Затмение; Год 1666 – Части 2, 3 - Нора Ольвич

— Леди Каталина, вы разве не знаете, что люди, они порой говорят правду, но при этом лгут.

Поверьте, так бывает часто.

Леди Каталина де — Эсе ла Куэва, Шотландия.

Всё затихает в замке, и постепенно погружается в тишину, можно часами слушать как это большое каменное строение проживает свою жизнь в унисон с нашей. Его окна освещены ярким молодым месяцем и коридоры полны своей прелести. Тонкие вуали арабской огранзы будто сияют в потустороннем свете. Прекрасные мраморные бюсты дам и кавалеров живут своей жизнью в тени высокой зелени домашних растений.

Отпустило, слышится слабое потрескивание восковых свечей.

— Ведь мы правильно поступили с ними, Душа моя?

Леди Дениза обнимала и шептала на ушко свои тихие вопросы. В них не было неуверенности и сомнений. Нет. Просто ей ещё раз хотелось поговорить об этом, наедине.

— Иногда мне кажется, что всеми делами Ордена заправлял именно Филипп, как всё он гениально спланировал заранее. К нему спешила подмога, которую мы похоронили под обломками скальных пород, очень вовремя появился герцог дель Альбуркера чтобы отвлечь нас от поисков якобы утонувшего тела, возможно есть ещё нечто, ускользающее от моего внимания.

— Голова, она словно набита осколками стекла, и они там звенят, звенят — не переставая. Сложно что-то предполагать. Мне герцог тоже показался пустым человеком, которого интересует только вопрос клада тамплиеров, будто он по привычке — «Глава».

— Ты держала ситуацию, я так понимаю тебя, девочка наша. Только скажи, чего хочется? Твой платочек, не делай так больше. Нам страшно за тебя в эти моменты.

— Глаза, закрываются сами, княжна Волконская, где она? Так печальна вдруг стала и исчезла. Отчего? В такие минуты мы должны быть всегда вместе.

— Тяжело было всем, Каталина. Мы были морально не готовы к такому нашествию… саранчи. Леди Иннес, она будто не в себе. Милорд Доминго, мне так очевидна его роль в этом спектакле. Кто интересно такой великий сценарист сего произведения? Возможно Шекспир?

— Сердце не на месте, где Элена? Наверное, он когда-нибудь появиться в нашей жизни, я имею в виду сценариста. Кажешь тоже Шекспир.

Поднявшись с тахты в спальне, качнувшись, попросила графиню сопроводить меня в покои, в которых княжна так любила коротать одинокие вечера.

Судно испанцев стояло на рейде. Наш же галеон покинул акваторию и исчез для всех в неизвестном направлении. Но только не для нас.

Как и планировали ранее, мы готовились к отбытию в Лондон. Дозором гвардейцы обходили неприступный форт.

Полумрак уютных коридоров, уставшие жители замка отдыхали в своих апартаментах. Мы были словно добрыми родственниками и соседями живущими и работающими на благо нашего общего процветания.

Мы застали княжну практически в слезах, сидящую возле окна. Она утопала в уютном кресле. Его когда-то любил князь д’Фуркево. Красивый пеньюар укутывал стройную фигурку, распущенные волосы до пояса скрывали часть лица. Нотная тетрадь, и произведение что играла сегодня, её рукой составленное на листах тетради.

Грусть в глазах и печаль.

— Мне так тревожно было за тебя, отчего ты не с нами? Мы не покинем тебя сегодня. Помнишь, как когда-то возьмёмся за руки и ляжем рядом.

" — Ты моя семья на веки.

— А ты моя…'

— Ведь я же услышу это в ответ, Душа моя?

Она улыбаясь кивала головой, и слеза-таки стекала по её щеке, а затем повернув к нам нотный лист Элена показала запись, сделанную чьей-то рукой на свободном месте.

«— её глаза… на звёзды не похожи…».

— Грифели заточенные, они всегда там лежат с нотами, я часто работаю и оставляю их на чайном столике недалеко от фортепьяно.

— Кто это написал?

— Я не знаю, — грусть звучала в её голосе.

— Раймонд мне часто напевал эту мелодию, когда мы были с ним наедине, в той жизни.

— Элена, это ловушка, я хочу верить в судьбу и всякие предзнаменования, но герцог, он был тогда на концерте в Оспедале делла Пьета, он узнал твою манеру игры, он прекрасный психолог и интриган. Он очень гадкий человек, не нужно было тебе сегодня играть, в этой мелодии была вся твоя боль и ностальгия по счастливым годам жизни в прошлом. Раймонда здесь не может быть. Не верь. Они ищут наши слабые места, наша сила в том, что мы вместе. Новый выход к морю найден. Старик был прав, появилось небольшое тайное ущелье в горах, скрытое когда-то обвалом.

— Мы уедем из имения и забудем всё как дурной сон. В следующее Рождество мы будем только иронизировать над тем как пришлось главе Ордена убираться восвояси.

Шептала нам Дениза-она действительно хотела на год покинуть Шотландию.

— Это невозможно, кому-то придётся остаться. С нами беременная женщина у которой скоро венчание. Как вы себе представляете её в путешествии по горам?

— Поверь, для нас нет ничего невозможного. Элена, поверь в нас, умоляю.

* * *

— Мы одна…

— Семья…

— Навеки…

Они лежали, соприкасаясь головами на огромной кровати, стоящей посередине спальни и яркий месяц стараясь приглушить свет холодных звёзд заглядывая к ним, он не отрываясь любовался прекрасной юностью своих роз.

Девичья светёлка княжны, так влекла его сегодня.

Их руки были соединены неразрывно, образуя своеобразный круг. Их губы шептали клятву о единстве и верности, навеки.

А на палубе судна одиноко застывшая фигура казалось не сводила взора с окна в одной из башен замка, которое слегка освещала свеча.

'— покину Вас, живите так,

как предначертано судьбой,

вы не моя мечта…

я не нарушу ваш покой'.

Уставший путник бессознательно шептал про себя это, словно мантру.

Будто на мгновение мелькнуло видение сегодня в гостиной и исчезло. Трепетная княжна из государства Российского играла чарующую мелодию, её пальчики и безукоризненное исполнение неизвестной мелодии, и что-то вздрогнуло внутри, волной по разуму прошлось видение — другая… недосягаемая, необыкновенная — чей голос сводил его с ума во сне.

И он будет искать её вечно.

Возможно мелькнёт её след — вот так же во тьме веков, а возможно и нет.

И вздыхал угрюмо Мир, заворачиваясь в тёмный плащ, сотканный из мечтательных грёз и чьих-то воспоминаний.

«— души, когда-то любившие без памяти, не узнали друг друга, а как бы всё могло сложиться, иначе…».

И он бурчал недовольно, закрывая тучами молодой месяц, нагоняя темноту и мысли о новом шторме.

И