Бросая вызов сумраку - Даниэль Л. Дженсен

Всегда это гребаное «ноги в руки».

— Машинный отсек?

Мальчик поморщился и покачал головой.

— Отсек для отдыха.

— Рановато для этого, — пробормотала Лириен, хотя на «Страннике рассвета» не было понятия «рано» или «поздно», здесь всегда был бесконечный день, а передовики не придерживались никаких расписаний, кроме тех, что устанавливали для себя сами.

— Удачи, — сказал он и умчался передавать очередное послание.

Вопреки «ноги в руки», Лириен не выбрала более быстрый путь по крыше, а пошла внутри «Странника рассвета»: сквозь тесные коридоры кормового класса, где в каждой каюте помещалась лишь узкая койка и крошечный стеллаж, а на пятьдесят человек была всего одна ванная. Через их столовую, где не было даже стульев для сидения, а затем через прачечные, склады и вонючие вагоны для скота, где скучающие териоманты обязаны были поддерживать спокойствие коров, коз, свиней и кур в их заточении.

Все териоманты на борту были молоды, потому что, когда восстали стракси, эта способность проявилась неудачно. Сильные териоманты отчаянно пытались контролировать тварей, манипулировать их разумом и отвратить их от человеческой плоти. Все было напрасно, так как стракси были слишком многочисленны и неестественно упрямы в своих привычках. По всему континенту териоманты выжигали себя заживо, пытаясь сдержать стракси и черпая слишком много из своего источника силы. Из-за этого они теряли контроль, и магия выжигала их с такой интенсивностью, что от них оставался лишь пепельно-белый труп. Лириен понимала это чувство лучше, чем кто бы то ни было, потому что сама чуть не сожгла себя, когда расколола мир.

Двое юных териомантов подняли руки через стекло в знак приветствия, а затем снова опустили ладони на вверенных им животных, их лица застыли в сосредоточенности.

Лириен продолжала идти мимо кают среднего класса, в каждой из которых располагалось по двадцать спальных мест, более просторных по сравнению с хвостовиками. Мимо отсеков-столовых и отсеков для отдыха, а затем мимо школы, полной поющих детей. Она остановилась, чтобы понаблюдать за ними через стеклянную стену, которая отгораживала школу от коридора, гадая, сколько из них окажутся элемарами, а сколько — пустопородными и столкнутся с лишениями в кормовом классе платформы, если ей не удастся задуманное.

От этой мысли ее затошнило, поэтому она двинулась дальше, войдя в длинную череду стеклянных отсеков-оранжерей, которые снабжали «Странник рассвета» пищей и за которыми ухаживали флороманты. Здесь сквозь прозрачные стены и потолки светило солнце, и, хотя коридор был отделен от пространства, где росли растения, Лириен все равно чувствовала влажность. Она ощутила ее еще сильнее, проходя мимо стеклянного отсека-сада, за которым когда-то ухаживала ее мать. Здесь, в коридоре, Лириен прижалась ладонями к стеклянной стене, впитывая буйство красок и жизни, и сердце ее разрывалось от мысли, что мать могла бы еще прийти в себя, если бы ей позволили ухаживать за тысячей цветов или оранжереей, где росли фрукты и орехи.

Я спасу ее.

Сейчас ее игнорировали все флороманты в отсеке. Носители этого дара горячо поддержали восстание, и в той бойне их рядам был нанесен сокрушительный удар. Оставшиеся в живых предпочитали делать вид, будто Минервы Флинтспайр никогда не существовало, и это отношение распространялось и на ее дочь.

Лириен шла вперед. Она миновала бесчисленное множество людей в серой форме «Странника рассвета», нашивки на их груди и плечах указывали на класс и должность; все они усердно трудились, чтобы платформа продолжала жить по стандартам Таймена. Как элемары, так и пустопородные — все они из года в год, цикл за циклом, выполняли одни и те же задачи почти без остановки.

Стракси не отдыхали, поэтому не отдыхал и «Странник рассвета».

В конце концов Лириен добралась до передового класса. Коридоры здесь были отделаны полированным деревом и устланы плотными коврами, стены украшали картины старого мира, а на дверях люксов красовались латунные таблички с фамилиями жильцов. По два люкса на отсек, и все они были обставлены с роскошью старого мира. Отсеки-рестораны, музыкальные залы и огромный зал, посвященный декоративному искусству, который почти никогда не использовался. Звуки музыки и смеха перекрывали непрерывный гул колес, катящихся по дороге, проложенной Лириен.

Вздохнув, она остановилась в тамбуре. Похожий на гармошку металл над головой изгибался и двигался, как и круглые платформы под ногами — механизм позволял ригу плавно огибать повороты магистралей. Покачивание рига изменилось, платформа начала замедлять ход перед пересечением реки Амадейн, мост через которую требовал очень низкой скорости.

Как и в отсеке для совокуплений, здесь было две двери. Одна вела в коридор по левой стороне отсека, другая — внутрь. Лириен открыла вторую и поморщилась от шума, одновременно прикрыв глаза от непривычного полумрака. Отодвинув плотную бархатную штору, она окинула взглядом вечеринку, которая была в самом разгаре. Там были десятки передовиков в нарядах старого мира: мужчины — в костюмах и начищенных туфлях, женщины — в вечерних платьях и на высоких каблуках, их драгоценности сверкали в свете пироламп, которые питал кто-то из медиантов, ответственный за создание нужной атмосферы. В дальнем конце играла группа из четырех человек, без остановки работали бармены, сновали официанты с подносами, полными миниатюрных деликатесов.

Многие танцевали, все смеялись, а в самом центре этого действа стоял архикондуктор Таймен. Как обычно, на нем была серая униформа «Странника рассвета», но его трубка была еще не раскурена — из уважения к изысканным нарядам дам. В одной руке он держал стакан с янтарной жидкостью, жестикулируя им во время разговора с двумя мужчинами, а его другая рука была прижата к металлической вставке между деревянными панелями.

Лириен протянула руку и коснулась такой же вставки, и, хотя она не была оромантом, природа ее магии была достаточно близка, чтобы она почувствовала, как сквозь «Странника рассвета» гудит его сила. Огромная платформа постоянно теряла в пути небольшие кусочки металла, и магия Таймена, без малейших усилий с его стороны, устраняла напряжение в колесах, осях и валах, подхватывая их снова и вплетая их в его великое творение, сохраняя «Странник рассвета» сильным и целым практически без единого усилия с его стороны.

Вокруг Лириен кружились танцующие пары, некоторые бросали на нее мрачные взгляды, другие же глазели на нее поверх бокалов с игристым вином и обменивались язвительными шепотками.

Здесь собрались пятьдесят самых могущественных элемаров