Летний фарс - Долорес Медио
Как всегда, почти никто не слушает последних слов. Дети, соревнуясь в ловкости, устремляются по крутой лестнице.
Гонсалито кричит:
— А ну, кто первый! — И несется вниз, как на санках.
Другие бегут за ним, а родители, чтобы не упустить детей из виду, вынуждены последовать их примеру.
Донья Амалита шокирует общество своими шутками:
— Ах ты, ах ты!.. Куда пес, туда и хвост!.. Вон как дон Элеутерио скачет, ноги в руки… Беги, беги, а назад полезешь — запыхтишь, как паровоз! Дорого тебе обходится… Он ведь не за детьми бежит, мне ли не знать! Он бежит за свояченицей! Да, да, я зря не скажу. Я все вижу… прямо как рысь.
Донья Клара спрашивает:
— Простите, кто? Как вы сказали?
— Да рысь же, рысь. У нее глаза острые.
— Господи, что ж это!
— А вы не знали? Рысь, она видит то, чего еще нет.
— Вон что!.. Это я понимаю… Как пророк…
— Ладно, пускай пророк. Теперь говорят «рысь»: «Он видит, как рысь».
— Вон что… Ну что творится… Это тоже на Ватиканском соборе постановили?
— Да что вы! Какие соборы! Когда я маленькая была, так говорили, а с той поры сколько воды утекло… Свекровь моя любила про рысь ввернуть. Она, мол, как рысь, ее не обманешь!
Марсела, девушки из Наварры и парни с гитарами, с удовольствием слушавшие старушечий диалог, подходят поближе:
— Боитесь туда спуститься? А пляж какой красивый!
— Красивый-то он красивый. Пейзаж, не пляж!.. Истинно пейзаж… Вон какие камни, полосками… Хе-хе… Прямо футболка! Бывает же, господи! Да вот лестница длинная…
— Не бойтесь, Мали. Идемте… И вы, донья Кармен, донья Клара. А подниметесь потом, слева, по песчаному склону… вон там, по дороге к кемпингу…
Донья Амалита решительно толкает вперед богомолок:
— Пошли, девицы, чтоб не сказали ничего! Молодежный фронт уже внизу!
Донья Кармен и донья Клара ломаются и не идут.
— Ой, нет! Правда, Клара? Завтра у нас все будет болеть…
— Нет, Кармен, нет!.. Ступенек столько…
Донья Амалита презрительно пожимает плечами:
— Ай-ай-ай… Вам же хуже!.. Ну и старушенции! Я свои болячки строго держу, с места не тронутся. Да я и не знаю, где их место. Пошли, ребята! Вперед, молодежь! — И кидается вниз, вслед за детьми. — Совсем не страшно! По мне — чик-чирик! А там — хоть все мухи налетай!
Дети смеются. Марсела, как всегда любезная, пытается ей помочь:
— Ладно, ладно, обойдемся без мух, возьмите-ка меня под руку!.. Вы мне должны рассказать…
Донья Амалита отталкивает ее:
— Иди, Марсела! Не ровен час, свалишься… А я и одна умею спускаться. Мне только первые семьдесят стукнуло, я просто розочка!.. Так говорила моя свекровь, царство ей небесное, хотя уж ей-то до розы… Глядите, где аристократы идут!.. Ах, Флорита, Флорита!.. Веером — р-раз… Пошли утки в воду… Да, прибывает народ…
Народ прибывает — из кемпинга, из «Солнца и тени». Даже супруги Канталапьедра и донья Флорита с доньей Ньевес идут на пляж, не отказываются от купанья. А дон Ильдо с женой хотят пофотографировать. Для доньи Паскуалиты это истинное приключение.
— Ах ты, господи, как будто мы в другой мир попали! На луну!.. Когда детям расскажем… Ильдо, не снимешь меня на этой скале? Постой, постой, платок повяжу…
Дон Ильдебрандо ворчит на ходу:
— На скале, на скале… Разве это пейзаж? Ничего не видно… Надо найти простор.
Донья Паскуалита с трудом поспевает за шагающим по песку мужем:
— Простор?.. Детям нужно мать увидеть… да что там, конечно, я не пейзаж и не памятник.
— Ну, оставь! Не обижайся… Я тебя сниму на фоне лестницы. Прекрасное фото! Будет видно, как низко расположен пляж.
— Хорошо придумал… На фоне лестницы… Ах, господи, что за пляж! Погоди минутку, разуюсь… Ты меня сними в воде, у этих скал. Смотри, какие красивые. Дети удивятся…
Дон Ильдебрандо снимает жену и там, и сям. Он радуется, когда она просит того, чего он и сам хотел.
— Дай мне аппарат. Теперь тебя снимем… Разуйся, закатай брюки… Нет, лучше без пиджака. С короткими рукавами будет совсем по-летнему… Ты так загорел… Не там, не там! Ты стой в воде. Вот так. Папа в воде… Дети скажут: «А дедушка-то, дедушка!» Не двигайся, я ведь плохо снимаю… Вот, все! Теперь у лестницы…
— На фоне лестницы ты снялась. Не надо повторяться. Еще поснимаем на маяке.
— Да, да, конечно… на маяке… Какой он красивый… Всего хорошего!.. Смотри, Ильдо: донья Амалита, Марсела и еще молодежь…
Дон Ильдо и его жена идут у самой воды, предупредительно кивая знакомым:
— Всего хорошего… Желаем поразвлечься, повеселиться…
— Купайтесь, купайтесь, вода теплая…
Когда они удаляются, донья Мали говорит:
— Откуда ей знать, какая вода? Она же идет по берегу за доном Ильдебрандо… Вон как скачет за мужем, птичка-невеличка! Самочка за самцом…
— Они очень хорошие.
— Такие милые.
— А я ничего не говорю! По мне, и они, и Херонимо с женой…
Никто не узнал, что думает об этих супружеских парах донья Амалита, — она что-то увидела:
— Глядите, кто там идет!.. Одинокий Волк. Я так думаю, он от чего-то бегает.
— Донья Мали, донья Мали, не фантазируйте! Хуану Крисостомо не от чего бегать. Разве что от людей. Он любит гулять один. Как я… Как все, кто хочет уединиться.