Причудливый узор нити жизни - Ирина Лядова

– Не смотри так. Знаешь же, что у меня свадьба должна была быть, – Злата кивнула. – Так отец её отменил, а меня высылает из деревни! Дескать, не время свадьбы играть, здоровье важнее. А Ладимир отца поддержал!

Злата тяжело вздохнула.

– И что же теперь? – грустно спросила она.

– В город поеду.

– Одна? – ахнула Злата.

– Почему же одна? С младшими: со своим братом и сестрёнкой Ладимира.

– А остальные как же?

– У Ладимира почти вся семья умерла этой зимой… бабка осталась, да сестра. Бабка вот хворать начала на днях, потому сестру Ладимира к нам переселили. Ну, а мои… Отец – староста, ему проблемы деревни надобно решать, а матушку и старших братьев мы похоронили ещё до масленицы… – теперь пришла очередь Глаши тяжело вздыхать.

Злата неуверенно топталась на месте, глядя на старшую подругу.

– Отец тоже хочет меня выслать… – тихо сказала она, смотря в землю. – Но я не собираюсь уходить. Они без меня точно не справятся.

Глаша удивлённо посмотрела на девушку.

– Глупая ты. Если есть куда уехать, лучше уехать. Мы хоть и под богами ходим, но и договориться с судьбой всегда можно. Если останешься, от твоего рода совсем никого может не остаться, а вернуться всегда успеется.

Злата задумалась над её словами.

– Старшие всегда говорят, что на всё воля богов. Видимо, осерчали они за что-то на нашу деревню, если уедем – не навлечём ли ещё большей беды?

Глаша хмыкнула и снова загремела вёдрами.

– Давай-ка моё ведёрко прицепим, а то без воды останемся, – вместо ответа на Златин вопрос сказала она, и ловко насадила ведро на крюк. Закрутился ворот, заскрипела цепь, постепенно разматываясь, послышался плеск, и Глаша начала поднимать воду. Подхватив полное ведро, девушка выругалась.

– Что такое? – испугалась Злата, глядя на Глашу.

– На воду посмотри, – ответила та, отходя от ведра с водой. Злата заглянула в него и отпрянула в ужасе – вода была полностью красная. Глаша выругалась, выливая в сторону грязную воду из ведра и сказала: – Как крови ведро набрала. Надо на родник идти, ты со мной?

Злата согласно кивнула, с опаской поглядывая на колодец.

– Может, мы метлу из рябины туда опустим? – робко поинтересовалась Злата, указывая кивком на колодец.

– А у тебя что, с собой веник рябиновый? – насмешливо уточнила Глаша. Злата помотала головой в ответ. – Ну, вот и всё. Я на родник, а ты смотри сама.

Девушки отправились в путь, молча обдумывая каждая своё.

– Как думаешь, колодец прокляли? – Злата не выдержала молчанья первая.

– Не знаю, – ответила задумчиво Глаша. – Главное, чтоб родник был чист.

– А может, наш колодец уже давно такой, просто мы не замечали? Вода испортилась, потому люди и болеют.

– Может, и так, – ответила девушка, раздвигая еловые ветки над родником. – Здесь всё хорошо.

И правда – из-под земли бежала кристально чистая вода, сверкающая на солнце.

Набрав воды, девушки молча разошлись. Злата размышляла о красной воде в колодце и о сказанных Глашей словах. Уезжать и оставлять родителей не хотелось, а понимание того, что возможно, это единственный верный выход, внушало тревогу. Аккуратно зайдя в избу, Злата чуть не расплескала воду от увиденного: матушка активно хлопотала у печи, а отец сидел за столом и пил чай. Не веря своим глазам, она кинулась к родителям с радостным возгласом.

– Я знала, знала, что все наладится, и мне не нужно никуда уезжать! – воскликнула она, садясь за стол. Ответом ей стал хмурый взгляд отца. – Батюшка, ладно ли вы себя чувствуете?

– Ладно, – ответил он, но голос ещё немного хрипел. – Но уехать тебе все равно надобно. То, что нас с матерью твоей хворь обошла, ещё ничего не значит. Завтра на рассвете отправляешься к тетке, тут недалеко, два дня ходу.

– Тогда все вместе отправимся! – не сдавалась Злата.

– Доченька, – подала голос мать Златы ставя кадку в которой замешала тесто, на стол. – Батюшка твой ещё не совсем от болезни оправился, ему ещё полежать следовало бы. Да и я после нескольких бессонных ночей подустала, мы останемся, выждем немного, а не позже чем через одну луну встретимся у тётки.

– Тогда и я подожду, все вам легче будет, – упиралась девушка.

– Пойми же, ты у нас одна, и мы очень тебя любим. Считай, вымолили у богов себе такую прелестную дочурку, не можем мы тебя опасности подвергать. Вот и Глашку, тоже к тетке отправляют. Вам часть дороги по пути, отправляйся с ними завтра поутру, и нам покойно будет и тебе не скучно, – продолжила мать, ловко разделяя тесто на кусочки. – Я сейчас пирожков тебе в дорогу напеку, а ты иди собирайся.

Злата нехотя встала, спорить с родителями было бесполезно. Если уж матушка вспомнила про её рождение, то точно не переубедить. Они и правда очень долго мечтали о ребенке, а когда уже совсем отчаялись, появилась долгожданная девочка. Потому старательно берегли они свой «подарок» богов. Одно казалось странным: когда Злата уходила за водой, матушка еле держалась на ногах, а у отца не спадал жар, как же так вышло, что за пару часов все изменилось? Задумавшись, девушка послушно направилась в комнату собирать вещи, и совершенно не обратила внимания на то, как за её спиной родители переглянулись. После мать грузно опустилась на лавку, а отец облокотился на стену и прикрыл глаза.

Сноски:

Жнивень - август.

Корчи - судороги.

Горячка - лихорадка.

Дух Калян - дух обитающий в колодце, из коми-пермяцкого фольклора, способный представать в образе молодой девушки или старухи в синем сарафане. Упоминается в сказах Бажова как Синюшка.

Ботало - погремушка или колокол издающий глухой звук, изготавливаемый кустарным способом из железа, меди или дерева, который привязывали на шею домашнему скоту (коровам, козам, лошадям).

Ярушник - каравай.

Вӧрись, также вӧрса, вӧр-морт, «лесной человек» – лесной хозяин у коми-пермяков.

Огневица - жар, лихорадка.

Ворот - простейшее грузоподъёмное устройство с ручным приводом. Состоит из барабана, вращаемого рукояткой, и каната (цепи), надеваемого на барабан. Свободный конец каната снабжён крюком или ёмкостью.

Кадка - ёмкость цилиндрической формы, сделанная из деревянных дощечек, стянутых металлическими или деревянными обручами.