Гостеприимство Аркедорума - Артем Бах
Юту довольно проворно петлял между шатрами, пока не привёл нас к своим товарищам. Ими были пожилой полуэльф, укутанный в бордовый плащ и вооружённый одним-единственным луком, смуглый мужчина с массивной саблей, защищённый панцирным доспехом, рыжеволосая дворфийка с массивной обоюдоострой секирой и немного безумным взглядом, а также крепко сложенный полуорк с вдумчивым взглядом и заплетёнными в длинный хвост тёмными волосами, который был одет в простую холщовую рубаху.
— Перед вами элитный отряд из Крыльев Феникса! — с гордостью заявил гном. — Из самой прославленной гильдии искателей приключений в Бриме! Друзья! — гном обратился уже к своим товарищам. — Встречайте «Зов Блуждающих», ту самую новоиспечённую гильдию, оккупировавшую Одинокого Пьяницу!
Отряд Юту не хвастал той же энергичностью, которой обладал гном. Полуэльф коротко нам кивнул, мужчина с саблей отвесил лёгкий поклон, дворфийка хмыкнула, оскалив свои белесые зубы, а полуорк и вовсе не обратил на нас внимания, уткнувшись в книгу.
— Помимо нас здесь собралось много других гильдий со всего Давитана, — продолжил Юту, всё также тараторя. — Вчера я встретил членов Зелёного Пера, гильдии из Эленвуна, состоящей целиком из эльфов. В соседних шатрах расположились Кверхемские Волки, отчаянные рубаки, которые могут похвастаться лишь способностью переть напролом, пока не закончатся либо враги, либо члены их гильдии. Прямо как нашаУ́лга!
— Я тебя напополам поделю, Юту, — оскалилась дворфийка, покрепче перехватив свою секиру.
— Прошу, не надо! Избавь своих друзей от необходимости произносить слово «четвертерослик»!
— Моё имя — Рахим Саан, — представился мужчина в панцирном доспехе. — Я являюсь уроженцем недружественной Давитану Великой Каташиитской Империи. Надеюсь, это не станет причиной для возможных конфликтов.
— Нам нет особого дела до политики, — ответил я, протягивая Рахиму руку. — Меня зовут Лео, и я глава гильдии «Зов Блуждающих». Рад знакомству.
Мы обменялись крепкими рукопожатиями, а Юту недовольно прокашлялся, привлекая к себе внимание.
— Не тратьте время на этих зануд, — произнёс гном, кивком указав на своих товарищей. — Лучше меня послушайте! Так вот: мутные люди вон там, — Юту указал на четверых людей в тёмных одеяниях, расположившихся у костра поодаль от нас, — из гильдии «Серые Сердца», квартирующейся в Нисталии. Говорят, все члены этой гильдии поголовно практикуют некромантию, но их деятельность тщательно покрывают сверху. Лучше не связывайтесь с ними. А ещё говорят, что в лагере видели самого Грока Потрошителя!
— Да байки это, — отмахнулся пожилой полуэльф. — За него назначена награда, на которую можно приобрести небольшой дворец. К тому же церковь ненавидит его так сильно, что готова хоть всю свою экспедицию в Кардарет свернуть, дабы его поймать. Не пойдёт же Грок сам ко льву в пасть.
— Байки — это то, чего ты наслушался, пропивая весь свой гонорар с заданий, Шайлас! Кардарет куда важнее для церкви, чем один дебошир. Даже чем один легендарный дебошир. И к тому же ты всерьёз думаешь, что Грок может чего-либо бояться?
— А чем знаменит Грок Потрошитель? — поинтересовался я.
— Это орк, восставший против Давитана и вырезавший группу миссионеров, прибывших в его племя, — пояснила Азрия.
— Ага, — Юту энергично кивнул. — А затем он в одиночку умертвил отряд инквизиторов, который послали за его головой. Затем ещё один, но побольше раза в три-четыре. И, наконец, когда всё его племя перебили, Грок явился в деревню под Кверхемом и вырезал всех её жителей, оставив в живых только детей. После этого орк стал одним из самых разыскиваемых преступников страны, но это не помешало ему продолжить по ней путешествовать, влипая в самые разные истории.
— Даже за уничтожение деревни и пары отрядов инквизиторов не должна полагаться столь большая награда, — заметил Тимур.
— Так и есть, — произнёс полуорк, не отрываясь от своей книги. Сперва я подумал, что то была книга заклинаний, но затем я увидел её заголовок: «Эпические похождения Гаруса Любвеобильного». — Говорят, что в той деревне тогда остановилось подкрепление из двух сотен солдат, направлявшихся в Элегор. Если верить историям, из двух сотен выжило двое.
— Четверо, Фарус, — возразил полуэльф, которого Юту назвал Шайласом. — Я сам разговаривал с одним из них. Выжило четверо, но один вскоре после этой резни покончил с собой, и ещё один остался калекой, а через несколько лет умер от болезни.
— В общем, такие дела, — подытожил синеволосый гном. — Этот заход в Кардарет обещает быть особенно жарким. Посему я позвал вас, чтобы предложить объединить силы в изучении Запечатанного города. Вместе мы уж как-нибудь сдюжим с его опасностями, а добычу будем делить на два отряда поровну.
Я задумался над предложением гнома и посмотрел на своих друзей. В глазах каждого из них я увидел выжидающий взгляд, полный готовности взвалить на меня всю ответственность за принятие этого решения. Вот же здорово.
— Мы хотим раскрыть тайны Кардарета и узнать больше о магии, которую когда-то практиковали его жители, — заявил я, обращаясь к группе Юту.
— Это не противоречит нашим целям, — ответил Фарус, всё также сверля глазами свою книгу.
— В таком случае Зов Блуждающих будет рад работать вместе с Крыльями Феникса.
— Вряд ли от вас потребуется что-то помимо переноса вещей! — насмешливым голосом воскликнула рыжеволосая дворфийка. — Всё равно всех врагов я возьму на себя!
— Это наша приманка для стрел, — пояснил Юту. — Обычно она разрубает надвое первого врага, а затем весь оставшийся бой проводит в бессознательном состоянии от потери крови, потому не видит, кто убивает остальных врагов. ВотУ́лга и думает, что их всех одолевает она одна.
— Я тебя точно когда-нибудь порву надвое, мелкий! А вы чего ржёте⁈ — Дворфийка свирепо взглянула на Рахима и Шайласа, попрятавших свои улыбки.
— Многообещающее начало, — сказала Азрия тоном, в котором мне не удалось распознать иронию.
Оставшееся у нас время мы посвятили сбору информации. Мы оставили лошадей в конюшне, приобрели несколько схем известных залов Кардарета, пополнили запасы провизии, отвалив за всё солидную сумму золота. К полудню температура начала значительно подниматься, и вскоре в пустошах стало по-настоящему жарко.
Солнце палило вовсю так, что мне начало казаться, будто его лучи светили над Кардаретом значительно ярче, чем в других частях