Сердце и надежда - Александра Бэнкс

Руби стоит в конце стола с сумкой в руках. Адди светится. Мак машет ей рукой.

— Да ты вовсе не опоздала. Проходи, садись, — говорит Ма.

Руби не двигается, а смотрит прямо на Гарри.

— Гарри.

— Руби.

Все вокруг замирают, переводя взгляд с одного на другого.

— Вот сюда, дорогуша. Луиза оставила тебе место, — говорит Гарри.

Руби обходит скамейку и опускается на старую деревянную лавку между мной и Гарри.

— Спасибо, — говорит она, кивая старику.

Потом поворачивается ко мне.

— Я... Что ты... Что ты здесь делаешь, Рубс?

— Взяла отпуск. Я здесь, чтобы помочь.

У меня ком в горле. Слова просто не выходят. Она ставит сумку рядом со стулом.

— Здесь всё пахнет просто божественно. Я умираю с голоду.

— Ну так ешь, милая. Тут всего навалом, — говорит Ма и передаёт Адди ложки для салата, а мне картошку.

— Спасибо, Лу, — отзывается Руби.

Сердце у меня колотится, будто пытается вырваться наружу. Похоже, Гарри и Руби закопали топор войны. А её возвращение — это... Это всё.

Я накладываю себе еды, и Хадсон смеётся.

— Оставь что-нибудь Руби, брат. Она ведь ехала сюда ради тебя.

Адди хлопает его по руке, а он ей подмигивает.

Боже, эта семья. Моя семья.

Я улыбаюсь Руби. Её глаза — тёмные, глубокие, полные нежности — встречаются с моими. Она чуть наклоняется ко мне.

— Я скучала по тебе, родной, — шепчет она так тихо, что я едва слышу.

Никто в жизни не ел так быстро, как я в этот момент. Я сметаю еду с тарелки, пока минуты тянутся, и жду, пока Руби доест, болтая с Ма. Когда она, наконец, вытирает губы льняной салфеткой и кладёт приборы на тарелку, я хватаю её за руку и встаю.

— Простите, мы ненадолго, — говорю я.

Ма машет рукой, отпуская нас с весёлым смешком.

Но у ворот стоит не её машина. В животе поселяется тревога.

— Это не твоя машина, красавица.

Она пожимает плечами, перебрасывая сумку в руках перед собой.

— Арендованная. В этот раз я прилетела, от всех этих поездок за рулём уже крыша ехала. Мне нужно вернуть её до шести, в Грейт Фолс. И... — она прикусывает губу. — Мне надо встретиться с Мэри Сью в отеле. Ты мог бы отвезти меня? Уже после того, как я сдам машину.

— Конечно. Всё, что тебе нужно. Но как ты собираешься передвигаться тут без машины?

— Ну... твоя мама предложила комнату здесь. Но... у тебя ведь свободна гостевая? Так будет проще, не придётся туда-сюда мотаться между двумя ранчо.

Она делает такое милое, почти смущённое лицо. Никогда не видел её такой. Она хочет пожить со мной под одной крышей?

Да к чёрту все вопросы — конечно, да.

— Комната в твоём распоряжении. И я с радостью отвезу тебя куда угодно.

— Отлично. Я на это и надеялась, — говорит она и толкает меня плечом.

— Олив дала тебе отпуск? Или, переформулирую... ты, Руби Роббинс, сама взяла выходные? — изображаю шок.

Она смеётся.

— Ну, вообще, в последнее время меня многое удивляет. Хорошо немного отойти в сторону, подумать. Знаешь?

— Но не слишком долго, учитывая, что ты приехала сюда работать. Бесплатно.

— Помогать тебе — это не работа, Рид. Мне нравится заботиться о тебе.

И вот они — мои же слова, произнесённые её красивыми губами. Что-то в её сумке начинает вибрировать, мы оба вздрагиваем. Руби достаёт телефон.

— Чёрт, мне правда надо выдвигаться в Грейт Фолс, если я не хочу платить за полный следующий день аренды.

— Веди, красавица.

Руби выходит за белые ворота, направляясь к машине, а я остаюсь стоять, охваченный благоговением. Никто в жизни не воспринимал меня всерьёз. Никто, кроме, может быть, Ма. Но для Руби Роббинс это естественно, как дыхание. Она смотрит на меня совсем не так, как остальные.

И это чертовски больно, потому что единственный человек, который по-настоящему меня видит, — не отсюда. Сделав глубокий вдох, я выхожу следом. Она бросает сумку на пассажирское сиденье, а я облокачиваюсь на машину.

— Может, перекусим после встречи с Мэри Сью?

Она замирает, выпрямляясь. Вытягивает плечи и улыбается — устало, не до конца.

— Рид, я ведь говорила — я не встречаюсь.

Удар под дых. Воздух выходит с хрипом.

Я это знаю. Она уже говорила.

Но я засовываю руки в задние карманы джинсов, пытаясь скрыть разочарование.

— Да, помню. Но тебе ведь надо есть, верно? А друзья... друзья едят вместе.

— Да, едят, — улыбается она уже искренне, её глаза загораются, когда рука опускается мне на грудь, палец начинает постукивать по сердцу.

Господи, Руби Джейн... с этой точки зрения мы вообще не кажемся просто друзьями.

Но я ничего ей не говорю. Только киваю и иду к своему пикапу, надеясь, что кровь, резко прилившая вниз, рассосётся по другим частям тела.

Позади тихо урчит арендованная машина. Я открываю дверь, забираюсь за руль, и в момент, когда она проезжает мимо и машет, я опускаю лоб на руль.

— Чёрт... — стону я в пространство.

Мой рациональный мозг знает, что мы всего лишь друзья.

Так почему же эти отношения между нами такие напряженные?

Прокатная контора была тихой, как всегда. Я сижу в своём пикапе перед отелем, пока Руби уходит внутрь, каблуки цокают по вымощенной дорожке. Я откидываюсь в кресле и начинаю листать телефон, давая Nickelback унести мои мысли куда-то далеко своими хрипловатыми, душевными песнями.

Через десять минут телефон вибрирует. На экране сползает сообщение от Руби:

Это займёт время. Заходи внутрь, муженёк;)

Муженёк.

Точно. Эта игра в фальшивый брак. Я открываю бардачок, хватаю серебряное обручальное кольцо, которое она мне дала, и надеваю его на левый безымянный палец. Переставляю пикап на место для гостей и глушу двигатель. Телефон засовываю в задний карман джинсов.

Перед тем как выйти, хватаю с приборной панели кепку Yankees и натягиваю на взлохмаченные волосы. Провожу рукой по щетине, которая уже третий день не знает бритвы, и вхожу в отель, где вижу Руби, прислонившуюся к стойке рядом с Мэри Сью.

— Здравствуйте, Мэри Сью, — говорю я, подходя ближе.

— О, мистер Роббинс. Ваша замечательная жена как раз рассказывала мне о своих идеях для следующего мероприятия. Вы же не будете против, если наша встреча затянется, милый?

— Конечно, не против. Мне как раз нужно заняться кое-какими делами по работе. — Я достаю телефон и машу им в воздухе, будто вся моя риэлторская жизнь сосредоточена именно в нём.

Мэри Сью отходит отвечать на звонок, и Руби оборачивается ко мне,