И космос в придачу - Настя О

— Достоин, — повторила она свои слова из сна. — Больше всех на свете достоин!

Звук снаружи доносился все отчетливее, и Кира, оттолкнувшись от колена бессознательного пришельца, стала смотреть вокруг в поисках острого предмета. Как назло, на глаза не попадалось ничего, кроме куска навигационной панели, застрявшего в Олейроне. Не помня себя от страха, пока не пересилило чувство самосохранения, Кира полоснула по осколку запястьем. Поперечный срез давал меньше крови, но ей еще нужны были силы.

Боль была ужасная, Кира снова закричала, хватая окровавленное запястье свободной рукой. А потом, дрожа, встала на колени и принялась вытаскивать осколок из живота мужчины.

— Если я все правильно сделаю, тебе должно это помочь, — срывающимся голосом уговаривала саму себя Кира. — Потому что, если это не поможет, я не знаю, что я буду без тебя делать! Пожалуйста, вернись и найди меня, Олейрон! Пожалуйста, чертов пришелец, не оставляй меня одну снова!

Когда осколок поддался, Кира отшвырнула его в сторону, а сама приподнялась так, чтобы кровь из ее запястья капала на открытую рану Олейрона на животе. Она могла поделиться своей кровью, как и говорил ранее инопланетянин, только в случае смертельной опасности.

— Отэ, пожалуйста, помоги! — взмолилась она.

В тот же момент ей показалось, что в голове голосом Отэ-д'Дана было вынесено окончательное решение: «Достоин. Под покровительством Киры д'Дан». И ее кровь как будто блеснула золотом, хотя в теперешнем состоянии это могло оказаться обычным обманом зрения. Голова кружилась, и Кира не знала, достаточно ли отдала крови, чтобы началась регенерация Олейрона. Но ей вдруг показалось, что дрогнули невозможно длинные ресницы на мужском лице, и Кира всхлипнула от облегчения. Она зажала запястье рукой и привалилась к Олейрону, пока на корабль окончательно не заявились союзные силы.

— Я пойду им навстречу и скажу, что ты мертв. Надеюсь, к тому моменту ты сможешь хотя бы очнуться. И что они не решат изрешетить тебя бластерами для надежности. Или чем они там стреляют, это неважно. Вытащи свою шкуру с того света, я очень тебя прошу, — зашипела Кира не хуже змеи. — Если ты этого не сделаешь, ты никогда не узнаешь, что я, кажется, тебя люблю.

Завершив эмоциональную тираду, Кира попыталась встать на ноги, но получилось только с третьего раза. Она поцеловала Олейрона в висок и обнаружила, что запястье больше не болит. Отняв от пореза руку, с удивлением поняла, что от раны не осталось и следа. Это была отличная новость. Значит, новых кровотечений с ней не случится. С этими мыслями, уходя от Олейрона с тяжелым сердцем, она пошла на звук открываемого снаружи шлюза.

Почти перед самым ее носом крышка люка ввалилась внутрь. Кира успела отскочить от нее и прислониться к внутренней обшивке, яростно закричав:

— Кто вы такие и как смеете вламываться на корабль, в котором летела старшая кровь д'Дан?

В ее состоянии изобразить истерику не составило никакого труда. А пока на корабле появлялись новые действующие лица, Кира могла хорошо рассмотреть их.

Основной костяк составляли пятеро амбедонцев. Высокие, мускулистые, с одинаково застывшими лицами и лучевыми пистолетами наизготовку. За ними зашли форгетонец и представитель Килты, хотя Кира не могла представить, с какой целью к такому отряду присоединился попрошайка. Вся группа была в одинаково легких черных скафандрах. Память ничего не сказала ей об униформе. Значит, это было или новое подразделение Союза, или чьи-то частные силы.

Второй вариант был хуже. Но деваться все равно было некуда.

Амбедонцы, взглянув на Киру, не поверили ни единому слову.

— Принадлежность к семье д'Дан еще нужно доказать. У нас были сведения, что на корабле находятся опасные военные преступники. Закон Сциона в этом случае разрешает бить на поражение.

— Несите сканер, — рявкнула Кира так, что у килтианца, похоже, заложило уши. — А потом не забудьте сообщить все ваши имена и должности. Дочь Отэ-д'Дана так просто это не оставит! Я собиралась на очередную сессию Союза, чтобы предстать сразу перед всеми расами, а вы взяли и уничтожили моего пилота!

— У нас была информация, что на судне скрывается опасный преступник, — как под копирку, повторил кто-то из амбедонцев.

Вот же непробиваемые военные истуканы! Сканер ей предоставили через пять минут. Мстительно глядя на то, как бледнеют лица амбедонцев, Кира в очередной раз поразилась, как сильно все здесь зависело от генома. Удивлялось, конечно, человеческое начало Киры. Дэйрианское негодовало, какими нерасторопными оказались союзники.

Но обе ветви внутри Киры сходились в одном: нужно было уводить отсюда союзников. Пока не очнулся Олейрон и никто из прибывших не понял, что она водит их за нос.

— Вы не пострадали? Медик окажет первую помощь! — обратился к ней более эмоциональный форгетонец, видя скафандр и ладони, испачканные в крови.

— Это не моя, а пилота, — дрогнувшим голосом ответила Кира. — За пилота вам еще предстоит ответить по всей строгости союзного закона! — пригрозила она.

— Мы отвезем вас в управление безопасности, — не обращая внимания на ее слова, отозвался один из амбедонцев. — Есть ли у вас что-нибудь, что нужно взять с собой?

— Есть, — твердо сказала Кира и отправилась в свою каюту. — Ждите здесь.

Она сходила к себе и взяла одну-единственную вещь, с которой не могла расстаться. Сверток с платьем, который купил ей Олейрон еще на Иммерсине. Почему-то эта вещь сейчас давала ей силы бороться со всеми невзгодами. А уж то, что ей предстояло еще немало новых встреч, Кира поняла отчетливо.

На Сционе не было никакого управления безопасности. Амбедонец выдумал это на ходу, чтобы выманить Киру из корабля. Это означало, что они в курсе, что дэйрианская кровь для нее является неродной. Поскольку на текущий момент их планы совпадали, Кира позволила себя «обмануть». И приготовилась встретиться с тем, кто, возможно, организовал покушение на нее на Иммерсине.

Помимо платья, еще одна вещь продолжала греть душу и напоминать об Олейроне. Браслет с красными торами, как и обещал айдеанец, нисколько не пострадал. А стоило Кире подумать о том, как она любит Олейрона, нагревался и сиял еще сильнее.

— Вы утверждаете, что являетесь кровной дочерью Отэ-д'Дана?

— Утверждаю.

— Как это могло случиться?

— Вам описать процесс в подробностях? Простите, но могу только по собственному опыту. Как это происходило у родителей — не имею ни малейшего понятия. Земляне, знаете ли, начинают помнить себя примерно с трех лет. Что было до этого, мы можем узнать только от родителей.

Кире порядком начинал надоедать этот разговор.