Моряк - Ларс Кеплер

Он подпевает, режет красный перец тонкими кольцами, смахивает их в кастрюлю и натирает немного лимонной цедры.

Мийна ходит по дому с бокалом в руке. В тёплом свете камина комната с телевизором будто покачивается. Пламя отражается в стеклянных дверях на веранду.

В окнах висят деревянные чайки.

Lana Del Rey поёт о сексе без надежды на любовь, о том, каково чувствовать себя американской шлюхой.

Ванная с душем за светло-голубой шторкой убрана и пахнет чистящим средством.

Мийна заходит в тёмную спальню.

Довольно широкая кровать застелена покрывалом и украшена синими подушками.

На тумбочке лежит книга Наоми Кляйн.

Мийна заглядывает в гардеробную и уже собирается закрыть дверь, когда замечает серебристое блестящее платье, втиснутое между его вещами.

Из-за музыки с кухни она не слышит, чем занят Сейлор.

Ставит бокал на тумбочку, возвращается к гардеробной, тянется внутрь и раздвигает вешалки — случайно опрокидывает стопку обувных коробок на пол.

Платье невероятное: тонкие бретели, глубокий вырез.

Мийна пытается привести одежду в порядок, но одна рубашка соскальзывает с вешалки.

Она опускается на колени, складывает коробки, и одна падает вперёд и открывается.

Около пятнадцати полароидных снимков рассыпаются по порогу и полу.

Один падает изображением вверх.

Женщина в ванне полностью погружена в воду. Светлые волосы расплылись вокруг головы.

Она совершенно голая, если не считать розового шифонового бюстгальтера, ставшего прозрачным от маслянистой воды.

Руки лежат вдоль тела, колени слегка согнуты, лодыжки скрещены.

Мийна тихо вскрикивает, поняв, что женщина мертва.

Губы белые, между ними размытая полоска бурой крови.

Кожа белая, как сахар, с тёмными облаками внутренних кровоизлияний.

Дрожащими руками Мийна сгребает фотографии обратно в коробку и случайно замечает ещё один снимок: много свежей крови на простыне, покрытая красными пятнами женщина, обмотанная колючей проволокой, распахнутые глаза, кричащий рот.

Она надевает крышку, складывает коробки, дышит быстро, прерывисто, возвращает рубашку на вешалку и пытается закрыть дверь гардеробной.

Что-то мешает. Она снова открывает и видит обувной мешок, упавший через порог. Пытается затолкать ногой, но всё равно приходится наклониться.

Мийна осторожно закрывает дверь, берёт бокал, быстро возвращается в гостиную и садится на диван как раз в тот момент, когда Сейлор выходит из кухни и вопросительно улыбается.

— Еда будет готова через десять минут, — говорит он и пристально смотрит на неё.

— Отлично, — улыбается она и с трудом сглатывает.

Её тошнит, хочется только домой. Она пытается осмыслить увиденное в шкафу, найти объяснение тому, зачем ему фотографии мёртвых женщин.

Она удалила аккаунт на My Date и никому не сказала, куда сегодня поехала.

— Уже осмотрела дом? — спрашивает он со странной улыбкой.

— Да… заглянула в спальню. Там очень красиво… кровать застелена и…

— Ты совсем не притронулась к вину, — серьёзно говорит он.

— Я не привыкла к алкоголю.

— Нет, — говорит он и медленно скользит взглядом по её телу.

— Но вино вкусное, — говорит Мийна, заставляя себя улыбнуться. — Хотела бы я быть такой искушённой и разбираться в винах…

Она умолкает, когда он поворачивается спиной, уходит в прихожую, надевает сапоги и выходит из дома.

Снаружи слышны тяжёлые удары, натужное кряхтение. Что-то большое валится на траву, следом раздаётся глухой металлический звук, будто от пустой бочки.

Потом он появляется прямо за стеклянными дверями. Просто стоит, прижав кончик носа к стеклу, и смотрит на неё.

Сердце Мийны бьётся быстро и тяжело.

Она встаёт, дрожащей рукой вытаскивает телефон из заднего кармана, чтобы вызвать Uber, когда Сейлор распахивает двери и ревёт, как дикий зверь.

Пять подразделений национальной полицейской кинологической службы и этой ночью работают в надежде задержать серийного убийцу. Они патрулируют центр города, ожидая сообщения об угнанной машине возле какой-нибудь зелёной зоны.

Прошлой ночью было четыре выезда и два задержания — но не того человека, которого искали.

Если убийца следует прежнему временному ритму, по сути, у него осталась лишь эта ночь, чтобы оставить мёртвую русалку в парке.

После полицейской академии Габриэль четыре года работал обычным полицейским, а затем пошёл учиться на кинолога.

В клетке в багажном отделении универсала дремлет Эмма, жизнерадостная шестилетняя овчарка.

Немного за три часа ночи. Кто-то ещё веселится, но ночная жизнь уже в основном стихает.

После развода Габриэль живёт у матери в Соллентуне: квартира в Мидсоммаркрансен Диане нужнее. На следующей неделе Винсент будет у него с бабушкой. Диана ходит на свидания лишь тогда, когда сын не с ней. Всё вышло очень плохо, когда Габриэль попытался уговорить её сделать перерыв в Tinder.

Он едет вдоль Васапаркен, по Уденгатан, сворачивает на север на Свеавэген и медленно движется вдоль Ванадислунден, когда приходит вызов.

Недавно угнанная машина стоит на окраине Беллевюпаркен.

Ехать не больше четырёх минут.

Габриэль ускоряется к Рослагстуллю и выезжает на велодорожку вдоль края парка, чтобы при левом повороте не мешало разделительное ограждение.

Шины гудят, под машиной барабанит разлетающийся гравий.

Он сбрасывает скорость и едет по Бруннсвиксвэген мимо яхт-клуба.

В сумраке возле небольшого общественного сада бесшумно стоят две полицейские машины. Угнанный Volvo задним ходом заехал на несколько метров на пешеходную дорожку.

Габриэль останавливается, выходит, выпускает Эмму и здоровается с четырьмя коллегами. На всех бронежилеты, табельное оружие в руках.

Каждый знает, что делать.

Габриэль даёт Эмме обнюхать ручку водительской двери и землю под ней. Собака радостно виляет хвостом, а на команду «ищи» сразу бросается вверх по склону, прижав нос к земле.

Овчарка ведёт пятерых мужчин в тёмный парк.

Сначала идёт по дорожке, но примерно через сто метров сворачивает и быстро поднимается между лиственными деревьями.

Габриэлю кажется, что в траве виден след волочения, и пульс начинает биться в горле.

Молча они спешат вверх, к площадке на самой высокой точке парка, где стоят скамьи, столы и мангал.

На поляне кто-то есть.

Габриэль останавливает Эмму, опускается на колено и прижимает её голову к груди.

Патруль бесшумно разделяется, затем вспыхивают два мощных фонаря.

Картина на поляне обрушивается на них во всех подробностях.

Перед столом спиной к ним неподвижно стоит мужчина.

Вместо скатерти стол застелен окровавленной простынёй. На ней лежит обнажённая женщина, тело неестественно изогнуто под мучительным углом.

Словно она застыла в самом мучительном мгновении предсмертной борьбы.

Руки, шея и грудь покрыты синяками.

Нижняя половина тела туго обмотана колючей проволокой и блестит от тёмной крови.

Мужчина перед столом не двигается в резком свете.

— Полиция! Покажите руки!

Он не реагирует сразу, и один из полицейских делает предупредительный