Падение - Анастасия Пименова
Наверное, я испугалась того, чего ещё не понимала.
Что касается Акселя, то мы вообще с ним не говорили с того самого дня, когда умер Левант. Ни слова.
В те моменты, когда мы с ним пересекались, то лишь кидали друг на друга взгляды. Но не было никаких привычных глупых шуток с его стороны, не было…ничего. Кроме взглядов. Таких, что я первой старалась разорвать зрительный контакт. Потому что мне всё это не нравилось, а ещё в груди теперь как-то всё иначе. Так, словно мне этого не хватает? Боже, даже самой себе признаваться в этом как-то странно. Мне не хватает глупых и тупых подколов Акселя. Просто класс.
Я не знала изначально ли он планировал тот трюк с передачей ключа от наручников и почему не предупредил. Но я точно знала, что у Леванта была какая-то информация касаемо сестры Акселя, того, где она находилась. Это уже как-то выяснил Ник, но не выяснил, где она. Единственный, кто знал — был Левант, который умер. Вернее, которого убил Ник и которого теперь ненавидел Аксель. За то, что лишил его возможности узнать всё о Джин.
Ещё я знала, что Аксель не останавливался. Он продолжал делать запросы во все бывшие бункеры, в города на поверхности, но ответы либо приходили слишком долго, либо не приходили вовсе. Откуда я это знала? У меня тоже был доступ и… по какой-то причине я хотела помочь парню и тоже искала. Даже удалось наткнуться на Джин Андерс, но как только я увидела, что ей было пятьдесят семь, то поняла, что это не та самая Джин Андерс.
Оставалось ещё кое-что. Рейдеры. Она могла быть среди них, конечно, при условии если выжила. И, наверное, именно по этой причине Аксель просился почти на каждое задание, что было за пределами Авалона. Ведь найти Джин среди рейдеров… практически нереально. Ему должно очень сильно повезти.
Иногда, когда я думаю об этом, внутри всё сводит.
Не потому, что мне жаль Акселя, хотя и это тоже. А потому что я понимаю, насколько далеко всё зашло.
Каждый из нас потерял кого-то. И каждый теперь живёт с этой потерей.
— Шоу? — голос Айрис вырывает меня из размышлений.
— Да?
— Идешь с нами?
— А куда вы?
— Говорю же, не слушала, — произносит Майки и хлопает меня по плечу.
— Идем пострелять. Так ты с нами?
— Да, — киваю, и втроем уже мы выходим из тренировочной и движемся в сторону крытого стрельбища.
Айрис и Майки идут чуть впереди меня, тихо обсуждая между собой что-то, а я смотрю в окно, когда мы проходим через почти полностью стеклянный коридор. Лес за пределами купола почти неподвижен, как будто и он прислушивается к нашим движениям. Ждет, чтобы напасть, хоть я и понимаю, что это нереально.
Коридор наполняет легким эхом шагов Айрис и Майки впереди. Их голоса становятся тише, и я понимаю, что отстала.
Взгляд еще на мгновение задерживается на деревьях, и через несколько секунд я нагоняю друга и девушку.
Глава 3
Вечером того же дня я заглядываю к Клариссе и детям, зная, что Ник наверняка задержится, в отличие от моего папы.
Если Ник предпочитал никогда не пропускать завтрак, то отец предпочитал не пропускать ужин. Парадокс.
Пару раз в неделю я присоединяюсь к ним, и, пожалуй, это одно из самых приятных времяпрепровождений в Авалоне. Ещё я немного скучаю по тем временам, когда папа был нашим инструктором-тренером, тогда мы с ним виделись чаще.
Я помогаю Клариссе накрыть на стол, аккуратно расставляя тарелки и приборы, пока от кухонной плиты доносится мягкий аромат тушёных овощей и запечённого мяса. Женщина что-то напевает себе под нос, её движения лёгкие, привычные, видно, что она давно освоила этот ритм.
За моей спиной раздаётся визг и звонкий смех. Эрика и Марк, как обычно, носятся по комнате, обгоняя друг друга, чуть не сбивая стулья.
Марк едва не врезается в дверной проём.
— Осторожнее, — говорит Кларисса, но в её голосе нет строгости, только усталое веселье.
— Мы просто играем! — выкрикивает Эрика, пытаясь увернуться от брата.
В этот же момент хлопает входная дверь, и вскоре на кухню проходит папа, который поочередно всех целует и спешит скрыться в комнате, чтобы переодеться. Он всё еще прихрамывает из-за тех ранений. Врачи не дают точных прогнозов, но я очень надеюсь, что он сможет полностью восстановиться физически.
Я замечаю следы усталости на лице папы, когда он возвращается уже в домашней одежде, а Кларисса говорит:
— Теперь можно садиться и за стол.
Эрика и Марк, хихикая, усаживаются на свои места. Марк всё ещё подрагивает ногой под столом, Эрика вертит ложку, пока Кларисса не кладёт руку ей на плечо, привлекая внимания.
Смотрю на женщину, и что-то внутри сжимается. Впервые за долгое время она выглядит по-настоящему спокойной. Кларисса снова улыбается. Не натянуто, не через силу, по-настоящему.
Она снова смеётся, подшучивает над отцом, поправляет выбившуюся прядь у Эрики и незаметно вытирает со стола то, что случайно пролил Марк.
Она нашла утешения. Как и Эрика с Марком, что тогда потеряли мать, которую убили из-за вируса…
Стоит только подумать об этом, как я понимаю, что ещё бы чуть-чуть, если бы меня тогда проверили, то… меня бы точно также застрелили. Сколько раз я была на грани смерти? Слишком много, чтобы помнить всё.
— Как прошел день, пап? — спрашиваю я, когда мы уже приступаем к еде. — Выглядишь усталым.
— Да… — протягивает отец, отправляя в рот кусочек помидора. Овощи удается спокойно выращивать в теплицах. — У нас перебои с подачей энергии в одном из южных секторов. Пришлось всё перезапускать вручную.
Не так давно Авалон разделили для удобства на