Затмение; Год 1666 – Части 2, 3 - Нора Ольвич

Оправдываясь, тонула в чёрном омуте её глаз; затягивая, он обещал новости, которые мы совершенно ещё не слышали. Почувствовав рядом присутствие сестёр уж не знаю по счастью ли, или по какой другой доле, задала вопрос, который застревая в горле прозвучал хрипло и волнительно:

— У нас гости? Моя Донна?

— В заливе на рейд встало судно, ваша светлость. Посланник герцога дель Альбуркера просит ускорить по возможности их приём в имении госпожи графини.

Повернувшись на голос, я не сводила взора с шевалье Ноэля.

«— ещё один привет от Филиппа, обложил по всем статьям, когда он успел вызвать главу Ордена, и самое главное зачем»?

«— тысячи чертей, что за день сегодня, интересно, когда объявили знаменитую фразу про Ревизора, все так же застыли в оцепенении»?

* * *

Никто не ожидал услышать этот голос.

«Нежный цветочек» тоном, не позволяющим никому ей возразить, объявила о необходимости созвать семейный совет.

Леди Каталина была собрана и очень строга. Она давала нам с княжной Элен прийти в себя.

— Уважаемые члены семьи, совет состоится через час в кабинете леди Денизы.

Невесомая, лёгкая улыбка на губах шевалье Ноэля, который уже ничему не удивлялся в этом доме, и взгляд полный обожания сеньоры Исабель, всё это было в адрес тоненькой девчоночьей фигурки, стоявшей в окружении взрослых.

— Я попрошу о присутствии на совете шевалье Ноэля с супругой, и донны Исабель с братом графини, сеньором Эрнесто. Мы откроем вам причину нашего отсутствия сегодняшним утром, и, объясним, что происходит в данный момент с членами нашей семьи на самом деле. Всё это должно остаться в тайне. В данный же момент под предлогом траура замок должен покинуть посланник герцога дель Альбуркера. Это приказ. На главной башне замка необходимо поднять траурный флаг рода д' Фуркево.

Обрабатывая мне раны Элена с кормилицей совершенно упустили из виду Каталину, которая словно исчезла на мгновение, а затем появилась вновь примерно через час, с новостями, собранными со всех концов замка.

Итак, гул под землёй стал тише. На много. И это радостное известие вроде успокоило всех. Однако, в заливе поднялось небывалое волнение, и высота волн превысила все разумные пределы в такой степени, что суда покинув залив направились в более тихий регион в окружении Порт-Глазго.

— Испанцы покинули нас, это радует. Но и капитан «Донны Каталины» встал на рейд в более спокойном месте, у входа в наш залив. Невероятно рискуя он решил не оставлять без прикрытия берег графства.

Вторая новость успокаивала — жители дальних посёлков не пострадали, на месте зарослей ракитника действительно образовалось озеро, грязевой водоём или река время покажет. Граница с соседями стала ещё более не преступной, предположительно отрывистые склоны скал будут спускаться к самому озеру, глубина которого пока не известна.

«— золотоносная жила ушла под землю, а возможно и под воду и всё же, когда ситуация будет полностью под контролем этот факт нужно будет проверить».

— Уголёк, ваша светлость, страдая, сейчас находится в том же положении, что и вы. Мессир Бриан занялся его лечением, больше он никого не подпустил к себе.

Вскинувшись, поймала взгляд леди Каталины.

— Не беспокойтесь, — она кивнула головой, — я помогла лекарю зайти в стойло, жеребец принял меня благосклонно и даже разрешил шепнуть ему на ушко все новости о вас.

«— итак, самородки спрятаны, осталось совещание, просто революционный заговор какой-то».

«— и, да, ещё испанцы, гости так сказать».

* * *

Леди Каталина де — Эсе ла Куэва, Шотландия.

Не гаснущий мягкий свет от пламени длинных свечей, что отливали в мастерских графства, стоящих в красивом бронзовом подсвечнике, и сестринские объятия спящей Денизы.

Наши кудри смешивались и дыхание сливалось в единое целое, всё дышло негой и ароматом нашего любимого парфюма в этих покоях и девичьей спальне.

Днём, я постоянно старалась не отпускать её из вида.

Понимая, что пока она явно сильнее меня.

Что она уже «Это» давно пережила.

Сумела не отторгнуть себя из этого мира, прижилась в нём, на, казалось бы, странных для всех условиях.

Дениза и Элен — роднее никого не было. Леди Иннес, живущая в своём мирке удивляла восторженностью и бесконечной любовью ко всему прекрасному.

«— при таком складе характера как она умудрилась выжить одна на озере с грудным ребёнком»?

С Эленой было по-другому, хотелось защищать её постоянно, не смотря на её изменившийся характер. Хотелось возможно бесконечно долго звать князя д’Фуркево из прошлого и просить присматривать за княжной Волконской пока она спит в отдельной спальне.

Уют и наличие отопления и большие туалетные комнаты в шикарных покоях графини, ставшими уже нашими в полной мере, говорил о многом. Эти удобства были везде, ведь указанные благородные дамы однозначно приняли замок в Шотландии, северное имение, как они говорили своим основным и самым безопасным жилищем. Обосновались и конечно не собираются мотаться по всей Европе в поисках лучшей доли.

«— ловко у неё получается засыпать, это происходит просто мгновенно, она словно соткана из противоречий, а, впрочем, как и прежде, моя Анжелик».

Моник лежащая у нас в ногах и виляющая хвостиком не сводила с меня глаз из-под кудрявой чёлки. Не спит, готовая к играм и прогулке в любое время суток.

Страх перед сном, он появился недавно.

Тени от свечей на стенах в уставшем сознании приобретали удивительные образы, я следила за ними из-за полога, уплывая в воспоминания, и словно была в своём личном, самой построенном безрассудстве.

Прошлое и будущее мешалось в единое целое. Соревнования в двадцать первом столетии, жуткие нагрузки на тренировках и меткая выверенная мною стрельба из винтовки, побег из Парижа от дядюшки Франциска, противостояние с ним за герцогиню Анну и тёрки в команде биатлонисток за вечное первенство.

Преследования испанского графа Хуана Альберто делла Серда, и сожжённый на кресте герцог Габриэль, мамочка и уход в вечность отца в горах, кадры, кадры, — они были стремительны, они будто вращались, — Венеция и карнавалы, заснеженные горы Чехии и склеп — металась широко, раскрыв глаза, борясь с усталостью, стараясь не спать.

Страшась услышать шёпот, понимая, что у этого миро воздания однозначно мужское начало:

«— Каталина, отныне ты моя… навеки»!

— я так не уверена в этом, не говорите со мной, Так!!!

«— ты любила меня, признавшись в этом когда-то в