Проклятье Черной Мадонны - Екатерина Владимировна Новак

— О том, что мы подозреваем Марко, знал только Паоло. К Марко залез он. Не знаю, сделал он это ради меня или по каким-то другим причинам, но я в этом уверена.

— Миша, не говори этого больше. Ты не права, — не хотела соглашаться с подругой Саша.

— Хорошо, — даже слишком быстро ответила Ринальди, — по крайней мере, теперь мы точно знаем, что икона не у Марко. Иначе ее бы нашли.

— Он может держать ее в другом месте, — предположила Саша.

— Будем проверять эту версию, если дело с юристом не выгорит. К нему я пойду сама. На тебе Паоло. Попробуй у него хоть что-то разузнать. Возможно, тебе он признается. И… Алекса… ни слова про Аккардо.

Саша кивнула. Ей было горько. Так не хотелось подозревать человека, за которого она собралась замуж. И ладно, если он действительно сделал это ради Мишель. А вдруг нет? Вдруг сам хотел найти Черную Мадонну, чтобы сбыть ее с рук? Что, если у него договоренность с самим ди Конте? Не зря же они названивают друг другу и до сих пор общаются! Если это так, то прощения ему нет! Получается, что он не только не уважает заветы матери, так еще и решил обокрасть сестру! Нет, Саша не хотела в это верить. Паоло не мог! Покровская не желала даже думать об этом.

Мишель подкинула подругу к поместью Моретти. Саша напоследок попросила ее быть аккуратней с Аккардо.

— Не навороти дел. Задавай наводящие вопросы, а не в лоб, как это было с горничной.

— Не учи ученого, — разозлилась Ринальди и, крикнув подруге: «Чао!», уехала в сторону Рима.

Мишель, как и Саша, вовсе не хотелось подозревать Паоло. Он был единственным близким человеком в ее семье, кроме родителей. Однако она не могла быть в нем уверена. Последние годы Ринальди жила в Англии и слишком редко созванивалась и тем более виделась с Моретти. Паоло за это время мог свернуть на любую дорожку, и Мишель об этом бы даже не узнала. Девушка не заметила, как стала приписывать кузену столько смертных грехов, сколько ни один из людей не готов бы был принять на себя: от продажи наркотиков до убийства.

— Так, ну все, хватит, — остановила себя Мишель.

Девушка посмотрела в зеркало и сказала:

— Паоло хороший. К Марко мог залезть кто угодно. Скорее всего, кто-то просто идет по нашему следу.

Эта мысль ее успокоила. И она решила позвонить Саше, чтобы рассказать ей об этом и попросить ни о чем не спрашивать Паоло. Не хватало еще, чтобы подруга поссорилась с кузеном из-за ее глупости. Покровская не брала трубку. Ринальди вздохнула и убрала телефон. Она надеялась, что девушка и сама придет к такому же выводу. Не зря же Мишель выбрала ее из всех других. Она умная. Она не должна сглупить.

Итальянка застряла в пробке на подступах к Риму. Это злило ее еще больше, чем собственные мысли. Она открыла окно и обругивала всех, кто хоть сколько-нибудь задерживал ее движение. Мишель боялась, что не успеет к концу рабочего дня синьора Аккардо, поэтому, как только нашла в навигаторе объездной путь, рванула туда. Спустя полчаса, взволнованная, но довольная, она входила в здание, где работал юрист. Тот удивился ее неожиданному появлению, но с удовольствием принял, отложив все свои дела.

— Чем могу вам помочь, Мишелле? — спросил он, поправляя на носу очки в роговой оправе.

Девушка, естественно, хотела начать с обвинений. Ее итальянский норов желал получить ответы здесь и сейчас. Но Ринальди остановилась, взывая к своим русским корням.

— Синьор Аккардо, — заставила себя улыбнуться Миша. — Я пришла с вами посоветоваться.

— Я весь внимание.

— В общем… — Девушка с трудом подбирала слова. — Так вышло… Черная Мадонна… она пропала.

Мишель внимательно следила за лицом человека, которого уже считала вором. Юрист медленно и совершенно не наигранно крякнул. Он снял очки, протер их, надел обратно и заелозил на стуле.

— Святая Мария! Святая Мария! Мишелле, вы обратились в полицию? Это просто невозможно! Когда вы это обнаружили?

Ринальди вздохнула. Ей было все понятно: юрист икону не крал. Но, тем не менее, девушка решила спросить:

— Не посчитайте меня заносчивой или плохой, но я должна уточнить, просто обязана. Что вы делали той ночью, когда умерла Франческа?

Аккардо снова крякнул, и на его добродушном лице появилось раздражение.

— Мишель! Что я слышу? Ты что же, подозреваешь меня?

— Ну что вы, — поторопилась Миша, — нет, конечно! Но во избежание проблем… понимаете, я же обратилась в полицию. Не хочу, чтобы они вас допрашивали. Но я должна знать точно! Просто чтобы предупредить недоразумение, — слукавила девушка.

— В день до смерти вашей кузины Франчески Моретти я задержался на работе до позднего вечера. Это могут доказать видео с камер наблюдения в нашем офисе. Далее я поехал домой и в полночь уже лежал в своей постели. Это может подтвердить вам моя жена и камеры у моего дома, — отчеканил Аккардо.

— Помните все так четко? — засомневалась Мишель.

— Я юрист, девочка моя, и это моя работа — помнить детали. И мне очень неприятно, что ты могла подумать, будто я…

— Ох, синьор Аккардо! — взмолилась Мишель. — Я уже не знаю, что и думать!

На глаза девушки навернулись слезы. Она вдруг поняла, что безмерно устала. И все ради чего? Ради каких-то воров, которые начнут… возможно, начнут умирать, как гласит старая легенда.

Юрист вскочил на ноги и отправился в туалетную комнату за салфетками. Принес их и протянул девушке. Он уверил Мишель, что искренне сочувствует и сопереживает племяннице женщины, на которую верой и правдой работал столько лет. И Ринальди ему поверила. А от того, что она подумала на него, слезы полились еще сильнее, и она никак не могла их остановить.

Пока девушка всхлипывала и причитала, Аккардо задумчиво сидел