волю.
Он будто в каменном мешке, голова упирается во что-то очень твёрдое, оно сжимало его, стремясь задушить и поглотить.
И он был уверен, смерть неминуема. Ещё какое время, и начнётся точка невозврата. Выбираться просто необходимо.
Светлое и уютное когда-то пространство, становилось тягостной ловушкой.
* * *
Малыш спешил. Как удивительно рано он хотел появиться на свет. И как подурнела за последнюю неделю леди Диан, осунулась и потемнела лицом, будто страдания тянули из неё все соки жизни.
Вы говорите, Ада не существует, но последние недели беременности у женщины разве же это не то состояние, которое испытывают мученики, по описанию… того самого места, про которое так не хочется вспоминать.
Женщина жаловалась на бессонницу и дурные сны. Мы забыли вовсе про то, что хотели отбыть когда-то во Францию, ночные дежурства возле неё забирали всё наше время и силы. Мы вовсе не оставляли её одну, не желая посвящать в одержимость леди Диан кого-то чужого.
Отошли на задний план кланы Торризи и дель Альбуркера, которые ждали на исходе солнечно искристого дня, когда зажгутся свечи в окнах замка в Шотландии. Это было в прошлом.
Воспоминания об ущелье, с его изумительными пластами пород на срезе, которые мне напомнили некоторое описание минералов в природе не менее ценных, нежели, золото, всё подёрнулось туманной дымкой с грифом «сейчас это неважно».
Хотела в будущем проехать в Шотландию и уединиться в горах, но это позже, конечно же, позже.
Удивительно, но именно леди Иннес смогла найти слова утешения и занять чем-то Диан, помогая ей отключиться от жутких видений.
Вышивка и кружево мелькало в руках женщин новыми моделями распашонок и нарядов для крещения младенца. Всё расшивалось изящными рисунками из красивых нитей и было произведением искусства.
А ещё в жизни леди Диан появилась удивительная лошадка, которая вывезла из графства несколько месяцев назад беременную женщину. Аллюр «тёльт», которым обладала эта исландская порода — он очень удобен оказался для наездниц, особенно в таком вот интересном положении.
При этом ходе спина животного оставалась практически неподвижна, и лошадь двигалась максимально плавно. Всадница же в удобном мягком дамском седле практически не ощущала тряски, а спокойный норов, лошадки однозначно служил нам гарантией положительного исхода всего мероприятия.
Леди Диан проводила много времени на конюшне. Госпожа Бриз, ожидала её каждое утро, брала осторожно из рук лакомство и затем ласково тёрлась боком об выпирающий животик миледи виконтессы и тревоги растворялись в дневном свете, и мы видели милую улыбку на лице женщины.
И ночные кошмары о мёртвом лесе уходили из сознания будто бы навсегда.
Но это было только днём.
* * *
Как же быстротечны схватки, изматывающие тело роженицы, они напоминают мне шторм и огромные волны, что без устали бьются о берег, терзая его и разрывая на мелкие кусочки. Временной отрезок между ними становился всё короче и короче. Тело миледи выгнулось в какой-то момент под немыслимым углом и её крик, полный боли и страдания вознёсся под своды комнаты.
«— Мадонна, отчего он так спешит, вероятно, это действительно мальчик, крупный и очень напористый, какие стремительные роды».
Княжна Элена замерла в тот самый момент, когда одна из придворных повитух Её Величества положила на руки девушки окровавленное тельце малыша, и через мгновение личико новорождённого исказила трагическая маска, рыдая, младенец будто бы звал на помощь свою мамочку, которую он только что покинул, звал весь свет, делясь новостью о своём рождении.
Он перестал слышать биение сердца той, которая носила его многие месяцы, которая спасла его отчего-то страшного, он знал это, и он попал совершенно в непривычную обстановку.
Сколько тревоги было в этом крике и горя, будто терял он её навеки.
Мне казалось, что маленький виконт боялся не успеть впервые в жизни увидеть свет и лицо, что склонилось над ним с нежной улыбкой.
— Какой же ты хорошенький, наш малыш, леди виконтесса у вас родился наследник.
Княжна Элена не отрывала взгляда от малыша, обтирая его стерильной влажной салфеткой, кутая в уютные тёплые пелёнки, готовя к первому купанию. И её сердце билось всё сильнее, с