Ленивый герой - Nezloi
Девять тысяч рублей за бумажные и электронные носители нам было не по карману.
Провожаемые презрительным взглядом администратора, покинули офис.
— Фух! Надо же, какой неприятный человек, — уже на улице произнесла Александра Андреевна.
— Ага, не человек, а резинотехническое изделие, — ответил я.
Сестра хмыкнула, сдержав смешок, и деланно строго на меня посмотрела.
— Я вообще-то уже взрослый!
Мне не поверили и со смехом даже хотели схватить, чтобы потискать. Зная сестру, был к этому готов и ловко увернулся.
Час спустя я опять был в дороге: ехал на Химмаш к неудавшемуся не то блогеру, не то музыканту, по дешёвке распродающему своё оборудование.
Кроме всего прочего, я был нацелен на микрофон из среднего ценового сегмента — Rode NT1 Signature Series. Кстати, новым на маркетплейсах он стоил восемнадцать тысяч шестьсот рублей, я же сторговался за одиннадцать.
Конечно же, для записи песен в домашних условиях под гитару одного микрофона было мало, поэтому у меня был целый список нужной аппаратуры, большую часть которой я собирался приобрести у блогера-неудачника.
Аудиоинтерфейс Behringer U-Phoria UM2 — самый дешёвый и простой — он предлагал всего за две с половиной тысячи рублей.
Стойка для микрофона с поп-фильтром — ещё полторы тысячи.
Студийные наушники Behringer HPM1000-BK — за тысячу. За кабели просил тысячу сто.
Дверь мне открыл тощий долговязый юноша лет восемнадцати с мерзкими усиками под носом.
— Здорово, малой! Тоже решил попытать удачи в блогерстве? — поприветствовал меня парень, явно пребывающий в плохом настроении.
— Ага.
— Херня всё это! — но ещё раз внимательно меня оглядев, долговязый изменил мнение, качнув головой пробормотал. — Хотя попробуй. Мордашка у тебя смазливая, может, и стрельнешь.
Быстро проверив оборудование, убедился, что всё работает, сгрузил купленное в свою школьную сумку и, попрощавшись с блогером — раскисляем, пошёл к остановке, размышляя о цифровой звуковой рабочей станции. Её можно было не покупать: бесплатных версий в интернете хватало. Вот только старенький ноутбук Александры Андреевны мог потянуть далеко не каждую.
«Вроде Studio One „лёгкая“, должна летать как родная», — подумал я.
Неожиданно в мои мысли ворвался голос Маруси:
— Наблюдаю три агрессивно настроенных объекта.
Подняв голову, увидел, что возле пустой остановки меня поджидают три парня примерно моего возраста, обряженные по моде «гопник-стайл».
— Слышь, пацанчик… — начал крепыш в кепке развязным тоном.
— По средам не подаю, — перебил я его, не замедляя шага.
Мой тон и уверенный шаг сбили настрой шпанюков: уж очень моё поведение не вязалось с поведением жертвы.
— Ты чё, козлина! — рявкнул один из них.
Плавно опустив сумку на землю, в два широких шага оказался рядом с крепышом и с ходу всадил быструю двойку в «солнышко». Гопник выпучил глаза и, что-то хрипя широко распахнутым ртом, ещё только собирался падать, а я уже был рядом со вторым. Этот отличался костлявым лицом и рыбьим взглядом садиста.
Нырком ушёл от неплохо поставленного прямого в голову, пробил в печень и, толкнув его плечом, отскочил в сторону, оставшись один на один с последним.
Этот тоже был на голову меня выше и в плечах заметно пошире. Вот только после молниеносной расправы над товарищами в драку бросаться не спешил.
— Ты чё, ты чё, пацан, мы же только спросить хотели? — зачастил гопник, вытянув перед собой руку.
— Не, в ваш гей-клуб я не запишусь даже не уговаривай, я по девочкам, — бросил я.
Пару секунд бандит соображал, что я такого сказал, после чего в его глазах зажглась ярость.
— Ты щас нас пидорами назвал⁈
— Ой, извини, я не знал, что у вас тайный клуб, — глумливо ответил я.
Коротко щёлкнув, из кулака озверевшего гопника выскочило лезвие.
— Сергей Андреевич, приготовьтесь к фронтальной колющей атаке в область живота, — голос Маруси прозвучал чётко и быстро. Она мгновенно просчитала хват, положение руки с ножом и вычислила, куда меня собираются пырнуть.
Ловить или как-то отбивать вооружённую руку я даже не пытался. Сделав короткий шаг в сторону, пропустил нож сбоку, выбросил правую руку с растопыренными пальцами в лицо отморозку и буквально почувствовал, как мой указательный палец погружается в его глаз.
— Сука! — жалобно завопил гопник. — Ты мне глаз выбил!
Прижав руку к пострадавшему глазу, он стал с матерными воплями вслепую размахивать ножом.
Спокойно зайдя со спины, пнул его в пах.
— Ой! — тонко взвизгнул противник, выронил нож, сложился пополам и схватился за пострадавшее место обеими руками. Через мгновение мой старый кроссовок влетел в его лицо, превращая нос в кровавую лепёшку. Этого хватило, чтобы погасить сознание любителя ножей. Обмякшее тело ткнулось головой в асфальт и замерло.
— И в этом бою со счётом три — ноль побеждает боец возле синей мусорки, то есть великий и ужасный я! — объявив свою победу, я подхватил сумку, оглянулся на появившихся неподалёку прохожих и порысил к другой остановке.
До дома добрался без приключений. По дороге меня немного грызло беспокойство из-за избитых гопников. Точнее, из-за последствий этого, несомненно, богоугодного деяния, попадающего под статью Уголовного кодекса. Конечно, стучать ментам было не по-пацански, но мне могли попасться «неправильные» гопники.
— Ладно, чего себе кровь сворачивать. Будут бить — будем плакать, — пробормотал я.
Быстро переодевшись в домашнее, взялся за сборку студии, заодно поставив на скачивание DAW (Digital Audio Workstation).
Сестра с книгой в руках исподтишка наблюдала за мной, но ни о чём не спрашивала. Зато спросила зашедшая «на огонёк» мама:
— Это что?
— Это почти что домашняя студия, — похвастался я.
— А где же ты, Серёжа, взял деньги на студию?
— Я… — в этот момент взгляд мамы прикипел к моей шее, — … их заработал.
— Заработал! — мой музыкальный слух отчётливо уловил в голосе матери надвигающийся шторм.
— И как же ты их заработал? — от обманчивой ласки в её голосе у меня на руках волосы встали дыбом.
— Ну, грузчиком там, курьером, — пробормотал я упавшим голосом.
— А что тогда это⁈ — мама подошла ко мне вплотную и ткнула пальцем в шею.
— Где? — тупо переспросил я, уже понимая, что там.
— Ты опять спал с женщинами за деньги! — голосом, преисполненным трагизма, воскликнула мать.
— Что⁈ Нет, я их честно заработал!
— Ах ты проститутка! — впала мама в раж и попыталась меня ударить.
Бить мама не умела от слова совсем. Без труда уклонившись, бросился в бегство. Родительница, крича мне вслед обидные слова, рванула в погоню. Хватило мамы ровно