Госпожа Шим это убийца - КАН ДЖИЁН

Я тоже тихо ахнула, глядя на это по телевизору. Восхищаясь тем, что мир полон невероятных вещей, я вместе с тем почувствовала лёгкое сомнение: а было ли это реальным? Может, шаман носил чулки из особого материала? Может, всё это было результатом умелого монтажа? Или, может, все зрители в толпе на самом деле были родственниками шамана? В этом мире редко кому можно доверять.

В конце концов, разве я сама не мошенница?

Я не собиралась становиться шарлатанкой-шаманкой с самого начала. Когда-то, если быть точной, я была генеральным директором. Около десяти лет назад, когда я управляла крошечным табачным магазинчиком — всего шесть с половиной квадратных метров, доставшийся мне от матери, — я начала читать книги вроде «Принципов саджу» и «Секретов небес», чтобы скоротать время. Честно говоря, отчасти это было связано с моей тревогой по поводу того, что я, возможно, никогда не выйду замуж и никогда не попаду в семейный реестр. Вместо того чтобы тратить дни на походы к гадалкам, я решила, что лучше сделать что-то полезное со своей жизнью. Оказалось, это довольно интересно, и скучные часы в табачной лавке пролетали незаметно. Примерно тогда же один из постоянных клиентов, господин Пак, зашёл ко мне, пьяный в стельку.

Он шатаясь вошёл в тесный магазин и сел на низкий красный пластиковый табурет рядом со мной. «Нуна», — пробормотал он. «Похоже, такое понятие, как судьба, действительно существует».

«Что-то вас беспокоит?» — спросила я.

«Сегодня меня уволили с восьмой работы. За пять лет после дембеля я ни разу не получал пособие по безработице. Это не потому, что я ленивый. Я был послушной собакой: никогда не опаздывал, всегда был готов работать сверхурочно. И вот — зарплату задерживают на пару месяцев и говорят, что нужно сократить штат. Какая разница, лоялен ты или нет? Это моя судьба. Я просто хочу продержаться больше года хотя бы на одной работе».

От господина Пака пахло гнилой хурмой.

«Вы знаете свою дату и время рождения?»

Его покрасневшие глаза сузились от подозрения. «Почему вы спрашиваете?»

«Раз вы постоянно жалуетесь на судьбу, давайте посмотрю, смогу ли я её прочесть».

Он назвал дату и время рождения.

«Судя по вашей судьбе, сейчас вы переживаете сложный период. Финансовая удача придёт в возрасте от тридцати пяти до сорока пяти лет, но ближайшие четыре-пять лет придётся бороться. Ваш тип склонен цепляться за деньги, понимаете. Но это не значит, что вы разбогатеете от жадности. Даже не думайте открывать своё дело — сосредоточьтесь на учёбе. У вас сильный «бигеоп» в судьбе, а значит, вы сообразительны. Что бы вы ни делали, всё получится, если будете настойчивы».

Господин Пак смотрел на меня, широко раскрыв глаза.

«Моя учёба… Я как раз думал, не стоит ли мне сдать государственный экзамен, пока я не стал слишком стар. Теперь я определённо склоняюсь к этому».

Он купил сигареты и ушёл. Как оказалось, на следующий год он сдал экзамен на девятый разряд госслужбы.

С тех пор все местные тётки стали толпиться в моём табачном магазинчике. Постоянный поток посетителей спрашивал о разном: о сыне, который в третий раз сдаёт вступительный экзамен; о десяти миллионах вон, которые у них украли; о том, когда умрёт тесть, перенёсший инсульт. Поскольку дамы вечно толпились в магазине, их сыновья и мужья естественно старались держаться подальше.

Что мужчины хотели бы слышать от этих назойливых разговоров? «Я думала, ты бросишь курить». Или: «Киджун, ты, чёрт побери, воняешь сигаретами». Когда мои постоянные клиенты начали ходить в магазин через дорогу, я решила брать плату за гадания. Мама, которая проводила дни, делая ставки по сто вон в хвату в центре для пожилых, почувствовала, что деньги потекли, и явилась с банкой витаминов Aronamin Gold, переделанной в кассу. Я гадала за пять тысяч вон, а за каждого дополнительного человека в раскладе брала ещё три тысячи. Как только пошёл слух, что мы также предлагаем бесплатную чашку дешёвого кофе, приготовленного мамой, клиенты из соседних районов стали подтягиваться.

Сначала я гадала так, как училась, хоть и неуклюже. Но вскоре поняла: клиентам не нужны гадания, полные бессмысленных слов вроде «мён-гван-гва-ма» или «тук-би-и-джэ». Секрет успеха оказался в моей прямоте, которая позволяла схватить эту ужасную «жизнь» за рога и бороться с ней вместе. И мама очень помогала.

Когда приходили клиенты, мама опускала голову, делая вид, что варит кофе рядом со мной, и при этом подавала мне условные знаки. Я украдкой смотрела на её отражение в зеркале перед собой. Например, глаза были кодом для мужей, нос указывал на детей, а губы означали артрит. Если мама щурила оба глаза — муж клиентки изменял; если щурилась одним — муж терял мужскую силу и не справлялся с обязанностями. Мама собирала эту информацию от других пожилых людей, которые почти каждый день посещали центр для пожилых и общественные бани, чтобы сплетничать о невестках. Как оказалось, большинство сплетен было правдой.

Конечно, стопроцентной гарантии не было: некоторые пожилые люди с лёгкой деменцией иногда разглашали ложную информацию. Но даже если детали были неточными, паниковать не стоило. Я всегда могла списать это на то, что я всего лишь любительница, чья основная работа — торговля сигаретами. Если кто-то начинал ссору, я просто возвращалась к продаже сигарет, и всё.

Примерно год прошёл так, и я заработала довольно много. Без всякой рекламы я стала известна как «Сигаретная шаманка», и всё больше клиентов из отдалённых городов находили меня по сарафанному радио. Как только я накопила достаточно, продала табачную лавку в пригороде и нашла офис в центре города, чтобы всерьёз заняться бизнесом предсказаний. Так я превратилась из любительницы в профессионалку. Однако по-прежнему оставалась полной и абсолютной шарлатанкой. Просто человек, поверхностно изучивший гадание и унаследовавший от матери довольно острый ум — ту самую, которую так часто назначали старшей по району, что я сбилась со счёта. Я не была настоящей шаманкой, получившей это звание после одержимости духом или ритуального посвящения. На самом деле я ни разу не называла себя шаманкой. Это просто то, во что верили другие люди и как они решили меня называть. Я лишь добавляла немного блеска и эффектности своим действиям, одежде и макияжу, чтобы соответствовать их ожиданиям, — это было самое малое, что я могла сделать в благодарность за их поддержку.

Поэтому, когда госпожа Ким предложила мне сто миллионов вон за ритуал для сына, пересдававшего вступительные экзамены, у меня не хватило духу отказаться. По воле судьбы, депозит, который я собиралась