И космос в придачу - Настя О

— Если поможешь с Союзом — так и быть, скажу. Но только если пообещаешь, что никому не выдашь местонахождение планеты.

— Клянусь своими будущими детьми! — с жаром выдал Двайр.

— Заведи хотя бы постоянную женщину, — поморщился Олейрон.

— Так я и хотел — ты увел у меня ее из-под носа.

— На твоей колымаге есть регенератор? — не обращая внимания на последние слова форгетонца, спросил Олейрон.

— Естественно, — отозвался Двайр. — Я же каждый день только и делаю, что спасаю раненых айдеанцев!

— Отлично. Тогда перемещаемся к тебе. У нас впереди еще очень много дел. А если поможешь починить «Вестник», я тебе обещаю быструю прогулку до Тайпедры.

— Я подумаю, — хмыкнул Двайр.

В следующее мгновение на мостике уже никого не было.

* * *

Куартэ Синн не внушал ей доверия. Мужчина напоминал Кире затаившуюся перед броском кобру. Слишком мягко он улыбался, когда приглашал ее послушать. И она не собиралась расслабляться ни на секунду.

— А вы знали, что на самом деле наследников дэйрианской крови великое множество? — начал он свой экскурс.

— Вы поэтому пытались убить меня на Иммерсине? — задала встречный вопрос Кира.

Что-что, а стелиться перед ним она не собиралась.

— О, что вы, — махнув рукой, засмеялся Куартэ. — На Иммерсине были небольшие показательные выступления. И они были не только для вас. Плазменная бомба — это уникальное оружие амбедонцев, из-за которого мало кто станет выступать против нас. Это один из наших козырей на заседаниях Союза. Как думаете, многим ли по душе видеть развалины собственного дома? Немногим? Я тоже так думаю, Кира. А что насчет вас?

Куартэ уставился на нее с выражением величайшего интереса на лице.

— А что со мной?

— Вы готовы видеть свой дом в развалинах?

По губам амбедонца скользнула змеиная ухмылка, затем он достал из кармана знакомый Кире информационный куб. Только этот был меньшего размера, чем куб Отэ.

— Дэйрианцы, конечно, великая раса, но и они не смогли предусмотреть всего. Копия информации защищается куда хуже оригинала — хотя бы потому, что вскрыть ее можно при гораздо меньшем содержании исходного генома в крови. Как у меня, например, — зачем-то добавил Куартэ.

Стоило ему уколоть палец о куб, как перед Кирой стали мелькать многочисленные картинки с Земли. Африка, Северная и Южная Америки, Отэ даже на Южном полюсе побывал! Но Кира не могла порадоваться его разнообразным впечатлениям. Она слишком хорошо понимала, к чему будет клонить Куартэ Синн.

— Что скажете, Кира? — между тем, продолжил амбедонец. — Стоит ли оставлять все это в первозданном виде?

— Чего вы хотите?

Она очень постаралась в этот момент, чтобы ее голос не дрогнул. Все-таки в ее голове была вся мудрость Отэ-д'Дана, а противостоял ей всего лишь его дальний родственник. Просто карт на руках у него было куда больше, чем у нее.

— Вы, наверное, удивитесь, но даже в таком развитом объединении, как Галактический Союз, слово женщины играет ничтожно малую роль. Женщины, безусловно, успели прославиться. Многие из них блестяще управляют знаменитыми космическими флагманами, кто-то даже пробился в планетарные аппараты управления. Но женское управление не приветствуется. В трудной ситуации женщина неспособна мыслить здраво.

Вот же надутый космический чайник. Кира с трудом сдержалась, чтобы не поморщиться. Развитое объединение, как же. Построили бесконечный амфитеатр и кичатся тем, что созвали большое собрание. Вот только что-то подсказывало Кире, что не все так гладко у этих амбедонцев, как пытался донести до нее Куартэ Синн. Что именно — Кире было невдомек. В отличие от знаменитых космических женщин, она не собиралась делать свое имя громким. Ей бы вполне хватило сильного плеча рядом. Желательно — того самого, которое она оставила на «Вестнике».

Ее снова передернуло, стоило только вспомнить, в каком состоянии был Олейрон. Боже, только бы все получилось! Только бы кровь Отэ-д'Дана не воспротивилась и стала частью организма ее любимого айдеанца.

Стоило только произнести слово «любимый» про себя, как Кире стало на удивление легко дышать. Как, оказывается, просто решалась ее задача. Нужно было просто признаться!

Она взглянула на лощеного амбедонца изучающим взглядом. Нужно было сделать так, чтобы он поверил в ее покорность.

— Допустим, Куартэ. Но причем здесь я?

— Вы же для чего-то хотели попасть на собрание Галактического Союза, — снова улыбнулся мужчина.

Улыбка его совсем не красила. Может, он и был дальним родственником Отэ, но, скорее всего, ничего общего, кроме внешности, у них не осталось.

— Я хотела использовать право вето семьи д'Дан, чтобы на мою планету не ступала ни нога, ни техника Союза.

— Я готов вам в этом помочь, — мягко согласился Куартэ. — В обмен на небольшую услугу.

— И в чем она заключается?

— Вы выходите за меня замуж и производите на свет потомство, в котором будут гены обеих наших семей. Это укрепит позиции Амбедона в Союзе. Мы не трогаем ваш мир и позволяем ему развиваться своим путем. Хотя тут как посмотреть — возможно, без участия Союза развиваться ваш мир будет долго и мучительно.

— Зато с его участием — стремительно, но недолго. Я в курсе ваших планов на завоевание малых миров, — жестко осадила его Кира.

Нельзя было показывать слабину. Чего у этого Куартэ не было — так это железобетонной уверенности Отэ.

— Мы ведь можем говорить и по-другому, Кира, — усмехнулся мужчина и снова потянулся к информационному кубу.

И вот тогда ей стало по-настоящему страшно. За свою планету она еще кое-как могла поручиться. Но Куартэ Сине принялся показывать ей Айдэ.

— Я еще не разобрался, что такого интересного есть в этом мире. Пока успел просмотреть только поверхностную информацию, так что можете считать это моим изъяном. Однако я больше, чем уверен, что необычный цвет волос у мужчин этого мира обусловлен интересными генетическими комбинациями. Возможно, кое-что из этого станет интересно нашим ученым. Возможно, мы захотим даже вывести новую расу. Как вы на это смотрите?

Кира устало вздохнула.

— Как на дешевый шантаж. Вам проще стереть меня с лица космоса. Что там умеют ваши амбедонские ученые? Развоплотить, пустить на атомы, не оставить мокрого места? Зачем вы со мной носитесь? Неужели все ваши законы так сильно завязаны на генетическом разнообразии?

— Увы, — развел руками мужчина. — Здесь вы абсолютно правы. В какой-то степени я радею за свою родину точно так же, как и вы. Союз слишком древнее объединение. Его давно пора реконструировать. Чему, как не древней крови в ваших жилах, это делать? Точнее, древней крови в жилах наших будущих детей.

Похоже, товарищ даже не сомневался, что она согласится. Но Кира должна была знать, что за всем этим кроется.