Бывшие. Цена ошибки - Елена Архипова

- Вов, так что за условие? - наседает она на меня.

Ну держись, пичужка, ты сама напросилась:

- Он согласен уехать со мной и лечь там в клинику, но при условии, что ты… Вы обе, ты и Масяня, поедете с нами.

Надо было видеть в этот момент лицо Альки: удивление, шок, растерянность. Интересно, она сейчас правда, что ли, раздумывает над тем, как отказаться?

Похоже, что да. Впрочем, она ведь не знает то, от чего отказывается, а потому давлю аргументом:

- Аль, я заплачУ!

Брови на её лице взметнулись вверх. Отлично, продолжаю:

- Поживешь с месяц и вернешься. Если, конечно, захочешь вернуться сюда. Предлагаю смотреть на это через призму того, что ты с дочкой едешь в отпуск. Отель семь звезд, ультра олл инклюзив. У меня большой дом, там у вас с Масяней будет своя комната. Самой стирать и гладить не надо - есть горничная. Убирать ни в комнате, ни тем более в доме не надо - есть горничная. Готовить еду не надо - для этого есть повар. В магазин будешь ходить только за приятными покупками для себя и дочки, - продолжал я её уговаривать. Видя, что Алька всё еще сомневается, решил добавить:

- И тебе хорошо, и батя будет доволен, раз уж ты так за него переживаешь…

- Сколько?

О! А вот и торг пошел. У всего есть цена, даже у моей ершистой соседки, как оказалось. Что ж, этого следовало ожидать. И сколько же ты стоишь, Алевтина?

- Сама назови сумму.

Давай, пичужка, не стесняйся! Ты ведь хочешь бабок на мне срубить, так не мелочись.

Алька, не задумываясь, называет цифру. Выглядит всё так, будто та у нее уже была в уме. Ну что сказать? Не удивила. Что ж она не как все женщины, что ли?

По меркам нашего Запупинска сумма, которую мне озвучила Алька, огромная, а по меркам столицы - ниже среднего. Профессиональная сиделка стоит почти столько же, а потому киваю:

- Договорились! - шагнул к Альке и протянул руку для пожатия.

Едва она протянула мне свою ладошку, пожал её и припечатал:

- Выезжаем сегодня! Свозим тебя в травмпункт, покажем твою щиколотку и можем вылетать.

- Да легко! - прилетело мне от Альки вместе с рукопожатием. - Но сначала ты отнесешь отцу борщ.

Да твою ж в душу! Дался ей этот алкаш!

И какого лысого Павлуша так осуждающе на меня сейчас смотрит? Его ещё я забыл спросить, как мне с женщинами договариваться!

Глава 16

*Алька*

- Отец согласен уехать со мной и лечь там в клинику, но при условии, что ты… Вы обе, ты и Масяня, поедете с нами.

Это было неожиданно. Настолько, что я даже опешила.

В голове бешеным хороводом закрутились мысли. Но основная была одна: дядя Гриша догадался о том, что Масяня ему внучка.

Как? Когда?

Хотя если уж я вижу, как моя доченька похожа на своего отца, то уж дядь Гриша — и подавно.

Наверное…

Скорей всего…

Иначе с чего бы вдруг ему выдвигать такое условие своему сыну?

И тут до моего сознания долетают слова:

- Аль, я заплачУ!

Пока я осмысливала это, Чернов засыпал меня информацией о своем доме.

Ты ж погляди! И горничные-то у него имеются, и повар, а меня, значит, в сиделки нанимает?

Уточняю:

- Сколько?

Смотрю, как вмиг застывает холодной маской лицо Чернова.

А с чего это ты, Вова, так расстроился? Ты же первый перевел наши отношения в товарно-денежные.

Его взгляд леденеет, губы сжимаются в узкую полоску, и я слышу:

- Сама назови сумму.

Так, значит, да? Ну держись, Вовка-морковка! Я тебе сейчас СТОЛЬКО назову, что ты вмиг передумаешь!

Называю ему ту цифру, которую когда-то насчитала, мечтая сделать ремонт в своей квартире. На-ка! Выкуси! Что? Не ожидал, что сиделка может стоить столько? Но мне прилетает, и почти сразу:

- Договорились! Выезжаем сегодня! Свозим тебя в травмпункт, покажем твою щиколотку, получим диагноз и можем вылетать.

- Да легко! Но сначала ты отнесешь отцу борщ!

Что ж тебя так перекосило-то, Вова? Не знаешь разве, что ему сейчас такая еда необходима?

Чернов скрипнул зубами, но отправил Павла с кастрюлькой борща в квартиру к отцу.

Пока не было Павла, мы с Владимиром не разговаривали. Я лихорадочно соображала, что мне взять из одежды, и в первую очередь для Масяни. Он что-то с кем-то обсуждал по телефону.

Едва Павел переступил порог моей квартиры, как всё пришло в движение.

- Ребят, может, не поедем в травмпункт, а? - я по очереди перевела взгляд с Павла на Владимира и обратно.

Павел вопросительно поднял одну бровь и замер безмолвным изваянием. Кстати, мне вот интересно, а он может за раз выдать сразу несколько слов или нет?

Владимир озвучил вопрос, который замер в глазах Павла:

- Аль, вот только не говори сейчас, что боишься врачей!

- Нет, не боюсь. С Масяней как быть? Не хочется её в клоаку разных вирусов везти, да и как везти? У вас в машине есть детское кресло? Очень я в этом сомневаюсь!

Мужчины опять переглянулись, а я продолжила их убеждать:

- Я так поняла, что Павел имеет медицинское образование. Наложит мне плотную повязку и всё. Павел, наложишь? Ты ведь понял, что не перелом, да? И потом, был бы перелом, нога бы уже опухла, так ведь?

Мужчины оба посмотрели на мою конечность, опять тем самым вогнав меня в краску. А Павел еще и шагнул ко мне, точнее, к моей закинутой на диван многострадальной конечности, присел перед ней на корточки и аккуратно положил свою огромную ладонь на мою щиколотку.

Щиколотка, конечно, опухла, точнее, раздулась, и была горячей - это же Павел и озвучил, повернувшись к Чернову:

- Горячая.

И тут же сразу ко мне:

- Болит?

- Болит, - пришлось признаться.

- Что и требовалось доказать! - подвел итог Чернов.

- Павел отвезет тебя в травму, а я с Масяней погуляю на улице. Когда её кормить?

Такого предложения я не ожидала. А потом прикинула время и решила, что Масяня сейчас должна будет уснуть, на улице она дольше проспит. Режим наш, конечно, летит в тартарары, но чего уж теперь-то.

- Вов, там в холодильнике есть баночки с детским питанием. Найдешь там