Муртаг - Кристофер Паолини

Легкие и вены Муртага наполнились огнем. Он был готов взорваться или потерять сознание, если не получит воздуха, но отказался открывать рот. Если бы он вдохнул воду, у него не было бы никаких шансов выбраться на поверхность.

Он брыкался и царапался вверх.

Еще одна вспышка красного драконьего огня осветила внутреннюю часть озера, и на мгновение Муртаг потерял всякое ощущение времени и места. Толстые канаты водяных водорослей вздымались вокруг него, как огромные плавающие лианы, мягко покачиваясь в бирюзовой воде. Волны грязи поднимались от дорожки, которую Мокрощелка проложил поперек дна озера, и повсюду мерцала и колебалась сетка теней. И из болота грязи и слизи, подобно выбеленным солнцем ветвям, лишенным коры, поднимался лес костей: руки, ноги и кисти, скрюченные когтями страдания. С некоторых свисали наручи, манжеты и изодранная одежда, а также обрывки сухожилий и иссохших мышц. Сотни мертвых, брошенных на дно, съеденных рыбами и насекомыми, а также пораженных зелеными мшистыми наростами. Среди них были разбросаны щиты, мечи и копья численностью в целый батальон, дерево было мягким и гнилым, сталь почернела от ржавчины.

Муртаг в ужасе уставился на него. Затем инстинкт вернул его к реальности, и он вцепился в воду руками и дергал ногами — ножницами, пока…

Его лицо вынырнуло на поверхность. Воздух коснулся его кожи, и он задохнулся, не в силах достаточно быстро опорожнить и наполнить легкие. Его зрение покраснело и потемнело по краям, и он снова погрузился под воду.

Затем какой-то грубый заостренный предмет скользнул ему под спину и руки, приподнимая его. Он перекатился и изо всех сил вцепился в голову Торна.

У меня есть ты, — сказал Торн.

Муртаг захрипел и закашлялся, не в силах ответить, но еще крепче прижал Торна к себе.

Они были более чем в сотне футов от берега; дракон лежал в воде, большая часть его тела была скрыта под поверхностью, виднелись только шипы вдоль позвоночника и кончики сложенных крыльев.

Я не мог связаться с тобой быстрее, — сказал Торн.

“ Я знаю, ” сказал Муртаг, все еще кашляя. — Все в порядке.

Я бы спас тебя и убил Макмоу, несмотря ни на что.

Он снова обнял Торна, а затем повернулся и посмотрел на озеро. — Тебе не нужно меня убеждать.…. Я не думал, что смогу ненавидеть Дурзу еще больше”.

Какое еще зло он оставил в Алагейзии?

Вопрос заставил Муртага задуматься. — Хотел бы я знать.

Волнение в воде в двадцати футах от них заставило их обоих напрячься, и Муртаг начал взбираться Торну на спину.

Затем Мокрощелка вынырнул на поверхность и перевернулся кверху брюхом, обмякнув по всей длине.

Муртаг выругался и откинул мокрые волосы с глаз. Его сердце все еще колотилось, и он чувствовал, что готов снова ринуться в бой.

“ Подожди. Я должен кое-что проверить. Он оттолкнулся от Торна, налег на весла и поплыл к огромному трупу Макмоу. Торн последовал за ним более медленным шагом, скользя по воде с поразительной легкостью.

Муртаг подтянулся вокруг Макмоу к голове существа. Из черепа осетра — переростка торчал — как он и думал — кусок сломанной кости. Судя по виду, человеческая бедренная кость.

Мысли Муртага вернулись к кровавой бойне, которая скрывалась под ними, и в нем зародилось тревожное подозрение. Огромное количество трупов делало абсурдной идею о том, что они могли быть жертвами Макмоу и только его. Никто бы не вынес присутствия такого монстра. Массовые убийства — даже за последние шестьдесят лет — выгнали бы простых людей с озера и разнесли бы весть о Навозной жижи по всей стране до тех пор, пока другие, более грозные, не пришли бы охотиться на смертоносную рыбу.

Он взглянул на Торна. “ Я сейчас вернусь. Брисингр! Он снова поставил перед собой фонарь-оборотень, только на этот раз он был бело-голубым и ярче, чем раньше.

Затем он глубоко вздохнул и снова нырнул под воду. Вода пузырилась и поднимала пар вокруг огненного шара, но светящийся газовый шар все еще давал достаточно света, чтобы он мог видеть.

Он плыл в ледяные глубины, все ниже и ниже, пока не увидел поле покрытых коркой скелетов. В бурлящем свете его оборотного света кости, казалось, двигались и шевелились от неестественной жизни, как марионетки, плохо поставленные марионетками и отчаянно пытающиеся вырваться из своей камеры разложения.

Он пинками добрался до ближайшего скелета и порылся в грязи и иле, покрывавших туловище. Грязь была холодной, как отчаяние. Его пальцы нащупали обрывок кожи, и он вытащил его, поднял. Подозрение переросло в уверенность. Как он и опасался, на коже был выбит штандарт пехоты Гальбаторикса.

Муртаг бросил последний взгляд на залитое водой кладбище, где лежало так много солдат Империи. От этого странного и гротескного запустения у него защемило сердце.

Затем он оттолкнулся и снова поднялся.

Подняв фонтан брызг, он вырвался из воды. Он ахнул и благодарно вцепился в Торна, когда дракон подплыл к нему.

В чем дело?

Муртаг выругался и несколько раз ударился лбом о твердую чешую Торна. Вода была ледяным одеялом вокруг него, тяжелым и сковывающим.

“ Они там, внизу, ” пробормотал он. Он прижался лбом к шее Торна. “ Черт возьми. Они все там, внизу.

Тревога Торна возросла. Кто?

Когда Муртаг рассказал о том, что он видел, печаль Торна присоединилась к его собственной. “Должно быть, эльфы загнали их в воду. У них не было ни единого шанса”. В последний раз, когда он видел батальоны Гальбаторикса, ряды людей были сбиты в кучу на окутанных дымом равнинах за пределами Гил'Эада, в то время как ряды высоких эльфов маршировали на них с неумолимой силой.

Дракон мягко сказал: К сожалению, мы не несем ответственности за их смерть.

“ Так и есть. Если бы Гальбаторикс позволил нам остаться, мы могли бы…

Эльфы убили бы нас. Даже имея в своем распоряжении силу Ингмара, мы не смогли бы противостоять их объединенной мощи.

— Мы должны были хотя бы попытаться!“

Увидели бы вы поражение эльфов и триумф Гальбаторикса?

“ Нет! Но должен же был быть способ спасти людей. Каким-то образом.

Шея Торна задрожала, когда дракон зарычал. Вы не можете заставить мир быть таким, каким вы хотите.

— А я не могу? ” Муртаг поднял голову и посмотрел на Торна. — Если ты хочешь чего-то достаточно сильно…

Хотеть не всегда достаточно. Торн потерлась носом о его макушку. Средства тоже должны быть. Вы это знаете.

Муртаг судорожно вздохнул. Его зрение затуманилось. Слезы или озерная вода