Призрак - Анастасия Пименова

Мужчина не суетится, не стреляет в ответ. Просто стоит за своим деревом, неподвижный, словно часть леса, голова чуть наклонена, плечи расслаблены, будто он не под огнём, а слушает дождь или музыку в наушниках. Только в какой-то момент он едва смещается, буквально на шаг, и пуля, которая должна была попасть в край ствола, ничуть не задевает его.

— Их семеро. Трое ближе. Остальные дальше, заняли позиции по краям, чтобы перехватить в случае нашего отхода. Двое слева, один правее, — продолжает он, не повышая голоса. — Ближайший слишком нервный, дышит часто. Второй держится за деревом с треснувшей корой. Третий… — короткая пауза. — Чуть позади, осторожный.

Повторюсь. Что. За. Хрень?

Откуда он всё это знает? Невозможно настолько отлично слышать и различать звуки. Как он вообще может ориентироваться, когда мы находимся под обстрелом?

Я заталкиваю данные вопросы куда-то глубоко, почти с силой. Не сейчас. Не здесь. Сейчас важнее не умереть.

Выстрелы продолжаются, но уже реже, с выжиданием, словно они тоже прислушиваются, пытаясь понять, почему ответного огня нет. Лес будто затаился вместе с нами.

Я осторожно, очень медленно выглядываю из-за ствола.

И вижу.

Между деревьями, сквозь тени и дымку, действительно различимы человеческие силуэты. Не чётко, не полностью, но достаточно, чтобы понять… они там. Ровно там, где сказал Блейк.

Он не угадал, а точно знал.

Ладно… теперь меня не так сильно пугают те люди, так как сейчас самый опасный человек в этом лесу находится рядом.

Блейк отходит в сторону так, что обходит ствол дерева, когда я продолжаю лишь наблюдать.

Я считаю секунды, а он, уверена, шаги.

Мужчина так и не поднимает головы, но это и не требуется.

Очередной выстрел разрезает тишину, в которой не слышно даже безумных. Блейк стреляет следом… так, что я замечаю, как один из мужчин тут же падает на землю, усыпанной в том месте листвой, и больше не встает. Вот так быстро? Он убил его?

Ответом на выстрел Блейка становится не только резкие, срывающиеся крики в виде ругательств, в которых больше злости, чем страха, но и их выстрелы.

А Блейк… по-прежнему не суетится, меняет позицию на пару шагов, спокойно, без резких движений, как человек, который не торопится, потому что уже всё просчитал. Пистолет в его руке поднимается ровно на нужный уровень, без колебаний, без лишних жестов.

Выстрел.

Короткий, глухой звук тонет в общем грохоте, но результат я вижу сразу… второй силуэт дёргается, сползает вниз по стволу и также исчезает в листве, как и первый.

Когда третий едва появляется из-за дерева, собираясь выстрелить туда, где находится мужчина, то последний стреляет чуть раньше. Мимо. Пуля уходит чуть левее, срезает ветку, листья осыпаются вниз. Впервые он промахивается или, скорее, попадает не туда, куда нужно.

Ещё раз и попадает. Не смертельно. Неизвестный вскрикивает, падает на колено, но всё ещё жив, всё ещё двигается, отчаянно пытаясь уползти за дерево, оставляя за собой тёмную полосу на земле.

Третий. И теперь минус три из семерых.

Я вдруг понимаю ещё кое-что, исходя из того, что заметила. Блейк не стреляет чаще, потому что не видит в этом смысла. Для него это не хаос, а последовательность.

Оставшиеся начинают стрелять активнее, явно осознав, что что-то идёт не по плану. Пули попадают куда-то слишком близко. Одна врезается в землю в паре шагов от Блейка, другая уже в ствол над его плечом.

И вот тут до меня наконец доходит.

Его нужно прикрыть, ведь даже самый опасный человек может словить пулю, если дать противнику достаточно времени.

Пригибаюсь и перебегаю к другому стволу, выстреливая прямо на ходу. Выстрел отдаёт в запястье, ухо закладывает, но я не опускаю руку.

Ещё один.

Я не знаю, попала ли, но вижу, как один из силуэтов резко пригибается, исчезая из поля зрения. Этого достаточно.

Приходится ещё раз немного сместиться, почти ползком, цепляясь за влажную землю и корни, меняя угол и позицию, потому что оставаться на одном месте — значит подписать себе приговор. Я стреляю снова, не давая им ни секунды на спокойный выход, даже просто на мысль, заставляя прижиматься к земле, прятаться за стволами, терять обзор и инициативу.

Блейк опять же точно определяет, куда я перемещаюсь, так как крутит головой в том направление, где я нахожусь.

Пороховой запах быстро смешивается с влажным, тяжёлым воздухом леса, оседает в горле неприятной горечью, сердце ни на секунду не замедляет ритм, колотясь так, что отдаётся в ушах, дыхание сбивается и становится слишком громким и заметным, но я не отступаю. Хоть мы и не сказали больше друг другу ни слова, то всё равно действуем вместе.

Замечаю промелькнувшую тень неподалеку и тут же стреляю, когда тот человек делает то же самое.

Прыжок в сторону помогает спасти собственную жизнь, колени скользят по влажной земле.

Секунда, две, три, четыре, пять… всё ещё жду.

Момент. Тот самый, когда нападавший перезаряжается. У этого не винтовка, а обычный пистолет.

Я выглядываю из-за укрытия и направляю дуло прямо на неизвестного, а он смотрит прямо на меня.

Убить человека, глядя ему прямо в глаза.

Осознание, секундный страх, не мой, а тот, что отражается в его взгляде.

Щелчок.

Сухой, неправильный звук, который не похож на выстрел. Пауза на долю секунды, слишком длинная, чтобы быть случайной.

Пули!

Зачем-то машинально жму на спуск ещё раз, пусто. Только отдача, только бессмысленный толчок в ладонь.

Теперь его очередь направлять на меня оружие, а моя — прятаться.

Я тем временем теряю Блейка из поля видимости, откладывая револьвер на землю, а сама тянусь за молотком. Конечно, использовать последнее в подобной ситуации — практически добровольный шаг к самоубийству, но у меня больше нет выбора.

Мысленно молюсь, чтобы организм не подвел, а продолжал работать на выбросе адреналина.

Бегу.

Внимание у меня