После полуночи не играть. Коллекция хоррор-рассказов - Ангелина Шэн
— Полный порядок. — Существо развернулось, чтобы уйти.
— А почему проверили только у меня? Почему не у остальных?
— Это стандартная проверка кандидата.
— Какого еще кандидата? Куда кандидата?
Образина надвинулась всем неуклюжим корпусом:
— Пассажир настаивает на своем выборе?
Кита мучительно соображал. Его пугало это существо.
— Не-не, погодите-ка. А что за выбор?
— Возможно, он уже сделан. Или еще только будет.
Когда вокзальный служащий скрылся, Кита повернулся к пассажирам.
— Нет, вы это видели? — Его потряхивало. — Ау! Вы видели хоть что-нибудь, кроме сияния этого долбаного телевизора?!
Его вопль не возымел действия. Остальные наслаждались лучшим шоу в своей жизни: мерцанием рубиновых чисел. Кита кивнул. Пусть так, он уйдет. Покинет вокзал прямо сейчас. Кита подхватил рюкзак и замер. Что-то удержало его от бегства. Вероятно, вера в собственное бессмертие, свойственная молодости. Или же просто любопытство.
Как бы то ни было, Кита направился к двери XII.
Здесь узор на латунной табличке сопротивлялся узнаванию. Наконец Кита, пусть и не сразу, разобрался в этой головоломке. Скопление линий складывалось в образ голого мужчины, подвешенного за ногу. Петля обхватывала левую голень. Руки были связаны за спиной. Лицо озарял перевернутый оскал.
Это ничего не сказало Ките.
Он посмотрел в сторону последней двери. С опаской приблизился. Римские цифры, обозначавшие число пятнадцать, внушали необъяснимый страх. Вдобавок узор здешней латунной таблички Кита распознал без труда. Под числом XV красовался смайлик. Он раскалывался надвое от широкой и наглой улыбки. Такая вполне могла называться Лыба-Улыба.
Эту створку Кита решил не трогать.
Вместо этого он вернулся к двери с подвешенным мужиком и выглянул в соседнее окно, что находилось сразу за автоматом с напитками. Некоторое время изучал ноябрьскую темень и россыпь городских огней. Разум обожгло догадкой. Дверь XII вела сразу на улицу, на площадь с фонтаном, входившую в ансамбль железнодорожного вокзала!
Кита внимательно посмотрел на повешенного. В груди зародилось скользкое сосущее чувство, будто за ребрами извивался червяк. Ките почудилось, что он вот-вот совершит какой-то судьбоносный выбор. Та образина в ливрее и фуражке тоже упомянула об этом, хотя и непонятно, что она имела в виду.
Кита покосился на другие двери. Скелет в доспехах. Лыба-Улыба. Они или болтавшийся вниз головой мужик? Что выбрать? Это было посложнее блюда на завтрак. Кита повернул лицо к выходу. За пределами зала ожидания не чувствовалось жизни.
Лишь пустота.
Огретый этой ужасающей мыслью, Кита дернул дверь XII на себя.
Она распахнулась, разнося холод железа и камня. Ничего общего со стужей царившего снаружи ноября. За дверью, словно срисованной с замковых врат, обнаружилась металлическая витая лестница. Она спиралью поднималась по часовой стрелке. Судя по всему, это была какая-то башня, выложенная из потемневшего красного кирпича.
Кита в недоумении нахмурился. Он не припоминал, чтобы к железнодорожному вокзалу примыкали башни. Парень сунулся в дверь и услышал гулкие шаги. Вероятно, образина, приходившая проверять билет, сейчас шагала на какой-то недосягаемой высоте. От вида изогнутых стен у Киты закружилась голова.
Дверь, словно ощутив, что он пятится, медленно затворилась. Прозвучавший щелчок был тяжелым и масляным. Решив, что с него достаточно, Кита поспешил к выходу.
Красные часы по-прежнему показывали три минуты пополуночи.
4
ЗА ЕГО СПИНОЙ с пронзительным стоном распахнулась одна из дверей.
Кита не оглядывался, пока не выбежал из зала ожидания. Только тогда он нашел в себе мужество обернуться. Служащий в ливрее с необычайно острым лицом вежливо помогал встать какой-то старушке, комкавшей в руках игрушечную птицу из пурпурного бархата. Женщина сидела на последних местах, так что сотрудник вокзала добрался до нее в мгновение ока.
— Не трогай ее, ты, урод в кепке! — Киту обдало холодом: он еще никогда не кричал на незнакомых людей. — Что ты делаешь?! Кретин! Собака! Не трогай ее!
Остролицый взглянул на парня. Узкий подбородок еще больше заострился, когда на вытянутом лице взошла многозначительная улыбка. «Ты ведь догадываешься, зачем мне эта бабка, не так ли?» — говорила эта ухмылка. Через несколько мгновений остролицый увлек старушку в дверь с Рыцарем-скелетом.
Кита на миг оглох от собственного крика:
— Стой, сволочь! Куда ты ее ведешь?!
Тяжелая арочная дверь захлопнулась.
Гул этого хлопка заполнил всё пространство вокзала. А потом навалилась тишина — объемная и всепоглощающая, как мировой голод. Безмолвие обожгло барабанные перепонки, превратившись в тонкий, нескончаемый писк. Кита в испуге обернулся.
Железнодорожный вокзал был пуст.
У табло с погасшим расписанием никто не толпился. Торговые ларьки, предлагавшие всё необходимое в дорогу, стояли обклеенные какими-то лентами. Кита подошел к «Попутчику», ближайшему ларьку. Витрину с батарейками, зубными щетками, лазерными указками и прочей мелочевкой пересекала ядовито-желтая лента с надписью:
ЗАКРЫТО! До особого распоряжения администрации вокзала. ЗАКРЫТО! До особого распоряжения…
Такие же ленты обтягивали двери закусочной.
Кита был единственным человеком, затерявшимся в осиротевшем и гулком здании железнодорожного вокзала. Он же оставался основным источником шума, который раньше производило чавкающее и вечно спешащее человечество.
У арки металлодетектора Кита остановился.
Места полицейских, досматривающих багаж, пустовали. Входные двери вокзала перетягивала массивная цепь. Она свивалась толстой скелетообразной змеей, на которой висел громоздкий навесной замок.
Губы Киты сподобились на дерганую улыбку.
Он прошел сквозь арку металлодетектора и даже не повернул головы, когда раздался отрывистый звук автоматики, оповещающий о проносе металлических предметов. Киту манил навесной замок. На нем было что-то написано. Подойдя ближе, парень разобрал таинственные слова, исполненные плавным курсивом:
«И что бы это значило? — подумал Кита. — Что кто-то считает себя умнее других?»
Он перевел взгляд на стеклянные вставки входных дверей, забранные в целях безопасности решеткой. Привстал на цыпочки, чтобы лучше видеть. Парадный вход, такой правильный и по-осеннему сырой, освещали два фонаря. Кита всматривался, но ничего не видел за пределами световой зоны.
Города будто не существовало.
Точно разбойник, со свистом налетел ноябрьский ночной ветер. Двери задрожали, лязгая цепью. Кита вскрикнул. Сердце колотилось как сумасшедшее. Он отошел и снова оказался лицом к лицу с аркой металлодетектора. Первыми Кита выложил ключи от дома. Затем — смартфон и несколько монет. Немного поразмыслив, опустил рюкзак на лоток к своим вещам.
— Ничего, что я брошу его сюда? — спросил Кита, обращаясь к пустоте, как если бы проходил досмотр на самом деле. — У вас, похоже, лента неисправна. Спасибо.
Он миновал металлодетектор — на сей раз