Увядающий ирис бытия - Настя О

А потом становится легко и светло на душе. Сумасшедший ведь никогда не сомневается в своем рассудке. Значит, надо искать причину. Очень кстати вспоминаются слова малышки Бенуа о том, что мне всегда помогут. Словно в тумане, глядя на непонятные символы, я шепчу:

— Агнес, ты нужна мне.

Девочка возникает за спиной, словно из ниоткуда. Я замечаю ее в отражении и разворачиваюсь. Ангел. Только ангелы могут слышать молитвы людей.

— Здравствуй, Рен. Зачем я тебе понадобилась?

Агнес улыбается мне, словно старой подруге. Я указываю на панель в зеркальной стене:

— Ты это видишь?

— Ошибки программного кода, — с уверенностью произносит девочка, нисколько не удивившись. — Ты только сейчас заметила?

— Как-то не до этого было. Я не очень понимаю, откуда это здесь. И что это такое?

— Несовершенства нашего мира, — улыбка снова преображает милое личико. — Что ты хочешь спросить, Рен?

— Почему я это вижу? — задержав дыхание, произношу я почти шепотом.

— Потому что ты лилия, — девочка чуть склоняет голову набок. — Потому что возродила ириса, хотя этого нельзя было делать. И теперь такие ошибки будут появляться сплошь и рядом.

— Мы что, не люди, а сегменты программного кода? — с потерянным видом я взираю на Агнес, и она звонко смеется в ответ:

— Конечно, нет, Рен. Просто наш Творец — увлекающаяся натура. Кое-что не доработал, кое-где — не доглядел. Сейчас разрушается условие стабильности мира, вот ты и видишь его результаты.

— Что нужно сделать для того, чтобы окончательно разрушить это условие?

Кажется, я задаю правильный вопрос. Глаза девочки начинают блестеть совсем не детским огоньком.

— Я не могу прямо ответить тебе, Рен. Но в силах дать подсказку. Вспомни, сколько архангелов было у Творца, и скольких потомков от их союзов с людьми ты уже возвратила?

— Ничего не понимаю…

Я хватаюсь за голову, и девочка подходит ближе, ласково гладя меня по ладони:

— Поговори с дедом, когда он вернется, Рен. Я не даю гарантии, что тебе понравится все, что он скажет, но поговори. Ты хотя бы будешь в курсе всего.

— Хорошо. Я согласна. Можешь ему это передать?

— Конечно. Тебя проводить? Ты выглядишь уставшей, Рен.

— Нет, все хорошо, я скоро буду дома. Ничего, что ты одна бродишь по городу? — я бросаю озабоченный взгляд на почти пустынные улицы.

— Просто мой телохранитель тих и незаметен, — подмигивает девочка и прощается со мной.

А я в полном замешательстве иду по направлению к своей квартире.

Когда поворачиваю ключ в замке, точно знаю, что Теодор дома не появлялся. С одной стороны, это даже хорошо. Возможно, я сумею уйти к Джо так, чтобы остаться незамеченной, и Тео не придется нести бремя моей защиты. С другой стороны — он ведь обещал все время быть рядом. Оттого, что некромант не выполняет данное слово, становится не по себе. Почему он ушел из лаборатории? Что такого увидел между мной и ирисом, что не смог остаться? Неужели это банальная ревность? Но ведь не было в моих ощущениях ничего такого, что могло бы навести на подобные мысли. Да и Доминик чувствовал только потребность в защите. Что же случилось с Тео?

Захожу в квартиру, быстро раздеваюсь и сразу иду на кухню. Надо спокойно все обдумать. Особенно новую информацию. Соберись. Отбрось все ненужные эмоции. Итак. Что мы имеем?

Возвращенную душу, находившуюся в магическом захвате на изнанке. Ее вернули на эту сторону благодаря всеобщему искреннему желанию.

Связь, которая существует между этой душой и мной. Природу этой связи я объяснить не в силах.

Изменение мира, начавшееся после появления ириса. Но сам ирис — маг жизни.

Для чего же его могли вызвать?

А если звали не его, а что-то эфемерное? Что, если желание народа не было связано с конкретным человеком? Если люди зарядились общей идеей и спроецировали ее на менталистов?

Что могло послужить толчком для этого?

Маги обладают расширенными возможностями зрения. Кто-то из них, я уверена, мог замечать такие же «дыры» в мире, которые сегодня попались на глаза мне. Если есть ошибки программного кода, могут быть и другие отклонения от нормы. Солнце взошло в полночь, кошка вдруг пошла задом наперед. Да мало ли чего можно еще придумать.

Если люди это заметили, они могли пожелать, чтобы странности прекратились. Пресечь разрушение мира. А что может бороться с разрушением лучше, чем сама жизнь?

Почему тогда душа ириса находилась на изнанке в захвате? Нелепица какая — то! Нужно зайти с другой стороны.

Агнес сказала, что ответ начинается с того, скольких архангелов создал Творец. Сеть выдает волшебное число семь. Я вернула шестерых потомков.

Значит, остался еще один. Что может случиться потом?

Пять лет, потраченных на работу ходящей, проходили безоблачно. После шести этих возвращений моя душа была разорвана в клочья. Обнулился магический потенциал, который восполнил Тео. Седьмая душа вполне может убить меня. Почему Агнес говорила, что я не должна была возвращать Доминика к жизни? Почему сильнейший маг, способный возродить любую материю, должен оставаться на той стороне? А я, порождение смерти, должна жить? Откуда такие странные правила?

Что случится, если я верну седьмого нефилима?

Голова начинает раскалываться от мыслей, мелькающих со скоростью света. Не могу больше об этом думать. Как есть, в рабочем костюме, кидаю в рюкзак кошелек и потихоньку бреду к Джо. На телефоне сообщение от Сури о том, что она не придет. В принципе, стоило этого ожидать. Конечно, никто не станет наказывать ее за это. Единственное, чего я хочу сейчас, — это забыться. Звоню Хани, предупреждаю, что будем вдвоем. Добавляю, что уже в пути. Подруга сообщает, что скоро будет. Отключаюсь, выхожу из квартиры и медленно иду в сторону пункта назначения.

Когда оказываюсь в баре, вижу привлекающую к себе внимание девушку и направляюсь к ней. Хани поднимается из-за стола, обнимает меня, и от этого сразу становится легче.

— Какую отговорку наша трусиха придумала на этот раз? — хмуро интересуется Хани.

— Уход за чрезвычайно больным магом жизни, — я откидываюсь на спинку стула, заглядывая в меню алкогольных напитков. — Жаль, у меня на нее были такие грандиозные планы.

— Напоить до потери сознания и узнать все о красавчике? — насмешливо глядит воин.

— Откуда ты знаешь, что он красавчик? — удивляюсь я.

— Ну, иначе бы Сури придумала что-нибудь еще, — хмыкает воин. — Она ни за что не пришла бы сюда вместе с нами после того памятного