Новый человек-невидимка - Джон Диксон Карр

– Его надо остановить!

– Что вы имеете в виду?!

– Если бежать напрямик через парк, вы его догоните. Но еще, не дай бог, упадете – тогда пиши пропало. Лучше по этой дорожке – она хоть и извилистая, но достаточно ровная… Чего вы ждете? Бегите же, Христа ради!

И сэр Генри Мерривейл первый бросился в погоню. Никогда еще он не мчался так, как мчался теперь; даже в погоне за чемоданом и удирая от змей в террариуме (был в его практике и такой случай)[64], он не бежал так быстро. С устрашающей гримасой на лице, пыхтя как паровоз, он выкрикивал указания Уэсту, который летел на всех парах бок о бок с ним.

– Когда Корди добежит до ворот, он кинется прямиком к Вдове-пересмешнице… – клокотал Г. М. – Попробуйте перехватить его до того, как он там окажется. Ясно?

– Да!

– Если он все-таки добежит до Вдовы…

– То что?

– …И станет взбираться на нее, вы должны остановить его, прежде чем он доберется до ее головы. То есть до глаз!

– До чего?

– До глаз! – И уже задыхаясь, Г. М. выкрикнул: – Я выбываю из гонки. Неситесь что есть мочи!

Потягаться с Уэстом в беге могли далеко не все. Топот его ног на какой-то момент заглушил шаги Корди, и Уэст не мог понять, где именно тот находится. Видимо… И тут Уэст уловил звук еще чьих-то бегущих ног. Между тем Корди с воплями мчался по центральной дорожке и уже обогнал Уэста. Тот не учел его физической подготовки: в конце концов, это был тот самый крепыш, что запросто балансировал на надгробных плитах и выделывал кульбиты получше профессиональных акробатов.

Дорожка свернула вбок, и Уэст как одержимый понесся вдоль низкой ограды парка к воротам. Футах в двадцати впереди себя он наконец увидел Корди, который пулей вылетел в открытые ворота.

– Стой, дурачина! Остановись! – Именно эти слова хотелось выкрикнуть Уэсту. Удалось ли ему это сделать, он и сам не мог вспомнить в дальнейшем.

В ярком сиянии луны он видел каждую деталь разворачивающейся перед ним сцены. Корди, как и предсказывал Г. М., по диагонали пересек Хай-стрит и устремился к пригорку, под которым простирался луг. В нескольких сотнях футов зловещей тенью вздымалась Вдова.

Опустив голову, Корди несся как угорелый – его волосы стояли торчком, словно ежовые иглы, заштопанное пальто развевалось, вельветовые штаны раздувались как паруса.

– А ну-ка догоните! – разносился по округе его пронзительный голос.

И тут за спиной Уэста и Корди один за другим раздались два выстрела.

Уэст знал, из какого револьвера они были сделаны, однако, не поворачивая головы, продолжал преследование, чувствуя только, как по его телу побежали горячие мурашки от мысли, что пули могли угодить в него самого. Корди рванул вперед, будто подталкиваемый чьей-то невидимой рукой. Через мгновение он оказался футах в трех от пригорка и… исчез из виду.

«Зацепили», – подумал Уэст, в ушах которого выстрелы все еще отдавались оглушительным эхом.

Однако он ошибся. Пули либо вообще не задели Корди, либо только слегка, и, скатившись с пригорка, тот ринулся через сырой луг, рассекая легкий туман, что поднимался ему до коленей, прямиком к Вдове-пересмешнице.

Уэст, слегка замедлив бег, прикинул, что стреляли, видимо, из-за низкой ограды парка или прямо от ворот. Затем он взлетел на пригорок и, стремясь наверстать время, бросился вниз, совершенно забыв, насколько этот пригорок высок. Скользнув каблуками по влажной глинистой почве, Уэст с глухим шлепком упал в буйную траву и на миг ощутил себя так, будто в его теле не осталось ни одной целой кости. Однако уже через секунду он вскочил и стремглав кинулся вслед за Фредом Корди. По мокрой траве тот бежал уже не так резво, и расстояние между ними сокращалось. Уэст был футах в пяти-шести позади Корди, когда последний оказался у подножия внушающего страх изваяния.

Вдова-пересмешница, на лике которой застыла коварная ухмылка, отбрасывала косую тень на Хай-стрит. Фред Корди стал взбираться на груду черных камней осторожно, но проворно, как обезьяна.

«Не успею!» – мелькнуло в голове у Уэста, который, скользя по валунам, подобрался к каменному колоссу, нащупывая, где бы за него ухватиться.

Он понимал, что, если не случится чуда, свою задачу он не выполнит и сноровистый Корди окажется наверху. Тем не менее Уэст лихорадочно шарил рукой по каменной поверхности, которая казалась совершенно гладкой, хотя на самом деле выступов и изломов тут было достаточно, чтобы забраться на самую верхушку.

Карабкаться вплотную за Корди было нельзя: один удар подбитого гвоздями сапога – и Уэст полетит вниз. Поэтому он передвинулся немного вбок и начал подъем.

Казалось, минула целая вечность, прежде чем он с горем пополам преодолел половину пути. Если человек никогда не занимался альпинизмом, то самое сложное для него – найти надежную опору для ног, нескользкую и прочную, чтобы не повиснуть в воздухе, отчаянно цепляясь за узенький уступ скалы и беспомощно мотая ногами.

Уэст больше полагался на руки, хватаясь за выступы камней и подтягивая тело вверх, что требовало немалых усилий. Между тем Вдова-пересмешница будто испытывала его на выносливость, вымещая на нем всю злобу, что копилась в ней более тысячи лет. Несколько раз, когда руки почти соскальзывали с опоры, тело Уэста содрогалось, ударяясь о каменную глыбу. При этом ему приходилось проявлять крайнюю осторожность, чтобы не стукнуться головой об очередной выступ.

В отчаянии Уэст подумал, что Корди уже, видимо, успел добраться до вершины – то есть до глаз Вдовы – и теперь спускается обратно. Покрепче ухватившись за каменный зубец, он стал потихоньку перемещаться к лицевой стороне изваяния, надеясь увидеть Корди.

И тут из-за выступа, меньше чем в десяти футах над ним, высунулась физиономия сапожника. Прильнув к каменной твердыне и без особых усилий сохраняя равновесие, тот смотрел на Уэста. Наполовину освещенное луной, бледное лицо Корди с неестественно заостренным носом напоминало физиономию лешего. Уэст уловил его свистящее дыхание. Стараясь, чтобы его собственное дыхание было ровным, он сказал:

– Фред! Вы узнаете меня? Это я, Гордон Уэст!

Корди осклабился, сверкнув зубами.

– А, мистер Уэст, – почти дружелюбно произнес он, – я узнал вас… А вы думали, не узнаю?

– Зачем же вы сюда забрались?

Корди ухмыльнулся:

– Все вам и скажи!

– Раз уж на то пошло, зачем мы оба сюда забрались? Спускайтесь вместе со мной, ладно? Я ведь вам друг – вы же знаете.

Корди задумался. Выражение безумия, мелькнувшее в его глазах, исчезло, уступив место хитринке.

– Против вас я ничего не имею, мистер Уэст. Да что там говорить – я даже испытываю к вам симпатию. – Корди взмахнул в темноте свободной правой рукой. – Поэтому я вам