2:5030/Эльф. Нежданный коннект - Станислав Миков
Глава 5. Ответ из ниоткуда
В вытянутой комнате, заставленной тяжелой советской мебелью с полированными фасадами, густо пахло нагретым пластиком, остывшим растворимым кофе и сизым сигаретным дымом. За приоткрытой створкой окна вязкая, бледно-жемчужная петербургская белая ночь заливала пустые улицы Петроградской стороны, превращая живой город в застывшую театральную декорацию.
Ольга сидела перед светящимся пузатым экраном старенького компьютера, поджав ногу. На полированной столешнице, среди неровных башен дискет и аудиокассет без коробочек, стояла полная окурков стеклянная пепельница. Девушка плотнее запахнула безразмерную потертую джинсовку. Вовсе не от холода — гудящий под столом системный блок исправно грел воздух. Тяжелая, пропахшая табаком ткань служила привычной броней, за которой было уютно прятаться от внешнего мира. Ольга сделала глубокую затяжку и выдохнула едкую струю в приоткрытую форточку. Сизый дым лениво потянулся навстречу бледному петербургскому небу, растворяясь в тягучем, нервном предвкушении: она не отрывала взгляда от мерцающего монитора, ожидая новых сообщений.
Позади, на продавленном диване, сидела Катя. Она забросила ноги на потертый подлокотник и до хруста пластика сжимала угловатый джойстик. Из динамиков небольшого цветного телевизора, стоявшего на тумбе в углу, неслись резкие, писклявые восьмибитные мелодии и ритмичные звуки электронных прыжков. Девушка с остервенением, закусив губу, давила на тугие красные кнопки, управляя маленьким пиксельным человечком в белых шароварах. Человечек на экране раз за разом разбегался, пытался перепрыгнуть через зияющую пропасть с торчащими стальными шипами в «Принце Персии», и раз за разом терпел неудачу.
Внезапно телевизор издал противный, режущий слух электронный скрежет — пиксельный принц в очередной раз сорвался вниз, напоролся на ловушку, и экран жалобно замигал под грустную восьмибитную мелодию. Игра была бесповоротно окончена.
Девушка на диване тяжело, с подчеркнутым театральным раздражением выдохнула, отбрасывая со лба крашеную челку, и с размаху бросила джойстик. Пластик глухо, жалобно ударился о мягкую обивку дивана и отскочил в сторону смятой подушки.
— Оля, ну сколько можно пялиться в эту гудящую коробку? — произнесла Катя капризно. — У тебя глаза скоро станут квадратными, честное слово. Ночь на дворе, а ты все сидишь и сидишь.
Девушка за компьютером, не отрывая покрасневших от напряжения глаз от мерцающего темного экрана, где в ожидании командной строки застыл курсор, лишь неопределенно пожала плечами.
— Оставь меня в покое, Катя, — тихо, но совершенно непреклонно ответила Ольга. Ее тонкие пальцы с коротко остриженными ногтями привычно замерли над клавиатурой, готовые в любой момент сорваться в танец десятипальцевой печати.
Катя недовольно цокнула языком, громко вздохнула и перевела взгляд на затылок подруги, а затем на монитор, презрительно скривив губы.
— Ты бы лучше на улицу вышла, проветрилась. Лето же наступило! Парня бы себе нормального, живого нашла, чтобы в кино водил, — Катя ткнула указательным пальцем прямо в сторону монитора, словно обвиняя бездушный аппарат во всех девичьих бедах подруги. — А ты все буквы на экране читаешь. Ну напишет тебе кто-то из проводов — и что?
Ольга промолчала, лишь чуть сильнее сжав фильтр сигареты губами. Оправдываться было бессмысленно. Как объяснить Кате, живущей простыми и понятными категориями вещевого рынка, дискотек и дворовых сплетен, что в этих сухих строчках моноширинного текста порой скрывалось больше живого, чем в пьяных разговорах самовлюбленных парней на скамейке у подъезда?
Катя, так и не дождавшись какой-либо внятной реакции, раздраженно фыркнула и потянулась к стационарному дисковому телефону. Массивный, тяжелый аппарат цвета слоновой кости гордо возвышался на прикроватной тумбочке, путаясь витым шнуром в ножках лампы. Она сняла тяжелую пластиковую трубку, прижала ее к уху, собираясь по привычке набрать номер кого-то из своих ночных знакомых, и тут же недовольно, брезгливо поморщилась.
— Да что б тебя! Опять! — возмутилась Катя, с силой бросая трубку обратно на пластиковые рычаги, отчего внутри аппарата жалобно звякнул металлический звонок. — Линия абсолютно мертвая. Никаких нормальных гудков, только треск какой-то дурацкий электронный, будто там мыши под полом провода грызут. Ты опять свою шайтан-машину к розетке подключала и все испортила?
— Модем физически отключен, тумблер выключен, — сухо, даже не повернув головы, отозвалась Ольга. Она аккуратно стряхнула накопившийся серый пепел в тяжелую, граненую хрустальную пепельницу, которая была уже доверху забита смятыми окурками и источала горький аромат табака. — Линия просто легла сама по себе. Обычное, рутинное дело для нашей районной АТС. Видимо, опять профилактика или коммутатор залило.
Катя проворчала в ответ что-то неразборчивое, обиженно откинулась на спинку дивана, закинув руки за голову, и уставилась в побеленный потолок с трещиной по центру, видимо, окончательно смирившись с тем, что этот бессонный вечер пройдет без привычных телефонных разговоров. Ольга же, воспользовавшись воцарившейся тишиной, медленно отвернулась от подруги, полностью, без остатка погружаясь в освещенное холодным синим светом пространство своего пузатого монитора.
* * *
Тяжелый жесткий диск внутри бежевого корпуса натужно, с металлическим лязгом заскрежетал, переваривая команду. Основной массив эхоконференций мейлер скачал еще до полуночи, пока связь оставалась стабильной. Последний же почтовый архив Ольга вытянула с ноды Алексея уже утром, когда та снова вышла на линию после странной ночной паузы. Модем выхватил пакет данных за короткий сеанс, и с тех пор архив тихо лежал на локальном диске, дожидаясь распаковки.
На экране, поверх бесконечного черного фона MS-DOS, вспыхнули ярко-синие панели Norton Commander. Ольга запустила тоссер; белые строки системных логов побежали вниз, рапортуя о распаковке почтового пакета и раскладке писем по базам эх. Глядя на это мельтешение символов, она чувствовала знакомое предвкушение: сейчас в пыльном подъездном ящике окажутся не счета и рекламные листовки, а чужие мысли, пережившие плохую телефонную линию и ночной дозвон.
Тоссер коротко пискнул системным динамиком, сообщая о завершении сортировки. Ольга запустила GoldED и с помощью стрелок перешла в эхоконференцию «RU.ANEKDOT». Она искала ответы на свое вчерашнее сообщение. Ей просто хотелось разбавить сухую техническую рутину чем-то живым.
Экран мгновенно заполнился списком тем. Ольга начала последовательно, вчитываясь в каждую строчку, просматривать новые входящие сообщения. Ее уставшие глаза быстро скользили по светящимся буквам, выхватывая суть сквозь густые заросли специфического сетевого мусора. Большинство ответов в треде были предсказуемыми до зевоты. Суровые, невыспавшиеся фидошники с красными глазами и реальными именами в строке