2:5030/Эльф. Нежданный коннект - Станислав Миков

Архимаг издал глухой, обреченный звук. Опираясь на посох, он тяжело опустился на колени перед гудящим ящиком. Из складок мантии появился короткий жезл из лунного камня. Старик принялся торопливо вычерчивать новые направляющие руны прямо у вентиляционной щели корпуса. В покоях резко запахло озоном и жженой хвоей, дышать стало труднее.

Деревянный артефакт мелко, угрожающе завибрировал. Золотые прожилки на стенках налились обжигающим багровым светом. Изборожденное морщинами лицо мага покрылось крупными каплями пота. С гортанным выдохом он выкинул свободную руку вперед, посылая импульс в перенастроенную цепь.

Раздался звук, похожий на удар серебряной ложечки по хрупкому бокалу. Мерцающая пылинка вылетела из щели Бежевого Ящика, пробила плотный воздух с тихим звоном хрусталя и исчезла, оставив после себя лишь быстро тающую световую рябь. Светящаяся аномалия устремилась за грань миров.

Иллиэль перевел взгляд на монитор. В строгом окне высветилось уведомление: маяк успешно закрепился в дальнем почтовом хранилище, сформировав двусторонний захват очереди. Принц удовлетворенно кивнул. Позади него Арантир опирался дрожащими руками о край каменного стола, пытаясь подняться. Колени старика подкашивались — первые признаки глубокого магического истощения.

— Мне нужно... проветриться и собраться с мыслями, — Иллиэль грациозно, одним плавным движением поднялся с кресла. — Я должен обдумать формулировки для своих грядущих ответов леди Ольге. Теперь, когда преграды времени и пространства рухнули, каждое мое слово должно быть абсолютно безупречным.

Принц неслышным шагом пересек комнату и покинул покои. Тяжелая дверь бесшумно закрылась за его спиной, отсекая натужный шум работающего артефакта от звенящей тишины дворцовых коридоров.

* * *

Арантир остался в полном одиночестве. Старый маг тяжело, словно мешок с песком, опустился в покинутое принцем кресло. Редчайший белый шелк показался ему слишком мягким, пугающе непривычным после долгих десятилетий, проведенных на жестких, аскетичных табуретах алхимической лаборатории. Он стеклянным взором уставился на артефакт.

Жгучее раздражение бурлило в его старческой груди едким, ядовитым варевом. От невыносимой обиды, физической усталости и уязвленного самолюбия у Арантира нестерпимо зачесались руки. Ему до дрожи в пальцах захотелось протестировать созданную им систему самому, доказать себе, что его грандиозная жертва и боль не были напрасны.

Арантир неуклюже нажал несколько клавиш, спешно закрывая личную почту принца, чтобы не нарушать тайну переписки, и перешел в глобальный список эхоконференций. Он целенаправленно выбрал «RU.MAGIC».

Арантир сглотнул вязкую слюну и открыл самый свежий тред. Заголовок, набранный крупными буквами, гласил: «Защитная пентаграмма: мой опыт». Автором значился некий пользователь, гордо и безапелляционно именующий себя «магом в седьмом поколении из Саратова».

Арантир хмыкнул и начал читать. С каждой проглоченной строчкой его густые, кустистые седые брови ползли все выше и выше, грозя скрыться под линией роста волос. Земной «маг», судя по тону, на полном серьезе, с чудовищным апломбом описывал процесс начертания абсолютного астрального щита.

«Берем обычный школьный мел, лучше белый, — гласили светящиеся зеленые символы на экране. — Чертим на линолеуме в зале ровный круг. Затем аккуратно вписываем в него звезду. Главное правило, пацаны — углы лучей должны быть ровно 72.5 градуса, иначе не сработает. В самый центр ставим свечу из парафина, зажигаем, и сыпем немного пищевой соли по краям для отпугивания сущностей...»

Дочитав до этого момента, Арантир издал сдавленный, булькающий звук, поразительно похожий на шипение смертельно рассерженной мантикоры, которой наступили на хвост. Его колоссальная профессиональная гордость Архимага, столкнувшегося с такой вопиющей, первобытной, невероятно невежественной профанацией высокого магического искусства, сейчас была оскорблена до самой глубины его бессмертной души.

— Школьный мел?! — в полный голос, брызгая слюной, прохрипел Архимаг в пустоту комнаты, сжимая кулаки до хруста в суставах. — На куске дешевого линолеума?! Семьдесят два с половиной градуса?! Да это же открытый, вопиющий призыв низшего астрального паразита! Идеальная геометрия звезды, ты, безграмотный кусок мяса, требует ровно семидесяти двух градусов, ни минутой, ни секундой больше! А парафин? Эта мертвая, искусственная грязь физически не способна проводить сквозь себя эфир! А соль? Это же неслыханное надругательство над самыми базовыми законами симпатии!

Академическая ярость захлестнула Арантира с головой. Он, забыв об усталости, яростно застучал здоровой левой рукой по клавишам, бережно держа обмороженную правую у груди. Он не заботился о стиле, не пытался подражать вычурной вежливости своего принца. Он рубил голую магическую правду с безжалостностью опытного инквизитора.

«Ты, слепой и жалкий глупец, возомнивший себя демиургом! — с невероятной скоростью набирал старый маг гневное ответное письмо, с силой вдавливая пальцы в деревянные клавиши так, что по железному древу шли искры. — Твои профанские семьдесят два с половиной градуса приведут лишь к тому, что твой хваленый щит с треском лопнет по центральной оси при первом же столкновении с полтергейстом! Векторы магических потоков не терпят ваших жалких дробных значений, они требуют математической чистоты! Использовать столовую соль вместо толченого горного хрусталя — это публично расписаться в собственной абсолютной несостоятельности. Твой так называемый саратовский род, видимо, все семь поколений подряд занимался дешевым базарным шарлатанством, если ты, неуч, не знаешь базовой разницы между отражающим и поглощающим эфирным контуром!»

Закончив детально, с приведением формул и рунических расчетов расписывать правильные векторы, и вдоволь, унизительно пройдясь по интеллектуальным способностям автора, Арантир тяжело, со свистом втянул носом воздух. Его палец замер над затертой кнопкой отправки. На секунду в его голове вспыхнуло воспоминание о том, какой чудовищной боли и скольких сил стоит каждый прокол межпространственной ткани. Но оскорбленное, раздутое эго Архимага требовало немедленного, сокрушительного возмездия над саратовским выскочкой.

Арантир крепко зажмурился, сжал зубы, выскреб со дна своей ауры остатки воли и решительно активировал жучка для отправки этого уничижительного поста.

Жучок вылетел из деревянной щели с хрустальным звоном, пронзая тонкую ткань миров. Архимаг физически почувствовал, как часть его собственной маны утекла в холодную пустоту ради совершенно нелепого спора в чужой земной эхоконференции. Арантир хрипло дышал, безвольно обмякнув в роскошном бархатном кресле, но на его потрескавшихся губах играла мстительная улыбка.

* * *

Мерцающая искра вынырнула из пустоты, издав едва слышный хрустальный перезвон, и юркнула в щель деревянного дисковода. Пока Иллиэль ходил по коридорам, утренний земной автодозвон уже успел доставить ответ Ольги на узел Алексея. Бежевый Ящик утробно загудел. На экране вспыхнуло уведомление о новом пакете — жучок дождался письма в базе данных земного узла и вытащил его через закрепленный маяк.

Иллиэль стремительно пересек покои. Он бросил короткий взгляд на осевшего в кресле Арантира — маг прерывисто