Записки из Колыбели солнца: Северная Корея глазами иностранки - Диана Карабегович
Приготовили еду быстро, упаковали в два кусочка белой бумаги и положили в пакетик. По приходу в номер мы развернули гамбургеры: в каждом лежало по три небольших куска говядины с овощами, помидоры, свежие огурцы, майонез и соус.
Было понятно, что мы сейчас будем есть соусы, стоявшие целый день на подоконнике в духоте, но риск – благородное дело, и бургер оказался действительно вкусным, а проблем с животом у нас с Катей не возникло.
Точнее, у моей соседки по комнате уже присутствовал дискомфорт от непривычно острой еды, поэтому будет правильнее сказать, что после бургеров новых жалоб у неё не появилось.
Вечером мы так и не добрались до столовой, потому что Мухён весело прискакал к нам в комнату со словами, что мы всей группой идём ужинать в ресторан.
Я обрадовалась незапланированной вылазке и тут же пожалела, что взяла сытный бургер, после которого есть уже не особо хотелось. Тем не менее упускать шанс куда-то сходить в Северной Корее, на мой взгляд, непозволительно, поэтому я согласилась.
Катя, напротив, решила не идти, сославшись на усталость. Маша, всё ещё лежавшая в постели в соседней комнате, чувствовала себя лучше, но не настолько, чтобы полноценно есть в ресторане, поэтому Мира сходила в столовую и принесла ей варёного риса.
Мухён и все желающие отведать деликатесы в местном ресторане собрались на первом этаже, и мы двинулись в путь. Длился он меньше минуты, потому что ресторан находился буквально через дорогу от общежития, скрываясь за непримечательной серой дверью.
Мы поднялись по лестнице на второй этаж и оказались в помещении, выполненном в приятных тёпло-бежевых оттенках. Интерьер состоял из деревянных столов и стульев, множества украшений из искусственных цветов и ажурных заграждений, которые прикрывали столики друг от друга. Почти в каждый стол был встроен гриль для жарки самгёпсаля – корейского традиционного барбекю.
Поначалу бросилось в глаза, что цветы ненастоящие, однако, как оказалось, в Северной Корее их зачастую используют для украшения различных заведений. Мухён также уточнил, что в этом ресторане часто проводят свадьбы, поэтому цветы особенно важны для создания праздничной атмосферы и нужного антуража.
По всему залу на стенах были развешаны огромные плазменные телевизоры, крутившие весёлые мелодии в формате караоке. В качестве заставки показывали красоты Пхеньяна, природу и танцующих в национальной корейской одежде девушек.
Можно было взять большой талмуд с песнями, выбрать понравившуюся композицию, получить микрофон и – вуаля! – вот уже на вас смотрит весь ресторан. Такое себе развлечение для интровертов, надо сказать.
Мухён нахваливал местное пиво, поэтому мальчики решили заказать его. Самая известная в КНДР марка – Тэдонган – была названа в честь широкой реки, на которой стоит Пхеньян.
Оказалось, что ресторан практикует систему 2+1: заказываешь два пива, получаешь третье в подарок, и поэтому несколько хрупких официанток в белых фартуках принесли на наш длинный стол целую груду больших бокалов, доверху наполненных светлой пенистой жидкостью.
Я не люблю алкоголь, потому что он никогда не нравился мне на вкус, а запаха пива не переношу с детства. От дегустации я отказалась, но с интересом наблюдала за реакцией мальчиков, которые по очереди давали оценку «пхеньянскому золоту». Все пришли к выводу, что это определённо лучшее пиво, которое они когда-либо пробовали.
Себе я заказала клубничный напиток, который по вкусу напомнил молочный коктейль, но с газом. Мне понравилось, хоть он и немного отдавал химическим привкусом.
Пока остальные с восторгом обсуждали принесённое пиво, тихоня Мухён под шумок выпил все три бокала и раскраснелся как помидор. Мы только диву давались, как он так быстро успел их опустошить, учитывая, что наши мальчики не выпили даже половины.
Я обратила внимание, что у корейцев после первой стопки/рюмки/кружки быстро приливает к щекам кровь, и все в ресторане, кто выпивал, сидели с красными физиономиями.
Изрядно порозовевший Мухён решил, что, пока мы ждём еду, можно и пару песен исполнить, поэтому, забрав у официантки каталог, он выбрал «Подмосковные вечера».
Забавно, что композицию перевели на корейский, поэтому субтитры шли с местным текстом, но наш сопровождающий знал наизусть русскую версию, и потому, игнорируя бегущую строку, начал протяжно голосить.
Не скажу, что Мухёну светило место в финале шоу «Голос», однако по завершении душещипательного выступления мы разразились бурными аплодисментами, так как были приятно поражены его знаниями советской эпохи и всем, что с ней связано.
От грустной песни на душе стало немного тоскливо, однако от этих мыслей меня отвлекли деликатесы, которые постепенно оказывались на столе.
Я заказала блюдо, которое ещё давно заметила у южан, – тушёная говядина с рисом. Блюдо заправляется не очень большим количеством соуса, поэтому оно обычно не острое. Интуиция не подвела: мясо действительно оказалось очень вкусным.
Несколько ребят заказали холодную пхеньянскую лапшу, а Савелий, как всегда отличившийся, взял рамён под недоумённые взгляды всех сидящих за столом.
Мухён, цвет лица которого уже напоминал переспелую свёклу, с гордостью рассказал, что вчера Северная Корея успешно запустила межконтинентальную баллистическую ракету.
– Это острая необходимость, – сказал он, слегка стукнув кулаком по столу, от чего все кружки с пивом опасно задребезжали. – Острая необходимость в защите от гадких империалистов.
Пожив какое-то время в КНДР и прочувствовав, чем здесь живут люди, гораздо лучше начинаешь понимать, почему они так думают и почему так говорят.
КНДР – это иной мир, который не подчиняется правилам, действующим вне его. Это своеобразная маленькая утопия – механизм, работающий только на отечественном производстве. Если в него вставить