Возрождение механика. Том 2 - Сергей Жуков

— Прежде чем приступить к занятию, хочу сообщить вам одну приятную новость, — объявил Игорь Семёнович.

Ромка рядом со мной немедленно перестал рисовать что-то на полях тетради. Ася подняла голову от записей. Я тоже заинтересовался.

— Как вы знаете, скоро состоится региональная выставка технических проектов учащихся, — продолжил преподаватель. — Для техникума это не развлекательное мероприятие, а серьёзное профессиональное событие. И особенно приятно, когда у нас появляются учащиеся, способные представить достойную работу на столь серьёзном мероприятии.

По аудитории прокатился заинтересованный шёпот. Я же уже понял, кому предназначалась эта торжественная речь.

Игорь Семёнович выдержал небольшую паузу, явно наслаждаясь вниманием.

— Тем более когда речь идёт о молодом специалисте, который уже имеет Второй Разряд и сумел принять участие в восстановлении экспериментальной техники, — продолжил преподаватель. — Проект «Спектр» утверждён к участию. Автор проекта — Артём Громов. Артём, встань, чтобы однокурсники могли тебе поаплодировать как нашему предствителю.

В аудитории на несколько секунд стало совсем тихо. Громов поднялся со своего места медленнее, чем обычно, коротко кивнул преподавателю и повернулся к группе. Его взгляд почти сразу нашёл меня.

Следом ко мне начали поворачиваться остальные. Через несколько секунд, казалось, на меня смотрела уже вся аудитория. Ромка рядом напряжённо застыл. Ася через проход тоже не сводила с меня глаз. Оба ждали, что я сделаю.

Мы с Громовым несколько секунд молча смотрели друг на друга.

Артём поджал губы и чуть вздёрнул подбородок — похоже, приготовился выслушивать упрёки и огрызаться в ответ. Я же не спешил облегчать ему задачу.

Я как ни в чём не бывало поднялся со своего места и первым начал хлопать.

Ромка резко повернул ко мне голову. Ася удивлённо приподняла брови. Потом где-то сзади раздался ещё один хлопок, за ним другой, задвигались стулья и вскоре аплодировала уже вся группа. Ася и Рома тоже поднялись за мной.

Я хлопал вместе со всеми, словно ничего особенного не произошло. Громов снова посмотрел на меня. Вот только человеком, который только что получил то, чего хотел, он почему-то не выглядел. Напротив — он опустил взгляд и поспешно занял своё место.

— Поздравляем, Артём, — сухо произнёс Игорь Семёнович, когда аплодисменты начали стихать. — Надеюсь, ты понимаешь уровень ответственности. Представляешь не только себя, но и техникум.

— Понимаю, Игорь Семёнович, — едва слышно выдавил Артём, втянув голову в плечи.

Преподаватель с неудовольствием оглядел ссутулившегося Громова, затем перевёл взгляд на меня. Я по-прежнему стоял возле парты, не видя причин прятать глаза.

— Товарища поддерживаешь, Ярцев? — язвительно осведомился Игорь Семёнович.

— Товарища? — Я приподнял бровь. — Вы пока ни одного моего товарища не назвали. А аплодировал я новому учебному стенду.

Я кивнул на установленную возле доски панель с приборами и аккуратно разведённой проводкой:

— Система зажигания в сборе, да ещё с имитацией неисправностей. На таком можно показать, как меняется искра при плохом контакте, а потом дать нам самим найти причину. Отличная вещь, давно бы такую.

Игорь Семёнович покосился на стенд, затем снова на меня. Уголок его рта едва заметно дёрнулся.

— Вот на тебе первом потом и проверим, насколько она отличная, — пообещал преподаватель. — Садись, ценитель.

— С удовольствием, — я опустился на стул. — И проверим тоже с удовольствием.

Преподаватель открыл журнал, но занятие ещё несколько минут никак не могло начаться. По аудитории продолжал ползти возбуждённый шёпот.

— Ну вот, — негромко сказал кто-то через ряд. — А говорили, Ярцев там всё придумал.

— Так у Громова Второй Разряд, — тут же ответил ему другой парень. — Ты сам подумай, кто там реально мог проект делать.

Слева от меня кто-то хмыкнул.

— Я же говорил, безразрядника просто к нему прицепили, — уверенно сообщил ещё один голос. — Пал Палыч его тянет за уши, вот и дали ему покрутиться возле нормального проекта.

Ромка рядом со мной перестал улыбаться.

— Сейчас я ему объясню, возле чего ты крутился, — пробормотал приятель, уже разворачиваясь.

Я положил ладонь ему на локоть.

— Сиди, — тихо сказал я.

Ромка резко посмотрел на меня и возмущённо прошептал:

— Вить, ты себя слышишь вообще?

— Слышу, — подтвердил я. — А ещё я слышал, что Игорь Семёнович сейчас урок начнёт.

Ромка несколько секунд смотрел на меня так, будто пытался понять, когда именно мне успели заменить мозг, потом всё-таки отвернулся к доске.

Ася была менее послушной. Девушка сидела через проход и выглядела так, будто мысленно уже составляла таблицу, в которой по пунктам собиралась доказать всей группе, кто именно что делал на «Спектре».

— Витя, это же неправда, — тихо сказала Мезенцева, наклонившись в мою сторону. — Там официально теперь только он?

— Да, как я и говорил вам, — спокойно ответил я.

— И ты так просто это оставишь? — нахмурилась девушка.

Я посмотрел на доску, где Игорь Семёнович уже выводил тему занятия.

— Ась, — негромко сказал я. — Я уже решил, как отвечу Громову. На выставке. Когда покажем наш комплекс в работе.

Со «Спектром» я уже попрощался. По сути, я отказался от эффектной раскраски в пользу настоящего рентгена для машины — системы, которая не просто красиво показывает внутренности, а действительно помогает находить неисправности. Возвращаться к старому проекту только ради того, чтобы доказать всем очевидное, я не собирался.

— Ярцев, Мезенцева, — раздался от доски голос преподавателя. — Вы закончили? Мы можем начинать занятие?

— Закончили, Игорь Семёнович, — сразу ответил я.

Преподаватель задержал на мне взгляд на секунду дольше необходимого и продолжил занятие.

Я невольно усмехнулся. Несколько дней назад половина этих же людей собственными глазами видела, как мы запускали «Спектр». Громов тогда сам говорил, кто нашёл неисправность. Игорь Семёнович лично подходил поздравить меня после ремонта.

Но сегодня оказалось достаточно одной официальной заявки, в которой автором проекта значился обладатель Второго Разряда Артём Громов, и мир сразу снова стал удобным и понятным.

Громов — специалист, а Ярцев — выскочка и безразрядник. Следовательно, специалист создал проект, а безразрядник где-то помогал. Люди вообще удивительно быстро принимали ту версию событий, которая позволяла ничего не менять в собственной картине мира.

Меня это не задевало. Скорее даже забавляло. У чужих предрассудков есть одно