Сердце и надежда - Александра Бэнкс

Я подхожу и обнимаю её сзади, прижимаясь всем телом к спине.

— Пожалуйста, детка, — шепчу я у её уха.

Её рука ложится мне на предплечье, и когда её карие глаза находят мои, сердце замирает. Она замечает кепку, а потом проводит пальцами по моей щетине.

— Мне нравится.

— Тогда оставлю.

— Правильно.

— Ну вот и отлично.

Мы оба резко поворачиваем головы на голос сияющей Мэри Сью. Руби пытается отстраниться, но я удерживаю её — не хочу, чтобы эта женщина увидела в этом фальшь. Её взгляды и устаревшие убеждения, конечно, раздражают, но, чёрт возьми, если бы не они, я бы не получил столько времени с Руби.

— Это займёт немного времени. Хочешь пока выпить кофе в ресторане? — спрашивает Руби.

— Конечно. Ты знаешь, где меня найти, красавица. — Целую её в щёку и ухожу направо, в сторону ресторанного зала.

Девушки скрываются в кабинете Мэри Сью, а я опускаюсь в кресло маленького кафе. Достаю телефон, открываю почту. На удивление, дел хватает, несмотря на воскресенье и тот факт, что у меня никогда раньше не было собственного бизнеса.

Мне нравится это ощущение — быть занятым чем-то важным. Тем, что я сам создаю. Из ничего. Возможно, именно это Гарри пытался донести до меня всё это время?

В почте письмо с расчётом стоимости строительства гостевых домиков. Я хочу, чтобы к открытию было готово хотя бы три. Кухню тоже нужно расширить, плюс ремонт большого амбара. Хадсон и Адди вызвались помочь. Наличие плотника в семье — это, скажу я вам, удача.

Пробегаю глазами по цифрам в смете и понимаю, что мне нужен не кофе, а виски. Блядь, это за пределами моего бюджета.

Кладу телефон и откидываюсь на спинку стула, сцепив пальцы за головой и закрыв глаза.

— Что будете заказывать? — слышу приторный голосок.

Открываю глаза. Передо мной стоит знакомое лицо — брюнетка-официантка, блокнот и ручка в руках, короткая чёрная юбка, слишком туго завязанный фартук на талии.

— Кофе. Один сахар. Пожалуйста.

— Ты меня не помнишь, да?

— Эм... нет?

— Я — Старр. Мы встречались пару месяцев назад в баре внизу по улице.

Хмурясь, подаюсь вперёд и скрещиваю руки на груди.

— Прости, я часто бываю в баре. Со многими там встречаюсь.

— Ага, знаю. Передай своей бешеной цепной сучке, чтоб остыла, кстати. Это маленький город, и если хочешь сохранить свою репутацию, Роулинс, советую приструнить свою подружку.

— Ты о чём вообще? Моя кто?

Официантка, покачивая бёдрами, уходит прочь. Но, бросив через плечо злобный взгляд, добавляет:

— Ах да, передай ей, что она должна мне новый топ.

Я распахиваю глаза, пытаясь сообразить, к чему вообще она клонит.

Когда приносят мой кофе, это делает другая официантка — старше и без всякого желания быть вежливой. Я углубляюсь в почту, отвечаю на письма, выбираю те предложения, которые вписываются в бюджет и выглядят реалистичными. Время летит. Пока я стучу по экрану, прокручивая идеи по поводу туристического ранчо, проходит почти час.

— Выглядишь, будто погружён в свой мир, — раздаётся над головой.

Я поднимаю взгляд и вижу улыбающуюся Руби с сумкой на плече.

— Готов? Я умираю с голоду.

— Готов. Уходим. — Я резко встаю, бросаю чаевые у опустевшей кружки и веду Руби к выходу, прикоснувшись к её спине.

— Ты, похоже, и правда голодный, — говорит она, прищурившись.

— Нет. Расскажу в машине.

— Ладно.

Как только вьезжает моя чёрная красавица, натянутость внутри немного отпускает. Я открываю ей дверь, она забирается внутрь. Провожу рукой по волосам и снова надеваю кепку. Запрыгиваю в кабину и завожу мотор.

Когда мы отъезжаем от отеля, я поворачиваюсь к ней.

— Мне надо тебе кое-что сказать.

— Валяй.

— Официантка в ресторане меня узнала.

— Чёрт... — выдыхает она.

— Извини, Рубс. Может, она и не свяжет всё. А если и свяжет, то возможно, промолчит?

— Может быть. Очень надеюсь.

— Только дело в том, что это была девушка по имени Старр. Мы встретились однажды в баре. Ничего не было, я не заинтересовался. Но, похоже, она меня запомнила.

Глаза Руби слегка тускнеют, а нижняя губа оказывается зажата между зубами.

— Что? — спрашиваю я.

Она морщится.

— Я... возможно, однажды поговорила с ней в Льюистауне?

Я усмехаюсь.

— Что ты сделала, Руби Роббинс?

— Я плеснула ей в лицо вином. Но! — поднимает руку, словно адвокат в суде. — В свою защиту скажу: она поливала грязью одного очень дорогого мне человека. И она это, чёрт возьми, заслужила.

Я едва сдерживаю смех. Руки сжимаются на руле до побелевших костяшек. Паркуюсь у старой парикмахерской и ставлю машину на стоянку.

— То есть ты хочешь сказать, что Старр поливала грязью Рида Роулинса, и ты устроила ей демонстрацию?

— Ну... не в стиле Мака, конечно. — Она машет руками.

Я и не надеялся. Закрываю лицо ладонью и буквально рассыпаюсь в смехе. Она хихикает и проводит пальцами по моей щеке.

— Рид, она буквально охотилась за тобой, чтобы... — Она замолкает, опускает взгляд. — Чтобы втянуть тебя в какой-то тройничок или что-то в этом духе.

Она с трудом сглатывает.

И у меня перехватывает дыхание, когда на её лице появляется опустошение. Плечи опускаются с каждым вдохом.

— Рубс...

Она убирает руку с моего лица.

— Я знаю, это не моё дело. Но, боже, она была такой отвратительной. Я готова была ей в лицо съездить. Ещё повезло, что отделалась только бутылкой дорогого вина.

Я хмыкаю, и она тут же распахивает глаза.

— Рид, это не смешно!

Я наклоняюсь и обхватываю её лицо ладонями. Опустошённый взгляд снова пронзает меня.

— Ты что, ревнуешь, детка? Это не смешно. Это чертовски мило.

Дыхание у неё сбивается. Её пальцы обхватывают мои запястья.

— Я...

— Скажи мне, Рубс.

Она отстраняется, сжимает губы, уставившись в окно. Я выключаю двигатель и вылезаю из пикапа. Подхожу к её двери. Её карие глаза горят сквозь тонированное стекло. Открываю дверь, и она разворачивается на сиденье, будто собирается выйти, но я встаю между её ног, опираясь руками о раму двери.

— Ты уверена, что хочешь есть?

Теперь каждого моего вздоха недостаточно, и натянутость в джинсах от сильного стояка, которым она наградила меня одним только взглядом, должна быть объявлена вне закона.

— Рид... — шепчет она.

То, как она произносит моё имя... никогда не надоест.

— Я здесь, детка.

Её пальцы обхватывают ворот моей рубашки. Их тепло, скользящее по ключицам, пробивает током прямо в сердце. Моя левая рука свисает с рамы двери, и Руби скользит взглядом к кольцу.

Она сглатывает.

— Может, возьмём еду навынос?..

Рид окончательно