Новый человек-невидимка - Джон Диксон Карр

– Теперь позвольте мне кое-что сказать, – заявил суперинтендант Морган. – Вы говорите, что он попросил у вас прощения. Упоминаете про самоубийство. Но я слышал об этом вашем мистере Кейне от моего кузена, Дэвида Моргана. Так вот, кузен говорил, что этот ваш мистер Кейн – просто мошенник. Что его компании обанкротились, а его самого ждет суд. Не в этом ли заключается причина вероятного самоубийства? Я думаю, так оно и есть.

– Мне ничего не известно о личных делах дяди, – сказала Мэрион.

Но Стейси понял, чего она боится. На ней было платье из набивной ткани, и выглядела она скорее как сиделка, чем как секретарша. Сиделка, которая дежурит у постели больного и всеми силами старается, чтобы он не умер.

– Я еще раз спрашиваю: это могло быть причиной самоубийства?

– Могло, – бросил доктор Гастингс. – Но это не объясняет, как можно нанести удар себе в спину под таким углом, да еще на глазах у троих свидетелей. Убийство или самоубийство… Ни того ни другого все равно не могло произойти!

– И все-таки он умер.

– Минуточку, – вмешался полковник Марч.

Уверенный приятный голос успокоил раздраженных и перепуганных людей. Полковник выглядел внушительным и вместе с тем располагающим к себе и своим обращением скорее приглашал вступить в дискуссию, а не в спор. Окинув дружелюбным взглядом собравшихся, он извинился.

– Я понимаю, что, возможно, мне не следует вмешиваться, но есть в этом деле пара моментов как раз по моей части. Суперинтендант, вы не возражаете, если я задам несколько вопросов?

– Спрашивайте на здоровье, – с жаром ответил Морган. – Этот джентльмен, – объяснил он, выпячивая грудь, – глава департамента Д-три в Скотленд-Ярде. Он приехал сюда…

– По одному весьма интересному поручению, – с грустью сказал полковник Марч. – Я расследую серию любопытных краж. Один вор крадет исключительно зеленые подсвечники. И это подпадает под специализацию нашего особого департамента. Простите меня, мисс Кейн, но вы сказали, что за два дня до смерти ваш дядя привез коробку картонных солдатиков. Не могли бы вы показать мне ее?

Не проронив ни слова, Мэрион встала и ушла в коттедж. Доктор Гастингс внезапно поднял взгляд, словно готовясь дать немедленный отпор.

– Мы также услышали, – продолжил полковник Марч, – что он приобрел духовое ружье. Вы стреляли из этого ружья, верно, мистер Пелл?

Лайонел распрямил спину. В разговоре с суперинтендантом он был дружелюбным и любезным. Но к полковнику Марчу обратился со своим привычным безразличием и той непосредственностью, с которой он, будучи всего двадцати трех лет от роду, называл Кейна Норманом, а в долг брал с таким видом, будто оказывал большую услугу.

– Всего несколько раз, – ответил он. – Все-таки это не моя собственность. Вы же не думаете, что славного хозяина этого дома убили одной из тех микроскопических пулек, которыми стреляют из духового ружья? Или резиновыми ядрами из игрушечной пушки?

– Где духовое ружье хранилось?

– Полагаю, что в моей комнате. До вчерашнего вечера. Тогда я отдал его Мэрион. Может, вы лучше у нее спросите?

Вскоре вернулась Мэрион с большой яркой коробкой и передала ее полковнику Марчу. Похоже, она услышала свое имя, поскольку тут же посмотрела сначала на Лайонела, а затем на Билла Стейси. Полковник Марч открыл коробку и фыркнул над своей трубкой.

– И тем не менее резиновые ядра исчезли, – резко заметил он, и от его тона Стейси стало не по себе. – Интересно, где сейчас духовое ружье? Мисс Кейн, вы одолжили его у мистера Пелла?

– Послушайте… – перебил его Гастингс со странным напряжением на лице. Он вскочил, но затем снова сел.

– Да, я одолжила его, – ответила Мэрион. – А что тут такого? Разве я не говорила вам? Взяла его с собой, когда пошла плавать сегодня утром на другую сторону пляжа. Стреляла из него по пустым консервным банкам. Там его и оставила. А когда вернулась на эту сторону, забыла про него. – Она посмотрела на собравшихся, удивленно расширив глаза. – Боюсь, теперь оно заржавеет под дождем. Извините. Но в чем дело? Это важно?

– Мисс Кейн, – сказал полковник Марч, – вы всегда ходите плавать так рано?

– Нет. Это в первый раз. Я переживала за дядю и не могла уснуть.

– Вы любили его?

– Очень любила, – просто ответил Мэрион. – Он был очень добр ко мне.

Лицо полковника Марча стало мрачным и холодным. И таким же невыразительным, как его старая кепка или старая трубка. Он ничего не сказал. Просто аккуратно закрыл коробку с солдатиками и жестом подозвал к себе суперинтенданта. Ждать результата им пришлось недолго.

В конце дня тело выбросило на берег в двух милях от Барри-Айленда. А Мэрион Кейн задержали и отправили для допроса в полицейский участок. Формальная процедура, которая обычно предшествовала предъявлению обвинения и аресту по подозрению в убийстве.

Это была самая ужасная ночь в жизни Стейси. Он убеждал себя, что нужно сохранять спокойствие и бороться с импульсивными желаниями оборвать телефон адвоката или оккупировать полицейский участок и всех донимать. С горькой иронией он осознавал, что ему не хватает выдержки и спокойствия доктора Гастингса. Оказавшись в затруднительном положении, он пытался предпринять хоть что-нибудь. Совершить поступок – пусть даже сомнительный, например подбить кому-нибудь глаз.

Стейси уверял себя, что все будет хорошо. Из Лондона приедет личный адвокат Кейна, и полиция честно сделает свою работу. Но именно эта полицейская честность и тревожила его больше всего. Проведя бессонную ночь в коттедже, он задремал на рассвете и спустился только в десять утра. Лайонел Пелл как раз поднимался по ступенькам веранды с газетой в руке. Дождь все еще продолжался, и было так темно, что доктор Гастингс зажег в гостиной газовые лампы.

– Здесь как раз об их деле, – заявил Лайонел, взмахнув газетой над головой. – Наш суперинтендант неосмотрительно проболтался. Теперь об этом пишут все газеты.

– Их дело? Их дело против…

Стейси был вынужден признать, что изменил свое мнение о Лайонеле. Он растерял прежнюю манерность и теперь, столкнувшись с серьезными проблемами, выглядел нескладным, неуклюжим, но зато похожим на нормального человека.

– Разумеется, ее имя не упоминается. Ее пока не арестовали официально. Сформулировано все очень осторожно. Но они, похоже, нашли духовое ружье в песке около берега. В том самом месте, где, по словам Мэрион, она сидела, когда старина Норман упал. Практически напротив Львиной Лапы.

За одним из окон гостиной появилась голова доктора Гастингса, заслонившая собой свет лампы. Всего лишь силуэт с коротко постриженными волосами, но они увидели, как он стоит, упершись кулаками в подоконник.

– Я ничего об этом не знаю, – поспешно проговорил Лайонел. – Когда все случилось, я еще спал. Но