Проклятье Черной Мадонны - Екатерина Владимировна Новак

Мишель мутило. Она сама не понимала, что это было. Ей действительно снова привиделся лик Черной Мадонны, как тогда, в детстве. На девушку накатила сильная усталость. Она уже чувствовала ее в кабинете Аккардо. Но сейчас ей было в разы, в миллионы раз хуже. «Может, и в самом деле хватит, — подумала она, — так недолго и вправду сойти с ума!» Завтра же она купит билет в Англию. Хватит с нее детективных игр. Шутки ли?! Снайпер! Может, он охранял Мадонну? Может, она, правда, там? Нет! Все, она больше об этом не думает!

Мишель была серьезно напугана, в том числе, и из-за своего психического здоровья. Пора прислушаться к Паоло! Он все это время был прав!

Моретти, понимая, что сопротивления со стороны кузины больше нет, с облегчением повел лодку обратно к пристани. Они осторожно, прячась сначала за кормой яхты, а потом и за деревьями, пробрались в поместье. Велика была вероятность, что стрелок до сих пор бродит в окрестностях и подстерегает их, но все обошлось.

Оказавшись в гостиной своего дома, Паоло наглухо закрыл все двери, попросил прислугу тщательно следить за всем, что происходит вокруг, а сам налил девушкам крепкого сладкого вина и принес Мишель одеяло. Саша сидела молча, прокручивая в голове все, что произошло. Неотступно блуждала мысль: «Кому это выгодно? Кому это выгодно?» Она смотрела на трясущуюся от страха подругу и понимала, что та больше не захочет лезть в это дело. Даже самые смелые люди когда-нибудь отступают. И стрельба, и потеря сознания в воде, несомненно, сказались на ее упрямой итальянской подруге. Саша снова задумалась — кто-то пытался остановить поиски Мишель. Покровская не верила, что Мадонна в воде, это было невозможно. Но она знала — стреляли не на убой, стреляли, чтобы припугнуть. Так кому это было выгодно? Покровская взглянула на Паоло. Он не казался ей таким уж испуганным. Может, просто он мужчина? Может, поэтому? Или был какой-то другой повод, почему он так спокоен?

Тем временем, кузен Мишель позвонил Сабантини и рассказал ему о происшествии. Потом он оповестил о случившемся родителей Ринальди, и они пообещали скоро приехать. Несмотря на то, что стояла глухая ночь, на вилле Моретти всем было не до сна. Сразу после приезда Санто и Натальи появился полицейский и несколько его соратников. Сабантини доложил, что в окрестностях не найдено никого с огнестрельным оружием.

— Если бы вы позвонили раньше, — всерьез печалился молодой человек.

Паоло сквозь зубы процедил что-то вроде: «Не до того было, спасал кузину». Сабантини исподлобья посмотрел на него. Либо Саше показалось, либо полицейский не доверял ему. От этого девушке сделалось еще неприятнее.

— Синьорина Ринальди. — Полицейский видел, в каком Мишель состоянии, но решил продолжить: — Возможно, сейчас не время. Но у меня есть для вас и хорошая новость.

Миша, стуча зубами, с осторожностью посмотрела на него. Хорошие новости в последнее время были на вес золота.

— Ваше наследство найдено, — сказал он без предисловий.

Миша даже подпрыгнула на месте. А Наталья охнула, схватилась за сердце и прислонилась к стене.

— Да, да, синьора Ринальди! — Сабантини посмотрел на женщину. — Мы получили ордер на осмотр вашего сейфа и как раз сегодня вечером провели его.

— Мама, я не понимаю…

Мишель переводила затравленный взгляд с матери на Сабантини и обратно. Саша застонала. Она встала с дивана, на котором сидела все это время, и прикрыла ладонью рот, чтобы не издать лишних ненужных сейчас звуков. Полицейский достал из-за пазухи плоский предмет в тряпице и развернул ее. И присутствующие, наконец, воочию увидали блеск драгоценных камней на иконе, которую все так долго искали.

— Синьора, вы сами признаетесь, или мне озвучить? — спросил Сабантини, но увидел, что Наталья не в силах вымолвить и слова, снова продолжил: — Мишель, все это время семейная реликвия хранилась в банковской ячейке вашей матери.

Он подошел к младшей Ринальди и передал ей предмет. Мишель машинально приняла его. У нее даже не было сил подняться, она лишь прошептала срывающимся голосом:

— Мама… мама… так это была ты? Как ты могла?!

— Дочка… прости меня. Я прошу тебя, прости, — залилась слезами Наталья.

А Саша разозлилась на Сабантини. Неужели он не мог подождать? Неужели надо было именно сейчас все это раскрыть и разворошить осиное гнездо? Он же видел, как расстроена Мишель. Зачем надо было делать это?!

Старшая Ринальди подошла к дочери и присела на краешек дивана у ее ног. Мишель тут же подобрала их, словно не хотела к ней прикасаться.

— Миша, милая, — просила Наталья, — когда я пришла в кабинет Элоис, Франческа уже была мертва. Рядом с ней лежала эта чертова Мадонна. Как только я поняла, что теперь она перейдет к тебе, я запаниковала. Я не могла этого допустить! Ты так близко принимала к сердцу эту историю, что, забыв обо всем, принялась бы ее защищать. Я не хотела тебе такой жизни. Только поэтому, поняв, что Франческе не помочь, я забрала икону и спрятала ее в своей комнате. Потом вернулась, хотела позвать прислугу и остальных, но пришла горничная… и дальше все так завертелось. Я в тот же день увезла икону в банк и спрятала ее там в надежде на то, что ты поищешь и забудешь о ней.

Наталья опустила голову. Мишель встала с дивана и бездумно положила икону на тумбочку, словно и не разыскивала ее все это время.

— Сабантини, — глухо сказала девушка, — я отзываю иск. В своей семье мы разберемся сами. Завтра я приеду, чтобы подписать документы.

Полицейский кивнул. Саша все еще стояла, не шелохнувшись. Ей не верилось, что все это происходит. Она обернулась, ища глазами Паоло. На секунду девушке стало стыдно за свои подозрения. Но потом в ее голове снова мелькнула мысль: «А кому это было выгодно?» Саша вздрогнула. Она посмотрела туда, где до этого, прислонившись к стене и прикрыв глаза, стоял Моретти, и не нашла его. Покровская бросила поспешный взгляд на тумбочку, куда Мишель положила Черную Мадонну и вскрикнула:

— Икона!

Покровская краем глаза заметила движение у входной двери и перешла на шепот:

— Паоло, нет, пожалуйста, Паоло!

Она кинулась вслед за убегающим из