Пустой II. Книга 6 - Артемий Скабер

Мы уже отошли от середины Руин. Здесь зверей должно быть меньше. Если верить карте, крестики тут стоят редко. Часть пойдёт следом, так заявила Айлет, остальные, скорее всего, тоже. И единственное, как я смогу их остановить… напасть, ранить или убить.

Поморщился, не смогу, не хочу и не буду. Но оставлять за своей спиной толпу, которая не подчиняется, тоже плохой вариант. Даже голова заболела от того, как я пытался решить, как мне теперь быть.

Взвешивал всё, пока ребята молчали и ждали моего решения. Не этого я хотел… но меня никто и не спросил. Шалх! Если они будут рядом, то шуметь будут там, где я скажу. Сарн ещё в первый день в Руинах держался в трёхстах шагах от шумных групп, чтобы Твари шли на них, а не на него. Старый охотничий способ. Большая шумная стая всегда привлекает хищника раньше, чем маленькая и тихая.

У Дарга пятая ступень. У широкоплечего тоже. Илса бьёт птицу на лету. У Айлет жгуты, которыми она держала крыло Плакальщика. Если на нас выйдет что-то крупное, это не лишние руки.

И ещё одно. Варис как-то говорил, что в городе всё решают свидетели. Кто что видел, кто что скажет на Совете. Двадцать учеников четырёх школ, которые придут к Сбору и скажут, кто их вывел. Я не знал, что нас ждёт в городе, и лучше иметь хоть какой-то запасной план.

Посмотрел на Вариса. Он лежал с закрытыми глазами, но, кажется, думал о том же. Что мне это стоит? Только одно. Отвечать за них, если что-то пойдёт не так. И это одно весило больше, чем всё остальное вместе.

Нет.

Теперь я понял, что меня грызло. Дарг попытался навесить на меня чужие жизни без моего согласия и заранее сделать виноватым в каждой смерти. Вот этого я не приму. Решать за меня он не будет. Если они всё равно пойдут следом, то только на моих условиях.

— Решил? — спросил Одр, не открывая глаз.

Кивнул, сложил карту и убрал обратно.

— Мы идём впереди, — начал я. — Пятеро, как шли всегда. Они идут за нами, шагов на тридцать сзади. Приказы я даю вам. Кто из них хочет выйти, пусть слушает, что я говорю вам, и делает так же. Не хочет, пусть идёт своей дорогой. Я за них не отвечаю. Я не их лидер. Если на них кто-то выйдет, пусть отбиваются сами. Хотят идти за нами, пусть это докажут делом.

Тавр медленно повернулся ко мне. Лицо у него было такое, будто он не знал, радоваться ему или злиться.

— Так ты их берёшь или нет?

— Не беру. Они сами идут.

— Это одно и то же!

— Нет, — сказал Варис. — Не одно. — Он открыл глаза и посмотрел на меня, и на губах у него появилась слабая улыбка. — Это очень умно, Рейланд.

Сарн наконец отвёл взгляд от большого костра и посмотрел на меня.

— Сеф не станет слушать, — сказал он.

— Значит, пойдёт своей дорогой.

— Он пойдёт за Лиарой. А она за Даргом. А Дарг за тобой.

— Тогда будет слушать.

Сарн хмыкнул.

— Спим по очереди, — сказал я. — Тавр первый, потом Сарн, потом я. Одр и Варис спят до утра.

Одр пожал плечами и закрыл глаза. Тавр пересел ближе к проходу, туда, откуда видно было и вход в склад, и большой костёр. Положил на колени меч. Сарн лёг на бок, спиной к стене, и через десять пульсаций уже ровно дышал. Одр так и сидел, привалившись к камню. Варис свернулся под плащом.

Лёг сам. Камень был холодный, и холод шёл сквозь рубаху прямо в спину. Карта лежала на груди, под ладонью. Копьё рядом, так, чтобы можно было схватить, не глядя.

Сон не шёл. Думал о Дарге. О том, как он стоял на границе пустоты и говорил «теперь лидер ты». Он не сдался. Он сделал то, что сделал бы охотник, у которого сломалось копьё посреди охоты: отдал право тому, у кого копьё целое. Это было разумно, и от этого почему-то было ещё тяжелее.

Проснулся от того, что Сарн тронул меня за плечо. В узких окнах под кровлей серело. Костры прогорели до углей, над котлом кто-то уже возился, раздувая огонь, и по складу тянуло сырым дымом.

Поднялся, размял плечи. Спина затекла от камня, но голова была ясная. Подошёл к кадке, умылся. Ниса стояла там же, с дощечкой, но на этот раз ничего не записала, только проводила меня взглядом.

Дарг сидел у большого костра так, будто не ложился вовсе. Когда я подошёл, он поднял голову, и вокруг затихли.

Подошёл к нему и говорил так, чтобы слышали все:

— Вы не моя группа. Моя группа вот. — Кивнул назад, на нашу стену, где Тавр уже стоял с копьём, а Варис, опираясь на Одра, поднимался с подстилки. — Пятеро. Я отвечаю за них. За вас я не отвечаю.

Тишина. Кто-то у среднего костра переглянулся с соседом.

— Мы идём к Сбору, — продолжил я. — Выходим сейчас. Идём впереди. Если хотите выйти из Руин, идите за нами. Шагов на тридцать сзади, не ближе. Когда я говорю своим «стой», стойте. Когда я говорю «к стене», к стене. Когда я говорю «тихо», замолкаете. Приказы я отдаю своим, но если хотите дойти, делайте так же.

— А если не хотим? — громко спросил Сеф от столба.

— Тогда не делайте и идёте своей дорогой. Я вас не держу.

Сеф открыл рот, но Дарг поднялся, и Сеф его закрыл.

— Мы согласны, — кивнул Дарг.

Повернулся к своим и махнул здоровой рукой: собирайтесь. Вышли, когда серое небо над Руинами стало бледно-жёлтым. Сначала мы. Тавр впереди, с копьём, шагах в десяти от меня, я за ним, с картой за пазухой. Одр с Варисом в середине. Варис шёл сам, опираясь на обломок копья вместо посоха. Сарн замыкал.

Потом, шагах в тридцати, остальные. Первыми Дарг и широкоплечий. Потом раненые, следом Ниса, Айлет со своими, Илса. Сеф и Лиара шли последними и держались вместе.

Двигались медленно. Улица, по которой вёл пунктир, была завалена обломками почти по колено. Камень под ногами шатался, и приходилось каждый раз выбирать, куда ступить. Солнце поднималось, и тени от уцелевших стен становились короче. Где-то далеко, за спиной, в стороне площади, прокричала птица.

Через час