Таверна на прокачку 7 - Олег Валентинович Ковальчук

А кожевник повернулся ко мне.

— Слышал я, — сказал он, — что и ты приложил руку к победе над броненосами.

— Слухи преувеличены, — смутившись от неожиданности, сказал я. — Мы там втроём были. И Елена перед этим их травой приложила.

— Слухи, парень, всегда преувеличены, — согласился Хорь. — Только, и на пустом они месте не растут.

Он развернул вторую тряпицу.

Внутри лежал фартук.

Кожаный, тёмный, длинный, до середины голени, с широкими лямками и карманом на груди. По виду, обычный рабочий фартук повара, каких у любого мясника по три штуки.

Только вот кожа была та самая, броненосья.

— Кожа лёгкая, поэтому в два слоя делали. И вот тут, по бокам, тоже. В ней и готовить, и у печи молотом стучать, а хоть и крепость брать. И от ножа спасёт, и от кипятка, и от жара. А если тебя кто в бок мечом пырнёт с придурью, то, глядишь, и убережёшься. Но я гляжу ты куртейку-то мою носишь. Так что я за тебя спокоен.

Я взял фартук.

Он был тяжелее обычного, но ненамного, и лёг по фигуре как влитой. Кожа была мягкая, и бархатистая, с едва заметным матовым отливом.

— Хорь, — восхитился я. — Это же произведение искусства…

— Это просто фартук, — отрезал кожевник. — Повару фартук нужен? Нужен. Вот и носи.

От автора:

Я тут узнал, что у одного моего читателя, вчера был День рождения!

Дорогой Джон Пак, Поздравляю тебя от всей души.

И казалось бы, как это всё связано. Но я планировал взять сегодня выходной, но в качестве подарка, водьму его попозже! Спасибо, что читаете и даже в день рожения!

Я ощупывал свой новый фартук и не мог нарадоваться. Может, он выглядел не так круто, как доспех Анатолия, но доставил не меньше восторга.

— Скоро буду собираться в дорогу, — произнёс Хорь, который наблюдал за мной, явно довольный произведённым эффектом.

— Уже уезжаешь? Вроде ведь только приехали. — Удивился Анатолий.

— Да, третий день уже пошёл, — хекнул кожевник. — Пора возвращаться в Дубовый Яр. Дома дел невпроворот. Шкуры лежат невыделанные, заказ на упряжь для баронского сотника висит с весны. Да и Виктора надо сопроводить, он один не доберётся.

— Это верно, — нахмурившись, покивал Павел. — Виктору тяжело здесь, вдали от дома.

Я припомнил, как Виктор выгнал Павла прочь, когда тот, по доброте душевной взялся восстанавливать его таверну.

Удивительный, всё же Павел человек. Не держит обид за былое, и ко всем относится по-человечески.

Хорь потопал в сторону выхода со двора, за ним зашагал и Илья, но я догнал кузнеца.

— Слушай, Илья, твои изделия пришлись очень кстати, и качество отменное. И мангал и коптильня. А ножи какие!

Кузнец расплылся в довольной улыбке.

— Смотри, захвалишь, работать перестану, — улыбнулся здоровяк.

— Ну, это вряд ли, — улыбнулся я. — Нам нужны ещё коптильни, примерно десяток.

Кузнец выпрямился.

— Сколько? — вытаращился Илья.

— Может, даже дюжина, потом посмотрим ещё. Только я тебе кое-что поправлю в чертеже: поддон надо глубже, чтоб щепа не выгорала за четверть часа, и решётку можно в два яруса сделать.

— А зачем тебе десять? — Илья прищурился.

— Скоро Анатолий начнёт снова на рыбалку ходить. А копчёного леща ты уже и сам пробовал. Да и рыбаки наши, смотрю, тоже стали присматриваться. А с одной коптильней, я в лучшем случае, копчу лишь пять маленьких лещей. — Чувствую, скоро буду коптить по сорок за раз. Да и не только рыбу ведь коптить можно: еще и мясо, птицу, сало. Копчёное хранится втрое дольше свежего и в дороге не портится. А ведь очень хочется с собой в дорогу людям еды дать. Тогда мы сможем продавать еду с собой: обозникам, купцам, да кому угодно. Даже пахарям, чтобы они могли не отходя от работы, хорошо поесть.

Илья почесал бороду.

— Это ж кузню под тебя одного занять придётся.

— Так занимай, платить есть чем.

— Хм, — сказал кузнец. — Дюжину я тебе за месяц сделаю. Только железа надо взять, у меня столько нет.

— Борис вчера вернулся, и уехать еще не успел. Ты бы у него спросил. Его Владислав так замотивировал, что он вмиг всё нужное достанет, — улыбнулся я.

— Раз надо, значит возьмёмся, — почесал он затылок, затем направился в сторону своего дома, пребывая в глубокой задумчивости.

Я же, поставил в голове очередную галочку, и вписал новую задачу. Надо переговорить с местными рыбаками и охотниками, что готов выкупать у них излишки добычи. Либо поручить это Анатолию. Он проще объяснит людям, что надо, на своём, рыбачьем языке.

Да и Анатолий давно разоряется, что ему пора на рыбалку. Что руки помнят промысел ещё с детства, а местные ничего не понимают в этом великом деле. И теперь у него будет целое поручение, сходить к рыбакам, поговорить как мужик с мужиками, посидеть с ними на зорьке и заодно выяснить, сколько они реально могут ловить. И он это, вероятнее всего, воспримет как награду.

Пока Анатолий и Павел были увлечены доспехами, я решил улизнуть от тренировки и зашагал к таверне улыбаясь утреннему солнцу. В голове, новыми штрихами, всё чётче вырисовывался план будущего города мечты.

Сейчас вдруг остро ощутил, как сильно мне хочется дожить до осени просто, чтобы посмотреть, как моя задумка будет выглядеть в жизни. И пока что, образ был куда ярче и эффектнее, чем тот, что я готовил для шейха Амира, живя в Москве.

— Макс, А как же тренировка? — услышал я голос Павла, не дойдя и половины до таверны.

Эх, не удалось улизнуть.

Но я был спасён.

В следующий миг, с другой стороны двора появилась Елена.

— Хватит с него тренировок, — сказала она. — Вон, он уже позеленел от натуги, дайте парню продышаться.

— Мы вообще-то работаем, — возмутился Анатолий, продолжая наглаживать свою новую броню.

— Вижу я, как вы работаете. — Елена скрестила руки на груди. — А Максу, лучше б заняться чем-то более полезным, а не этим вашим рукомашеством.

Анатолий медленно развернулся к девушке. На лице у него было написано оскорблённое достоинство, размером с самую большую