Муртаг: Мир Эрагона - Кристофер Паолини

Снаружи полуразрушенного дома раздались крики, пронзительные звуки рогов, также лязг оружия и доспехов: подоспевшие солдаты вбегали внутрь.

Проклятье! — Нам нужно выбираться от…

Часть крыши провалилась внутрь, и шиферная черепица дождем посыпалась на спину Торна с пыльным, оглушительным грохотом.

Торн взревел, и Муртаг одновременно услышал и почувствовал его всплеск слепой паники. — Нет, стой! Всё хо…

Багровый дракон встал на дыбы и попытался распахнуть крылья, но ему помешали стены дома. И тогда он по-настоящему обезумел. Он забился, как гигантская змея; остов здания содрогнулся и затрясся, балки посыпались вниз, стены рухнули, и густое облако пыли затмило воздух.

Муртаг пригнулся и накрыл голову спальным мешком, пока дом обрушивался вокруг них. Он попытался соединиться с разумом Торна, но дракон был слишком глубоко погружен в свой страх; Муртаг не мог достучаться до него, не мог успокоить или воззвать к рассудку.

Его обереги отклонили груду брусьев, которая в противном случае раздавила бы его, и он судорожно выдохнул от внезапной потери энергии. Заррок. Ему нужен был меч, нужна была энергия, запасенная в рубине на навершии меча.

Последовало мгновение шокирующей тишины. Перед собой Муртаг увидел груды балок и щебня, покрытые слоем пепельной пыли толщиной в палец. Дома больше не было, а за его пределами, за завесой непроглядной мглы, двигались темные силуэты людей.

БУХ.

Взмах крыльев Торна поднял завихрения пыли в небо и очистил пространство вокруг Муртага. Он поднял голову.

Мечущаяся толпа солдат окружила площадь, их лица были белыми от страха, ненависти и пыли. Они держали копья нацеленными на Торна — как будто это оружие могло хоть чем-то помочь против дракона — и изрыгали проклятия в адрес Муртага и Торна, выкрикивая оскорбления и провокации. Дождь стрел обрушился из-за зданий, высвистывая свою смертоносную песню.

— Тхриста! — крикнул Муртаг, и стрелы разлетелись в щепки прямо в воздухе, безобидно осыпавшись на улицы.

Торн снова взревел, и люди отшатнулись. В отчаянии Муртаг прижал свой разум к разуму Торна, но это было всё равно что биться головой о голую каменную стену. Страх завладел мыслями дракона — ни одна другая эмоция не была достаточно сильна, чтобы пробиться сквозь него или пересилить его. В тот момент он превратился в бездумного зверя, и Муртаг не знал, как ему помочь.

Торн извернулся и махнул хвостом в воздухе, ударив по соседним домам. Тяжесть его хвоста и сила, направляющая удар, проломили здания, переломали их балки, как сухие лучинки, и отправили двери, ставни, черепицу и целые стены с грохотом на землю.

Муртаг побежал к Торну. — Ст…

Дракон повернулся и накрыл Муртага лапой. Тяжесть прижала Муртага к земле, а затем когти Торна сомкнулись вокруг него, и от резкого рывка его шея мотнулась: Торн издал неистовый рев и взмыл в воздух.

Муртаг пытался пошевелиться, пытался хоть что-то разглядеть, но клетка из когтей Торна была неподвижной, нерушимой.

Торн снова взревел. Далеко внизу Муртаг уловил взглядом солдат, спасающихся бегством по улицам, и ему показалось, что он заметил лицо Эсвара среди толпы; на лице светловолосого юноши застыло выражение, полное страха и обвинения. Ближе к крепости он разглядел две фигуры, облаченные в темные мантии Дю Врангр Гата, а также троих эльфов, стоявших на углу здания: воздух дрожал между их руками, пока они нараспев произносили слова — он не сомневался — на древнем языке.

Нет!

Еще один град стрел полетел в их сторону, и гигантская струя пламени вырвалась из пасти Торна. Даже будучи стиснутым в лапе Торна, Муртаг чувствовал волны обжигающего жара, исходящие от этого огненного потока.

Стрелы вспыхнули красным, белым и желтым и исчезли, как искры в костре.

С очередным ревом Торн залил здания внизу потоком жидкого огня. Желтые полотнища взметнулись с крыш, и хлопанье прожорливого пламени заглушило хор криков и воплей.

Муртаг тоже кричал, но Торн его не слушал.

А затем они уже летели над городом, и там, где пролетал Торн, он оставлял за собой шлейф горящих разрушений. Какое-то заклинание заставило воздух вокруг них стать холодным и разреженным, но, какова бы ни была цель этого колдовства, его последствия быстро рассеялись, и Торн продолжил свой путь как ни в чем не бывало.

Они миновали окраину Гилида, и Торн начал набирать высоту, уходя в небо с отчаянной скоростью, и единственными звуками были шум рассекаемого воздуха и тяжелые взмахи его крыльев.

Торн летел часами.

Муртаг то и дело пытался заговорить с ним, но разум дракона оставался наглухо закрытым, закованным в броню слепого страха. Не в силах сделать большего, Муртаг изо всех сил старался внушить Торну чувство покоя и безопасности, несмотря на собственное смятение. Ему хотелось рвать и метать, сыпать проклятиями и рыдать, но он понимал, что это лишь усугубит состояние Торна, поэтому подавил свои чувства и сосредоточился на поддержании ровного душевного равновесия. Торну необходимо было знать, что он не один и что они оба в безопасности. Лишь тогда к нему вернется рассудок.

С каждым взмахом крыльев Муртага болезненно трясло, а чешуйки на узловатых суставах Торна впивались ему в кожу. Рев холодного ветра оглушал, сбивал с мыслей и высасывал тепло из конечностей, хотя он и кутался в свой спальный мешок. Вскоре его начала бить дрожь.

Муртаг пытался следить за их маршрутом, но мог разглядеть лишь крошечный клочок земли внизу. Он понял только то, что они летят на северо-восток, и всё.

Видение горящих зданий раз за разом вставало перед мысленным взором, и он гнал его прочь, не желая, чтобы его собственные терзания передались Торну. Но он не мог отделаться от тошнотворного чувства неизбежности того, что они совершили.

***

Солнце стояло в зените, когда Торн, наконец, пошел на снижение и, спланировав, опустился на небольшой холм на краю бескрайних восточных равнин.

Они приземлились с резким толчком, и Торн разжал лапу. Муртаг рухнул на сухую траву так сильно, что из его груди с громким уф-ф вышибло дух.

Он выпустил из рук спальный мешок и медленно поднялся на ноги.

Торн сидел рядом с ним, сгорбив плечи и опустив крылья, словно ожидая удара; глаза его были полуприкрыты, а по всему телу пробегала мелкая дрожь.

Муртаг обхватил руками голову Торна. — Ш-ш-ш. Всё хорошо, — произнес он, и вслух, и мысленно. — Мы в безопасности. Успокойся. — Он повторял эти слова до тех пор, пока не почувствовал, что дрожь начала утихать.

Ничего не хорошо. Торн моргнул и прижался к земле еще