Разрушенные оковы - Ольга Аст

– О чем ты говоришь, младший Элденсон?

Мне хотелось горько рассмеяться оттого, что Джер выделил возраст Ри как недостаток, хотя сам всегда раздражался, если кто-то поступал так же с ним.

– Ответьте мне, лорд Вальтерсон, это и правда ваше желание? Вы уверены в выбранном пути и отказываете нам в просьбе одобрить наш с леди Неей брак?

– Я глава рода и уверен в своих…

– Вижу, – перебил его Ри и качнул головой, отгоняя сомнения. – Значит, ваш меч подтвердит непоколебимую волю своего хозяина?

Лицо Джера потемнело. Вызывать на поединок главу рода значило усомниться в его действиях и разуме. Ри нанес брату оскорбление, которым невозможно пренебречь, которое нельзя забыть.

– Окажите мне честь, лорд Вальтерсон, и сразитесь со мной в поединке до первой крови. Ваша победа станет лучшим доказательством правоты, и тогда я отступлю, признавая свою ошибку.

– Берешь пример со старшего брата? – хмыкнул Джеральд, пристально рассматривая Ри.

По телосложению он значительно уступал брату, но я была наслышана о бывшем короле Дартелии Бардоулфе, который, несмотря на стройную фигуру, мог легко победить Джера. Ри обладал достаточной для мечника ловкостью и грациозностью. Он пользовался мечом так, словно исполнял танец, а не прибегал к грубой силе.

– Неужели? – Ри удивленно приподнял светлые брови. – Поединки – это моя прерогатива. Альрик перенял дурную привычку у меня. Хотя я считаю, что в некоторых случаях меч говорит куда честнее, чем его владелец. Ведь он отражает волю сердца, а не разума.

– Не плачь, если я отрублю тебе руку, наглый младший лорд Элденсон. Когда сразимся?

Джеральд слишком легко принял вызов. И в его словах про отрубленную руку не было ни тени улыбки. Пробежавший по спине холодок вызвал у меня мелкую дрожь.

– Через неделю. На рассвете. Поляна в лесу подойдет.

– Ты не хочешь битвы при свидетелях? – удивился Джер.

– Они отвлекают, – недовольно скривился Ри. – Нам будет достаточно присутствия леди Неи и вашего помощника – Ригана.

– Что ж, пусть так. Скоро мы навсегда избавимся от недопонимания, а ты, Нея, перестанешь нести чушь и подчинишься воле покойного главы рода.

– Как скажешь, брат.

– Ты сошел с ума, Ринд. Зачем помешал нашему разговору? Я же сказала, что сначала попробую сама.

Я набросилась на него, как только мы оказались в моих покоях. Лицо пылало от гнева, а сердце билось так быстро, что мне казалось, оно вот-вот вырвется прямо из горла.

– Сама ты пробовала каждый день, и все стало только хуже. Пора признать, что твоего брата растили военным, а не главой рода. Это разные вещи, Нея. Понятия воинской чести и долга главы смешались у него в голове. А еще…

Ри устало прислонился спиной к стене и опустил голову так, что челка закрыла его глаза.

– Ты уже говорила раньше, но теперь это стало заметно всем. Джеральда что-то изменило в Танморе. Он стал другим, и если я прав, то… – Ри резко замолчал и сжал кулаки. – Нет, не хочу об этом думать. Поединок все покажет.

Я понимала его, ведь чувствовала то же самое и разрывалась между сердцем и разумом, но надеялась разрешить все разговором. Сейчас же наши намерения выглядели так, будто мы пытаемся свергнуть брата. И нельзя исключать того, что Джер может искалечить Ри во время поединка. Такое бывало и не считалось нарушением правил. Если набрался наглости бросить вызов, то неси ответственность.

– И ты не боишься пострадать? – Я подошла к Ри и, взяв его за подбородок, приподняла лицо.

Бледно-голубые глаза с зеленым отливом отражали уверенность, которой бы хватило на несколько человек. Он перехватил мою руку и, поднеся ее к губам, нежно поцеловал пальцы, а потом уткнулся носом в ладонь и вздохнул.

– Того, что твой брат потеряет здравомыслие, я боюсь больше.

Ри был прав: этот разговор у нас далеко не первый, но, надеюсь, будет последним.

– Вы уверены? – серьезно спросил Альрик, расчесывая гриву своего коня. Он всегда сам ухаживал за ним, только изредка доверяя это дело конюху.

До последнего я не желала вовлекать во все Альрика, но только он был самым влиятельным и надежным другом Джера и мог бы разобраться в ситуации без лишних эмоций. Выбрав, как мне казалось, самый удачный и безопасный момент, мы с Ри вернулись в замок семьи Элденсонов.

– Хотелось бы ошибаться. – Я взяла яблоко и протянула его Эпону.

Конь фыркнул и аккуратно ухватил зубами лакомство. За столько лет моей жизни здесь он привык ко мне и всегда подпускал близко, позволяя кормить или гладить.

– Иногда Джер может не спать несколько ночей подряд и сидеть возле открытого окна, будто северные ветра не более чем легкий сквозняк. Его решения наполнились не свойственной ему прежде неумолимостью, а порой и жестокостью.

– Все заметили странное поведение Джеральда. – Ри не сводил угрюмого взгляда с Альрика. – Недавно он почти подписал документы о том, чтобы раздать земли нуждающимся. Не покровительствовать, а раздать, отняв их у лордов. А на собрании Джеральд предложил лишить этих лордов титулов, потому что они резко высказались о союзе с Танмором.

– Он всегда был таким, – упрямо заявила я, не желая преподносить действия брата так, будто он уже сошел с ума.

– Джеральд направил меч на другого лорда, Нея. Член Верховного совета Алеистер тоже обеспокоен его состоянием и предложил отправить сюда наблюдателей из Дартелии.

На последних словах Альрик помрачнел. Если слухи дошли до дворца, то мы не могли остаться в стороне, притворяясь, что ничего не происходит.

– Это не всё?

– Он сказал, что на нем род Вальтерсонов прервется, – наконец передала я самую пугающую вещь из всего сказанного братом.

Альрик отложил щетку и потер лоб тыльной стороной ладони.

– Джеральд хочет уничтожить свой род? Но для чего ему поступать настолько безрассудно? Север держится на нескольких влиятельных семьях и их заслугах перед короной, а Вальтерсоны – один из правящих родов, имеющих наибольшее влияние. Неизвестно, чем это может обернуться и сможем ли мы в будущем сдержать волнения или даже раскол.

– Джеральда следует отстранить от власти. – Ри по-прежнему смотрел лишь на Альрика. – Среди его людей