Ленивый герой - Nezloi

Отпраздновать остановились у ларька с мороженым. Александра Андреевна достала свой крошечный кошелёк и купила нам по самому дешёвому пломбиру.

«Иногда нужно остановиться, съесть мороженое и просто порадоваться жизни».

Холодное лакомство почему-то настроило меня на философский лад. Я думал о жизни, щурился на солнце и улыбался.

Опять домашние радовались моим успехам, обрушив на меня годовой запас обнимашек и поцелуев. В основном, конечно, старались близняшки и мама. Стойко пережил их восторги а, выйдя из объятий семьи, чувствовал себя немного помятым.

Потом перетерпел допрос, где из меня вытянули самые мельчайшие детали кастинга, и только после этого был отпущен с миром. Мама пошла хвастаться соседям, сёстры убежали к подругам, Александра Андреевна села за учебники, а я сбежал к мастеру Ли, не забыв захватить свой старый спортивный костюм, в котором раньше ходил на «дело».

* * *

От школы боевых искусств я ожидал чего-то более традиционного в китайском стиле, но вместо этого оказался в стандартном спортивном комплексе «Солнечногорск».

— Блин! Опять сказку на корню убило, — пробормотал я разочарованно. «Школа мастера Ли» нашлась по соседству с художественной гимнастикой и настольным теннисом.

Тяжело вздохнув, я поправил сумку на плече и толкнул дверь со скромной надписью на китайском и русском языках: «Школа северного кулака».

Пришёл я удачно: как раз одна группа учеников закончила тренировку, а другая ещё только собиралась.

Несмотря на то что, по сути, школа была обычным спортзалом, оборудование и инвентарь соответствовали именно китайской боевой школе. Причудливые манекены для отработки ударов, стойки с тренировочными копьями и шестами. Какие-то полотнища с философскими изречениями на китайском.

Не хватало только шэнтаня, также известного как школьный алтарь.

Пока я разглядывал зал, меня заметил мастер Ли, дающий последние наставления нескольким ученикам.

— Сергей! — позвал меня китаец, жестом отпустив учеников, среди которых, кстати, были не только подростки, но и вполне себе взрослые мужчины.

— Здравствуйте, мастер Ли, — на всякий случай изобразил поклон.

— Вижу, ты уже поправился.

— Да, всё хорошо, учитель.

Чен Ли несколько мгновений изучал меня внимательным взглядом, видимо, не до конца убеждённый, что я так быстро оправился от побоев.

— Ты раньше занимался боевыми искусствами?

— Э-э-э, боксом!

— Только боксом? Может быть, каким-нибудь внутренним стилем⁈

— Каким стилем?

Мастер Ли бросил на меня изучающий взгляд, но я действительно до этого момента не знал, что существуют какие-то внутренние стили.

— Э-э, нет, учитель, только боксом. Но почему вы решили, что я занимался этим вашим внутренним стилем?

— Когда хулиганы тебя избивали на земле, ты очень чётко и продуманно защищался, что невозможно без особых тренировок. Но самое важное — ты получил минимальные повреждения, учитывая, что тебя стремились убить. Ну и ещё кое-что: такие травмы заживают от трёх до шести недель.

— Врачи говорили, что это какой-то феномен, — пробормотал я, удивлённый наблюдательностью мастера Ли.

На словах о феномене Ли на пару секунд задумался и, видимо приняв какое-то решение, неожиданно пригласил меня стать учеником его школы:

— Я буду рад, если ты присоединишься к моим ученикам.

Подавив тяжёлый вздох, изобразил на лице внутреннюю борьбу.

— Я был бы счастлив, учитель Ли, стать вашим учеником, но моя семья не богата, я не могу вам заплатить.

На это мастер Ли улыбнулся, словно видел мою наивную хитрость насквозь.

— Давай поступим так: я дам тебе десять бесплатных занятий, а там посмотрим.

Выплеснув на лицо радость, энергично закивал головой.

— Беги переодеваться, через пять минут начинаем.

Я попал в группу новичков, где, кроме меня, было всего три человека: девушка со спортивной фигурой лет двадцати и пара мелких школьников, среди которых я не слишком-то и выделялся.

Естественно, с нами занимался не мастер Ли, а один из его учеников.

Для начала персонально для меня прочитали короткую лекцию о «северном кулаке». Остальные занимались уже пару недель и не нуждались в повторах.

Как оказалось, «северный кулак», кстати, на китайском — «Бэйцюань», относился к внешним стилям. Как я понял из рассказа старшего ученика, Валеры Хо, внешние стили были сосредоточены на работе с телом, а внутренние — на некой энергии, циркулирующей в теле каждого человека.

Маруся заинтересовалась, пришлось пообещать, что поищу в интернете информацию об этом феномене.

Пару минут Валера уделил философии «северного кулака», но я пропустил её мимо ушей. И только после этого нас погнали разминаться.

Как и в любом другом виде спорта, мы бегали, прыгали, махали руками-ногами, тянулись. Благодаря «бесконечной выносливости», в отличие от своих товарищей по группе, я даже не вспотел.

Следующие полчаса нас, но в основном меня, учили правильному дыханию и стойкам. Всё легко запомнил и повторил с первого раза.

— А ты молодец, — похвалил меня Валера. Похоже, мой прогресс его реально впечатлил.

Маруся, естественно, тоже принимала самое деятельное участие, помогая мне с правильностью движений.

Валера, видя, что у меня всё легко получается с первого раза, вошёл в азарт и принялся меня грузить по полной. За какой-то час он преподал мне курс «молодого бойца», рассчитанный на месяц. И был просто потрясён, когда я запомнил и выполнил все движения без единой ошибки.

— Боже мой, мне что, попался гений боевых искусств! — пробормотал Валера, вытирая рукавом вспотевший лоб.

На его слова мои соученики ответили ревнивыми взглядами.

Валера хотел продолжить, но учитель Ли внимательно наблюдающий за всеми, покачал головой и запретил. Восторги Валеры по поводу моей гениальности тоже не помогли. Мастер наградил меня многозначительным взглядом и сказал, чтобы я пришёл послезавтра к трём часам.

— Возьму тебя в старшую группу. Посмотрим, чего стоит твой гений.

* * *

Интерлюдия.

Многие поколения семья Ли практиковала и распространяла бэйцюань. Но, несмотря на четыре школы, разбросанные по необъятной территории РКФ, уже несколько столетий у северного кулака не было великого мастера, что, конечно же, сказывалось на престиже школы. На ежегодном фестивале школ и сект боевых искусств недруги не уставали об этом напоминать адептам бэйцюаня.

«Может ли быть, что сам Будда привёл на мой порог этого юношу?»

Несмотря на безмятежное лицо и расслабленную позу, мысли испуганными стрижами метались в голове мастера.

С одной стороны, он видел яркий гений мальчишки. Всю тренировку мастер внимательно наблюдал за своим новым учеником: его потрясающая выносливость и невероятный талант к боевым искусствам по-настоящему удивляли.

Но с другой — Сергей не горел бэйцюань: не было в нём той страсти, что отличала любителя единоборств от мастера.

— А без любви к боевым искусствам никогда не стать мастером, — пробормотал Ли.

В итоге