Смертельные ловушки - Кэй Клевер Стрэхен
– Мистер Лаки, оставьте его на месте. Я займусь им. Если сможете, выведите всех отсюда. Быстрее, пока не появился доктор.
Мистер Лаки выпрямился и ощупал свой задний карман. Пистолет был на месте. Но все-таки под тем абажуром скрывался еще один пистолет. Он заметил его, пока слушал Джастина. Дуэль…
– Быстрее, – настойчиво прошептал Джастин. – Я избавлюсь от него. Выведите всех отсюда и попытайтесь успокоить Боба…
Боб сидел в большом кресле у стола. Ив пыталась обнимать его своими длинными бледными руками, но он снимал их с себя и отталкивал. Рода и Саллиэнн Вирнег, обнявшись, стояли у Боба за спиной. Судья Декстер сидел на низком табурете; его рот был приоткрыт, словно подбородок не выдержал тяжести остроконечной седой бородки. За ним стояли Тесси и кухарка миссис Монохен с таким выражением, словно надеялись на что-то ещё, может быть скучное, но может быть и весьма захватывающее.
Из всей группы только Рода была склонна к уступкам. Мистер Лаки обнял её за плечи; его пальцы дотянулись до плеча Саллиэнн.
– Девочки, пойдем, – поторопил он их. – Она хочет, чтобы мы вышли. Мы только мешаем. Мы выйдем, а остальные последуют за нами.
Он надеялся, что его голос звучит не слишком комично; он не хотел бы выглядеть так. Изумленные Рода и Саллиэнн вышли с ним. Судья Декстер закрыл свой рот, встал с табурета и пошел за ними. Саллиэнн резко скомандовала служанкам, и те зашептались, а затем угрюмо развернулись и направились к двери в задней части комнаты.
– Я не уйду, – сказала Ив, опустившись на колени возле Боба. Джастин остался стоять у лежавшего на полу яркого шёлкового абажура.
Мистер Фисби сжимал дверную ручку, стоя в коридоре. Какой-то щенок жалобно скулил.
– Фисби, присмотрите за животными, – попросил мистер Лаки. – Я лучше подежурю у двери. А вы со всеми пройдите в другую комнату.
Мистер Лаки облегченно вздохнул, увидев, что Фисби вместе со всеми направился в гостиную.
– Уже? … – подбежав к мистеру Лаки, прошептала Ив.
– Ещё нет. Подождите здесь доктора.
– Хорошо. Поторопитесь. Идите.
Он выскользнул за дверь – в неожиданно ярко освещённый двор. Конечно, это из-за лампочки на крыльце. Лаки сбежал вниз и обежал дом по цементированной дорожке. Туман заполнил его горло и легкие. Откашливаясь, он думал: «Да меня за милю слышно. Отличное положение для человека в моем возрасте – бегать по двору с пистолетом». Он остановился и прислушался к шуму автомобильного мотора. Сквозь туман пробивались расширяющиеся круги от света фар. Лаки надеялся, что это доктор. Лучше побыстрее выбросить это проклятое оружие. Будет ужасно, если он попадет в доктора! Он вынул сверток из кармана. Осторожно, отпечатки пальцев. И нужно не выбросить платок вместе с пистолетом. Обернув угол платка вокруг мизинца, мистер Лаки широким жестом отшвырнул револьвер. «Отлично получилось», – подумал он и, кашляя, поспешил обратно на крыльцо.
Ив открыла дверь. Он утвердительно кивнул ей.
– Где платок? – спросила она.
Мистер Лаки ощупывал карман.
Ив снова отворила дверь, и вошёл доктор Норт, строгий, худощавый, слегка выцветший, клочки тумана налипли на его светло-рыжие усы.
– Где раненый? – спросил он. – Туман просто невыносим. Из-за него пришлось передвигаться черепашьим шагом.
Доктор последовал за Ив на террасу.
– Там собственной руки не разглядеть. Туман можно ножом резать, – пробормотал мистер Лаки и продолжил проверять свои карманы.
Боб и Джастин, сопровождаемые Ив, вышли с террасы и через коридор прошли в гостиную. Мистер Лаки задумался, уносит ли Джастин с собой пистолет. Его не было заметно.
Ив, остановившись подле мистера Лаки, прошептала:
– Вы что, потеряли свой платок?
– Погодите, – ответил он, обшаривая последний карман, в котором оказалась связка ключей и два красивых камушка, которые он подобрал вчера. – Я был слегка выбит из колеи, когда приехал доктор. Я старался не выбросить платок и зашвырнул только пистолет, но должно быть, я обронил платок на пути обратно.
– Ох! Как раз то, чего я и ожидала!
– Делаешь из мухи слона, – возразил мистер Лаки. – Я же выходил встречать доктора, разве не так?
Про себя же он подумал: «Ложь. Конечно, ложь. И преступление. Преступление и ложь».
– Тогда выйдите опять. Никто не заметит. Ищите его.
– Ну уж нет. В этом тумане и простыню не найдёшь. Да и какая разница? Я вышел встречать доктора и обронил платок. Меня не в чем обвинить. Я не буду выходить тайком. Сейчас это может показаться странным.
– Ну… – начала Ив, оставив фразу повисшей в воздухе. – Тогда пойдем в гостиную и поговорим с Бобом. Может, он вас послушает.
– О чем мне с ним говорить? – спросил мистер Лаки. Ив остановилась в дверном проеме, ведущем на террасу.
«Преступление, – мистер Лаки продолжал уныло думать на пути в гостиную. – Преступление и ложь». Боб сидел в кресле у лампы. Саллиэнн и Джастин Вирнег стояли перед Бобом. Рода и судья были возле окна. В них ничто не изменилось. Все, что они могли делать, так это встать, сесть, лечь или ходить по комнате. Могло произойти преступление или трагедия (что, собственно, и случилось), но люди выглядели все так же, говорили теми же самыми голосами и все так же стояли, сидели, лежали или ходили. Преступление и трагедия могли произойти (и происходили), но всё, что люди могли – это выглядеть, как и раньше, говорить теми же голосами те же слова, стоять или сидеть, лежать или ходить.
– Он сказал, – произнёс Боб, выставив вперёд подбородок, – «Тебя за это повесят». Я же сказал: «Джералд, сначала ты умрешь».
– Нет, Боб, – умоляла Саллиэнн. – Не повторяй это снова. Больше так не говори. – Она схватила мистера Лаки за руку и потащила его вперед. – Поговорите с Бобом; образумьте его. Джастин, попробуй еще раз.
– Боб, послушай, – увещевал Джастин. – Дело плохо. Вбей это себе в голову. Конечно, ты можешь думать, что хочешь…
– А ты вбей это себе в голову, – парировал Боб. – Сегодня ночью я никуда не сбегу. И я не собираюсь брать ни твою машину, ни вообще какую-либо машину, ни денег на побег. Поскольку все вы убеждены, что я стрелял в Джералда, мы скажем, что это я сделал. Хорошо. Я не попытаюсь сбежать, тем самым признавая себя виновным. Я не знаю, в чем заключается ваша игра; но я – юрист, и мне кажется, что совет сбежать –чертовски странный…
– Но, Боб! –