Магистр, я не виновата! - Матильда Старр

Ночной воздух был прохладным и влажным — днем снова моросил дождь, и лужи на каменных плитах двора до сих пор не высохли. В небе сквозь рваные тучи проглядывала луна, заливая серебристым светом шпили академических башен. Я поежилась, поплотнее запахнула плащ и остановилась прямо на крыльце.

Пора.

Я произнесла заклинание Слова были древними, вязкими, но я старательно выговаривала каждый слог. И едва последнее слово растаяло в ночном воздухе, как я сразу поняла, какое такое сакральное знание должны были обрести мои нижние конечности.

Меня буквально сдернуло с места.

Ноги переставлялись сами собой, совершенно мне не подчиняясь, и я не шла — я неслась, как щепка в бурном потоке. Приходилось прилагать серьезные усилия, чтобы просто удерживать равновесие. Плащ развевался за спиной, капюшон слетел, волосы растрепались, а я мчалась, перескакивая через лужи, огибая скамейки и фонарные столбы, — зрелище, должно быть, было то еще.

В какой-то момент я встала как вкопанная — так резко, что меня качнуло вперед и я едва не растянулась на мокрых камнях. Пришлось замахать руками, чтобы удержать равновесие.

А потом я подняла глаза и увидела то, от чего сердце ушло куда-то в пятки.

Под фонарем, в круге желтоватого света, стоял магистр Монтевер. А в воздухе перед ним, мерцая и переливаясь в свете фонаря, висел призрак.

— Бездарь! Негодяй! — орал он, размахивая полупрозрачными руками. — Мало того что шляется ночами, когда все порядочные люди спокойно спят, так еще и пристает к прохожим! Какое, тебе долбодятлу, дело, почему я тут разгуливаю. Я призрак, являюсь где хочу! А магистр ты там или мальчишка неразумный, знать не обязан! И рубашка у тебя мятая, между прочим! За собой следи лучше!

Магистр слушал с каменным лицом.

Ой-ой

Я сделала шажок назад в надежде спрятаться в тени, но ветка под ногой треснула, и Призрак заметил меня. Обернулся, скользнул взглядом, и на его призрачной физиономии проступило выражение крайнего неудовольствия.

— Явилась, не запылилась! — злобно буркнул он.

И исчез. Просто растворился в воздухе, оставив после себя легкое мерцание, которое растаяло через секунду.

Мы остались вдвоем. Я — под деревом, растрепанная и запыхавшаяся, и магистр Монтевер — под фонарем, мрачный как грозовая туча.

Он медленно развернулся ко мне. Взгляд его серых глаз не предвещал ничего хорошего.

— Не хотите объяснить, что это было? — произнес он ледяным тоном.

— Я?

Пришлось постараться, чтобы в голосе звучало искреннее удивление. Кому могло прийти в голову, что я имею к этому всему хоть какое-то отношение? Вот что должно было быть написано у меня на лице… И вот уверена — так оно и было. Уж что-что, а состроить невинный вид я всегда хорошо умела! Полагаю, что этим искусством в совершенстве владеют все блондинки.

Но тут что-то пошло не так. Магистр Монтевер не проникся, он смотрел на меня с таким выражением, с каким смотрят на ребенка, пытающегося убедить взрослых, что варенье из шкафа выбралось само и само же куда-то делось, а он вообще был в другой комнате.

— Дорогая Синтия Верест, — произнес он ледяным тоном, — не надо делать из меня идиота.

Я открыла было рот, чтобы возразить: мол, ничего не знаю, гуляю перед сном, лекари советовали от бессонницы, но он не дал мне произнести ни звука.

— Связь между вами и этим призраком настолько сильная, что для ее обнаружения не нужны даже артефакты. Опытному магу она видна невооруженным глазом. А у меня, поверьте, глаз наметан.

Вот же нашелся тут опытный на мою голову! Ну и что теперь делать? Отпираться уже просто глупо. Выражаясь образно, банка с вареньем опустошена, а у меня все лицо перемазано липкими ягодами. И любое мое вранье только ухудшит положение.

Щеки пылали, уши горели. Стыдно было так, что хотелось провалиться сквозь землю. Не поднимая взгляда, я начала каяться.

— Я… Я была так уверена в том, что правильно все рассчитала… и провела ритуал, — сказала шепотом. — Хотела доказать, что вы неправы и формула верна… Собиралась призвать фамильяра, а вместо него призвалось… вот это. Потому что в расчетах была ошибка…

Магистр Монтевер прикрыл глаза и медленно, очень медленно вдохнул и выдохнул. Это он зачем? Пытается успокоиться, чтобы не испепелить меня на месте? Тогда правильно делает — испепелять студенток у нас в академии не принято, даже если они творят такую вот дичь…

Когда он снова на меня посмотрел, он, кажется, был спокоен… Ну почти…

— Вы хоть понимаете, что могло призваться? — спросил он, и голос его звучал опасно тихо. — Не вот это недоразумение, а вообще что угодно! Демонические сущности, неуправляемые твари из потусторонних миров. Да вас могли растерзать на месте!

По спине пробежал ледяной холод. О таком исходе я как-то не подумала… Напротив — до этого момента вообще искренне считала, что на меня свалились все несчастья мира — в лице одного призрака. А теперь перед внутренним взором проносились ожившие картинки из учебников, те самые неуправляемые твари из посторонних миров. В моем воображении они выглядели куда страшнее чем на страницах, раззявили зубастые пасти, плевались огнем и молниями, царапались длиннющими когтями…

Бр-р!

Я нервно сглотнула.

— Ну, значит, мне повезло… Призрак, который пристает к людям и ругается, — это, выходит, еще неплохой вариант?

— Да просто отличный! — разве что не зарычал он. А потом начал выговаривать не хуже того призрака: — Вы самое ужасное, самое неумное и нерадивое создание, которое я только встречал! Ваши знания не просто нулевые, они представляют из себя отрицательную величину! Рядом с вами даже я глупею! Вы хоть что-то читали по своей специальности?

Вообще-то читала, и не так уж и мало! А уж в последние дни и вовсе только тем и занималась! Но внутреннее чутье подсказывало мне, что сейчас не время об этом говорить — вопрос явно был риторическим.

— Уверен, что нет! Потому что если бы читали — знали бы: пока между вами и каким-то непонятным потусторонним призраком существует такая сильная связь, заниматься призывами вам просто опасно!

Я слушала его и чувствовала, как внутри разрастается холодная, липкая пустота. Про связь с тем, что призвано и при этом не отправлено назад и не развеяно, я читала как раз сегодня — правда автор так сложно изъяснялся, что понять его было почти невозможно… Но да, именно на этом принципе основана привязка фамильяров. А вот про