Период полураспада - Алексей Иванович Гришин

— Симон… Я всё рассказал… Не нарочно… — Симон два раза покосился на друга и, не меняя выражения лица, продолжил.

— Так точно. Знаю. Салют будет сразу после представления фонтанов. Больше ста пятидесяти залпов.

— А представление фонтанов когда? Давай… Не тяни… Почему я должен всё тянуть из тебя клещами? — старший не отступал. Симон опять два раза покосился на друга, то ли ожидая разрешения сказать, то ли осуждая его разговорчивость.

— Прямо сейчас… Слышите звук скрипок? — с первого яруса послышались едва различимые звуки струнно-смычковых инструментов.

— Разрешите продолжить обход?

— Разрешаю. Хороший слух, сынок. — Симон развернулся на 180 градусов и вольным маршем отправился дальше в обход.

— Господин, давайте мы вас… — начал было говорить старший.

— Неееее. Нееее. Хорооооший мальчик… Премию…Да… Да… Удвоиить жалованье…

— Господин, мы не можем просто так…

— Фсе… Спасибооо за службу… Гошпод… — Хенрик развернулся и отправился шатающейся походкой по направлению ко входу в главное здание.

Группа гвардейцев, несколько минут посовещавшись, всё-таки решила предоставить Хенрика самому себе, тем более что их ждали дела гораздо более важные и приятные вещи, чем выходки очередного пьяного гостя.

Неспешно подойдя к главному входу, Хенрик обратился к двум скучающим гвардейцам, развлекающим себя беседой.

— Господааа… Вы обязаны мне помочь… — Хенрик в мгновение ока перестал быть настолько пьяным. — Я послал одного мальчика за Petrikor Brion Rouge семьдесят девятого года. Сюда. В особняк. Я отказываюсь смотреть салют без этого сорта! Это возмутительно! Я требую меня пропустить! Я лично его найду и накажу!

— Господин… Мы понимаем ваше негодование. Но без специального пропуска в особняк нельзя. У вас он есть? — парировал один из стражников.

— Возмутительно! Какой специальный пропуск?! Моя семья не потерпит такого отношения! Стой!.. — единственным пропуском внутрь был блеф. Хенрик обратился к слуге, который выходил из особняка с подносом морских закусок.

— Подойди ко мне… — Хенрик рукой приказал подойти. Испуганный слуга медленно подошёл и встал рядом.

— Это ты?! Обещал вернуться с бутылкой стоящего вина? — Он взял рукой за его щеку и начал вертеть лицо, рассматривая черты. Слуга покорно сносил. Несколько раз повертев его лицо, Хенрик язвительно фыркнул.

— Все на одно лицо… Иди… Пока я не вышел из себя… — слуга быстрым шагом удалился прочь.

— Я требую прохода! — нападал Хенрик. Стража и Хенрик несколько молчаливых мгновений сверлили друг друга глазами. Наконец, один решился прервать молчание.

— Хорошо. Проходите, мы вас…

— Что ты делаешь? Не велено… Без пропуска нельзя… — второй гвардеец слегка приглушенным голосом прервал первого, объясняя тому правила приёма.

— Оставь… Полно… Ничего не случится, если мы пропустим этого господина. Зайдет. Найдет слугу. И выйдет.

— То-то же. Не стоит злить меня и огорчать мою семью. — Хенрик начал подниматься по ступеням.

— Прошу... После главного входа первый поворот налево. Винный погреб. К сожалению, мы не можем вас проводить. Служба. Хорошего отдыха... — коротко закончил один из стражников, провожая героя взглядом.

Поднявшись по массивным каменным ступеням, взору Хенрика предстала картина управляемого хаоса. Нередкая прислуга суетилась в проходе, разлетаясь в разные стороны, как пчелиный улей. Одна группа стояла у восточной колонны, что-то активно обсуждая. Человек в черном фраке выступал активнее всех. Массивные двери главного входа были распахнуты настежь, открывая суматоху внутренних залов. Туда и обратно металась прислуга в однообразных нарядах.

Не было времени сомневаться. Преодолев колонны и двери входа, Хенрик услышал приглушенные звуки хлопков.

«Салют. Вовремя. Когда мне последний раз так везло?»

Некоторая часть прислуги, только заслышав приглушенные хлопки, направилась на звук. Полтора десятка человек попеременно вышли из восточного и западного входов, игнорируя случайного гостя у главного входа. Особняк частично опустел. Пройдя несколько шагов вперед, Хенрик уперся в широкое зеркало, расположенное параллельно главному входу и проходам в разные крылья поместья. Убедившись, что достаточно жалко выглядит для случайно заплутавшего гостя, Хенрик перешёл к следующему этапу плана.

Западное крыло. Хенрик решил начать с него. Пройдя в первую комнату, он обнаружил огромное количество картин эпохи «Объединения». Взгляды героев, обращенные к художнику в парадных нарядах, эпичные баталии на суше и на море, ставки командования с решительными прорывами, всё это создавало гнетущую атмосферу контроля. Многочисленная мягкая мебель, расставленная по углам, лишь усугубила его тревогу.

«Зал для ожидания. Везде мрамор».

Преодолев зал, Хенрик вошёл в следующий. Второй зал выглядел гораздо меньше предыдущего, картины контроля сменились живописными пейзажами, а по центру стоял массивный вырезной стол, обставленный мягкими стульями по периметру.

«Карта. Ключи. Всё, что угодно».

Хенрик, оглядевшись и никого не обнаружив, размеренными шагами подошёл к столу и начал его обыскивать. Первые ящики были заполнены бесполезными письмами вежливости. Третий ящик оказался закрыт.

— Нет… Нет… Нет… Так не годится, — из коридора, ведущего наружу, послышался голос. В помещение вошёл массивный мужчина в классическом фраке.

— Хенрик… У меня нет слов… — мужчина остановился около проёма и облокотился о стену.

— Альберт… Рад тебя видеть… Надеюсь, у тебя есть пропуск… Иначе угрюмым господам из гвардии придётся тебя выкинуть.

— Нет… Нет… Хенрик… — из противоположного прохода показался внешне точно такой же мужчина, только меньшей комплекцией.

— У меня нет слов… — за ним последовал третий одинаковый мужчина в фраке.

— Альф… Артур… Какая встреча… Не ожидал увидеть всю семью… Как родные? — за внешним хорохорством скрывался испуг, отраженный в глазах Хенрика. Нервный тик достиг левой руки.

— Хочу быть честным с тобой… Хенрик… Если мы сломаем тебе ногу и руку, пока будем тащить, никто даже не обратит на это внимание… Не это ли ты ищешь? — Альберт достал из внутреннего кармана большой лист пергамента, сложенный несколько раз.

«Хочет запугать. И разозлить. Одновременно».

— Нога или рука… — продолжил Альф. — Лишняя деталь… — вторил третий.

— Надо отправить всех людей на плаху, которые считают, что вы обычные дуболомы-исполнители. Какая фантазия… Какой полет мысли… Умные и интеллигентные люди всегда могут договориться. Особенно в нашей ситуации. Манящий звон монет творит чудеса… — Хенрик руками оперся о стол и потянулся вперед.

— Не в этот раз… Другие обстоятельства… Если я скажу, что это мне не доставит удовольствие, то я нагло совру… — Альберт положил обратно в карман лист пергамента.

— Не