Корректор - Зинаида Майорова

Мысленно проигрывая в голове разные сценарии, Наташа продолжала прислушиваться к репликам Юрия Рудольфовича.

— Вы хотите, чтобы я снова вам поверил? — возмущался он. — А потом спустите на меня всех собак. Не собираюсь становиться козлом отпущения. Она меня подозревает. И вас тоже подозревает!

Он просунул руку сквозь решётку и обвиняющим жестом ткнул пальцем в сторону водителя.

«Интересно, о ком он говорит? — задумалась Наташа. — Кто эта загадочная она?»

Внутренний монолог не мешал её внимательно следить за диалогом между человеком и автомобилем. Именно так беседа выглядела со стороны. Юрий Рудольфович горячился, жестикулировал и повышал голос. Автомобиль невозмутимо слушал, иногда откликаясь неразборчивым шуршанием. Случайному прохожему сцена могла бы показаться смешной, но Наташе не приходилось раньше видеть ничего настолько же жуткого. Даже хулиганы, напавшие на Романа, могли сойти за учеников воскресной школы по сравнению с тем, кто сидел внутри машины, дёргая за ниточки своего собеседника.

«Если бы он что-нибудь взял из рук замдиректора, — размышляла Наташа, — то я смогла бы в этот момент подобраться к машине и спрятаться за ней».

Но в глубине души она понимала, что маневр слишком рискованный. За рулём сидел ловкий манипулятор. Это чувствовалось по тому, как постепенно успокаивался Юрий Рудольфович. Наверняка водитель периодически осматривает двор, и никакие действия собеседника не нарушат его мер предосторожности. К тому же непохоже было, что замдиректора пришёл сюда в качестве курьера или с другой полезной миссией. Ему просто необходимо выговориться.

Ещё через несколько минут автомобиль отъехал от ограды и скрылся за одним из корпусов неопознанного научно-учебного комплекса, а Юрий Рудольфович быстрым шагом направился в противоположную сторону. Пересёк детскую площадку и скрылся за деревьями.

Наташа не пыталась преследовать автомобиль. Она была практически уверена, что обнаружит его прямо за соседним зданием, но водителя внутри уже не будет. К тому же в её задание такой пункт не включили. На этот счёт имелось второе правило:

«Никогда не пытайтесь совмещать выполнение задания со своими собственными проектами».

Осмотрев пустой двор, она вышла из-за тополя и непринуждённо двинулась в сторону корпусов. Тишину внезапно нарушили два голоса — мужской и женский. Через секунду Наташа увидела стажёров в белых халатах. Они прошли мимо, увлечённые разговором.

— Никого нет рядом, а мотор работает, — сказала девушка с карими глазами и каштановой чёлкой до бровей. — Может быть, сказать кому? Вдруг авария случится?

В ушах её сверкали красивые серёжки в виде листиков, а под распахнутым халатом виднелась блестящая блузка из люрекса.

— Да какая там может быть авария, расслабься, — успокоил её голубоглазый парень в очках, — это же не центрифуга. И уж тем более не Большой адронный коллайдер.

У него в ухе болталось неказистое металлическое колечко. На зелёной футболке красовалась лента Мёбиуса и принт: «Мехмат — это круто!»

— Но он уже почти час работает, — не унималась девушка, — Я в наш корпус заходила после лекции — работает. И сейчас мы проходили мимо — опять работает. По-моему, кто-то просто выключить забыл.

Наташа обернулась и внимательно изучила пару со спины. Длинные светлые волосы юноши собраны в хвостик, а у его спутницы волосы покороче, до плеч не достают. На заданиях она старалась запомнить все детали, даже самые случайные. Потом она снова подняла голову вверх — с нового ракурса могли открыться невидимые раньше ориентиры.

Асфальт под ногами задвигался, прорастая травой, но в последний момент перед переходом Наташа увидела её. Фрагмент тонкой ажурной конструкции мелькнул вдалеке, в просвете между двумя корпусами. В программу подготовки корректоров входило изучение самых известных небоскрёбов и башен со всеми их отличительными особенностями и мелкими деталями. Поэтому Наташа без труда распознала Шуховскую башню на Шаболовке.

Через мгновенье она уже шла по полю. Небольшая птица шарахнулась из-под её ног в густую траву.

«Неужели я смогла увидеть коростеля?» — удивилась Наташа.

Но птица скрылась слишком быстро — для точного вердикта данных не хватило.

Девушка быстро пошла через поле к дому. Скоро похороны, а ей ещё нужно успеть накормить Иннокентия, да и самой неплохо бы позавтракать. После перехода её отбросило ближе к лесу и дальше от жилого квартала. Зато её неожиданного появления не увидели дети, затеявшие игру в бадминтон на краю поля.

Однако, войдя в квартиру, Наташа первым делом пошла не на кухню, а в кабинет. Позвонила Кате. Та сразу взяла трубку, хотя сейчас в Издательстве наверняка все на ушах стоят — гости, похороны, поминки и всевозможные накладки, неизбежно возникающие в последний момент. Но Катя знала, что Наташа не станет отвлекать её по пустякам.

— Катя, ты не могла бы отправить запрос, — Наташа торопливо излагала свою

просьбу. — Мне нужно определить владельца автомобиля по номеру. Это прямо связано с делом Сергея.

— Диктуй, — без лишних слов ответила Катя.

Наташа продиктовала номер серебристой Хонды и уже готова была положить трубку, когда Катя сказала:

— Я не буду отправлять запрос. Это ведь Хонда CR-V, правильно? Недавно я оформляла на неё пропуск в Академию на Шаболовке. Так что я и так знаю хозяина. Да и ты его уже неплохо знаешь. Это твой новый ухажёр — Роман Оводов.

— А пропуск на какую дату, не помнишь?

— На завтра.

— Спасибо, Катя, ты мне очень помогла. До встречи!

Наташа опустила трубку и глубоко задумалась. В кабинет зашёл Иннокентий, осторожно забрался на стол и потёрся об её руку, так и застывшую на телефоне. Словно хотел сказать, что вопрос действительно сложный, и он готов подождать, пока Наташа как следует поразмыслит над ним, рассмотрев ситуацию со всех возможных сторон. Он, так уж и быть, готов немного поголодать.

Через несколько минут она включила компьютер, зашла на сайт московского филиала Издательства и распечатала с него фотографию. Убрала в прозрачный файл, положила в сумку. Лишь тогда Кеша побежал на кухню. Через секунду до Наташи донеслось его призывное мяуканье — так он обычно клянчил еду, стоя над миской.

Сразу после завтрака, сменив кроссовки на чёрные туфли, а спортивную одежду — на тёмный костюм, Наташа отправилась в Издательство. Речи на гражданской панихиде и надписи на траурных лентах венков почти не отпечатались в её памяти — она напряжённо обдумывала свой следующий шаг. Правила не запрещали создание временнóй петли, но задача считалась необыкновенно сложной, и корректорам не рекомендовалось браться за неё без серьёзно продуманного плана.

Точная последовательность действий сложилась у неё в голове уже