Период полураспада - Алексей Иванович Гришин

Едва слышимые отзвуки воздушного свиста пронеслись по коридорам.

— Что это? Воздух? Как в тот раз? Не может быть, — он недоверчиво затряс головой, отгоняя от себя мысль о потоке воздуха. — Это опять твои игры. Я не поведусь.

Спустя несколько мгновений свист прозвучал снова, закончившись глухим ударом где-то вдалеке. Мужчина поднял голову, вглядываясь в темноту услышанных видений.

— Может быть, обрушился тоннель? Обрушение не может сопровождаться таким сильным воздухом... Я слышал похожий звук раньше. Теперь он ближе, — в его голосе затеплилась надежда. Он замер, боясь пошевелиться и спугнуть звук. Охотник, притаившийся в тени. Потеряв было всякую надежду, похожий знак заставил его идти дальше.

— Я уже встречал обрушения. Надо узнать наверняка, — он начал медленно вставать. Но стоило только представить, что он приблизится снова к этой яме, как его охватывал ступор. Он долго не мог решиться. Потратив неимоверные усилия лишь на то, чтобы подняться, он осторожно двинулся вдоль стены в сторону глухого удара. Зайдя в тоннель, он не сразу начал уже привычный счёт. Прошел несколько десятков шагов перед тем, как начать привычный ритуал.

— Тридцать три... Нет. Сорок восемь, сорок девять…

Не успев сделать следующий шаг, он замер, левой рукой ещё касаясь стены. Правая нога на что-то наступила. Бесчисленное количество раз он наступал на камни, на мох, проваливался в ямы, спотыкался о крыс — но сейчас было иначе. Мужчина опустился на одно колено, нащупал предмет под правой ногой. Круглая монета, по чеканке — возможно, золотая. Почти без грязи.

— Откуда здесь монеты? Свер… — почти в полный голос проговорил мужчина, запнувшись на середине слова, не поверив самому себе. Он обратил свой взор наверх. — Чушь! Её кто-то обронил. Причём недавно! — глаза лихорадочно забегали, всматриваясь в густые тёмные углы сводов.

— Я слышал голос! Здесь кто-то есть? Мне нужна помощь! — далекий голос эхом отпечатался в голове. Он не поверил, что слышит человека. Впервые за столько времени — живой, настоящий человек! Не тратя ни секунды на раздумья, сжимая монету в руке, он побежал вперед.

— Отзовитесь! Я застрял! — голос становился всё ближе.

Мужчина бежал изо всех сил, спотыкаясь, вдавливая ноги в землю. Времени на отдых не было.

— Я слышу шаги! Да черт! Похоже, со мной играют... — голос уже был осязаем. Вот. Он здесь.

В мгновение ока он вбежал в просторное помещение и судорожно закричал. — Кто здесь? Отзовись!

— Наконец-то! Я уже думал, что останусь здесь навсегда. Сижу в какой-то яме, не могу выбраться… Край слишком высок… — голос звучал подозрительно спокойным. — И почему здесь так темно?

Мужчина осторожно пошёл на голос, стараясь нащупать край и не свалиться самому. Дойдя до края ямы, он лег и опустил руку вниз.

— Ты настоящий? Живой человек? Не мираж? — начал он расспрашивать сбивчиво.

«Если это ловушка всё равно я услышал голос последний голос самый нужный голос».

— Живой. Живой… Тащи меня наверх.

Чья-то рука схватила его за запястье по локоть, приказывая, что делать дальше.

Приём в поместье «Чёрное Солнце» был в самом разгаре. Редкие подвыпившие гости бродили по третьему ярусу сада около главного здания. В основном ярус был занят хлопочущей прислугой и веселыми гвардейцами, собранными по группам. Отовсюду доносился праздничный гул: смех, жаркие споры, шуточные обещания неприятностей, флирт и близость, звук падающих бокалов, в общем, все необходимые атрибуты любого приличного праздника высшего сословия.

«Выделяться нельзя».

Первое, что сделал Хенрик после того, как поднялся на третий ярус — нашел ближайшую стойку с вином и почти залпом выпил целый бокал.

«Только один. Больше опасно».

Отойдя с бокалом в укромное место за высокий кустарник и присев на лавку, он начал колдовать. Остатки вина в бокале вылил на руки и растер около шеи и воротника, создавая иллюзию долгого и веселого пребывания. Пучком оторванного газона растер ладони. Расстегнул несколько пуговиц сюртука и верхнюю пуговицу рубашки. Прорепетировал несколько фраз и отправился.

— Гошпода! Я… Гошпод… — слегка заплетавшимся языком и аналогичной походкой Хенрик пытался обратить на себя внимание группы гвардейцев, стоявших возле невысокого каменного забора на западной половине сада.

— Друзьяяя!!! Я… А… Десь! Помогите мн... — Хенрик активно жестикулировал, пытаясь привлечь к себе внимание. Гвардейцы заметили его и, мгновенье посовещались, отправились навстречу. Подойдя почти вплотную, Хенрик нечаянно споткнулся о кочку и упал прямо в руки одного из встречающих.

— Во… Спаасибо. Поймал меня... Хооороший мальчик… — с усилием встав с рук молодого гвардейца, Хенрик с товарищеским настроем похлопал по плечу спасителя. Он решил не сдерживаться и довольно продолжительное время просто стоял, хлопал по плечу молодого гвардейца, слегка покачивался, кивал с понимающим видом и бормотал: «Мдааа… Дааа… Бывает…» Пока один из товарищей не решил спасти «зелёного» коротким звуком «Кхе-кхе».

— Дааааа… Что-то я отвлеееквся. Гошпод… Мне нужна ваша помощь… — медленно начал проговаривать Хенрик. — Расписание… того. Потеряяяял. Салют хочу. Салют хочу увидееть… Огни. Скоро? Или?

«Такое мероприятие. Без огней. Невозможно».

— Господин, мы никак не можем знать. Нам такое не докладывают, — начал один из гвардейцев. Видимо, старший из них.

— Вообще... Симон может что-то знать. Он говорил, что слышал разговор одного из управляющих о программе. Случайно… — слегка понизив голос, сказал гвардеец со шрамом на лбу старшему.

— И где Симон?

— Должен вот-вот вернуться из обхода. — Приятный запах вина начал распространяться среди говорящих.

«Тоже пили. Хорошо».

— Господин, сейчас наш товарищ подойдет… Он знает расписание. А пока давайте мы вас проводим до скамейки. Посидеть, отдохнуть… Разрешите? — старший гвардеец принялся было брать Хенрика под руку, но тот отбрыкнулся.

Несколько гвардейцев пытались уговорить «пьяного» Хенрика спуститься вместе на первый ярус и присесть. Безуспешно. Пока один из них не прокричал.

— Эй! Симон! Вот он… — активно жестикулируя, начал один из гвардейцев. Симон, как только заметил машущего товарища, ускорил шаг и быстро оказался у них.

— Симон. Ты знаешь расписание? Когда будет салют? — старший начал расспрашивать.

— Никак нет. Не могу знать… — Симон два раза быстро моргнул и каменным лицом уставился на главного, вытянувшись по стойке смирно. Ни один мускул на лице Симона не дрогнул.

— Что значит никак нет? — старший два раза быстро моргнул