Летний фарс - Долорес Медио

10. ДОН ИЛЬДЕБРАНДО РЕШИЛСЯ ОМОЧИТЬ НОГИ В МОРЕ

Солнце сопутствовало экскурсантам, направлявшимся на пляж Магдалена. Рано утром налетел дождик, оросил поля, прибил пыль на дороге. Гроза отгремела за горами; солнце, согревая утренний воздух, победно выступило из-за туч — не жаркое, а так, ласковое — и, в сговоре с морем, принялось золотить тела на песке.

Донья Ньевес и донья Флорита объединились с четою Канталапьедра и вспоминают при каждом всплеске воды те славные времена, когда здесь купался сам король. Донья Паскуалита решилась войти в воду, но у бережка, у самого бережка, только ноги омочить. Выходя на песок, она смеется и отряхивает намокший подол:

— О господи, как страшно! Меня чуть волна не утащила. Такая большая, накатила на меня…

Эрнесто с нежностью похлопывает ее по плечу:

— Ну, донья Паскуалита, разве это волна? Да и Гонсало вас в обиду не даст, ее прогонит. Ишь ты какая! И не стыдно? Нашу донью Паскуалиту хотела утащить!

Учительница благодарно смеется:

— Ах, Эрнесто, Эрнесто! Не потешайтесь над старушкой!.. Я никогда не купалась, как же мне не бояться? О господи! Вижу, волна на меня катит…

— Донья Паскуалита!

— Будет вам, Эрнесто, как тут не испугаться! Оставьте уж, мой милый, оставьте…

Младший Менендес выводит донью Паскуалиту на сушу, где ее поджидает муж, закативший брюки, но еще не омочивший ног. Гонсалито подводит к нему жену и говорит учтиво:

— Вот вам донья Паскуалита, цела и невредима, я ее в обиду не дал.

— Молодец, молодец! — Дон Ильдебрандо гладит его по голове. — Хороший мальчик! И храбрый, как я погляжу.

Гонсалито хватает его за руку.

— Хотите, я и с вами пойду? Вода теплая, вот увидите. Тут у берега волны маленькие, вы не бойтесь. Пошли, а? Немножко, только ноги намочите, как донья Паскуала. Вода теплая. Вы не бойтесь.

— Откуда ты взял, что я боюсь? — Дон Ильдебрандо смеется, не разжимая губ. — Нет… не в том дело. Я не боюсь. Вернее — не очень боюсь. По-твоему, если кто стар…

— Вы не старый. Смотрите, дон Хуан, и донья Мария Эухения, и сеньора с веером, они старше вас, а купаются. Вон как плавают!.. Лучше нас, ребят.

Эрнесто легонько подталкивает к воде дона Ильдебрандо:

— Смелей, смелей, дон Ильдо! Что люди скажут? На пляже был и даже ног не омочил!

Старый учитель смеется. Он доволен. Для него, как и для доньи Паскуалы, купанье — отважная, дерзкая затея, и он рад, что его подстрекают. Сам бы он не решился.

Подходят Эсперанса и Гонсало; она — в купальном костюме, он — в плавках.

— Гонсалито, с нами пойдешь или с доном Ильдо?

Дон Ильдебрандо учтиво кланяется:

— Ну и мальчик у вас! Поистине юный искуситель… Жену мою в море уволок, теперь взялся за меня…

Гонсалито не сдается:

— Идемте, идемте, дон Ильдо! Мы немножко… Папа, правда, можно в море ноги мочить?

— Конечно, конечно… Идемте, дон Ильдо, донья Паскуалита. Вода теплая, приятная…

Донья Паскуалита, ухватившись за Эсперансу, идет с ней к морю. Дон Ильдебрандо, поддавшись младшему Гонсало, тоже подходит к воде.

— Иди, дорогой, иди. Омочи хоть ноги. Вода теплая, приятная… так ведь, Эсперанса? Истинное наслаждение. Нет, я — у бережка, у самого бережка… Представьте себе, на меня накатила во-от такая волна, все платье промокло. И напугалась же я! Вы купайтесь, Эсперанса, купайтесь… А мы с Ильдо — у бережка… Иди сюда, Ильдо!..

Дон Ильдебрандо и донья Паскуала шлепают по воде у самого берега. Он вышагивает, как цапля, взметая брызги воды; она семенит, по-детски хихикая и попискивая, когда волна задевает ей подол.

Дон Ильдебрандо говорит:

— Завтра принесу аппарат, сниму тебя. Да, сниму… Фотографии детям пошлем.

— Да, да!.. Как хорошо… Папа и мама в воде бултыхаются, будто мальчишки… Что творится!

Гонсалито кричит им, собираясь нырнуть:

— Дон Ильдо! Донья Паскуалита! Идите сюда! Папа говорит, тут акул нету!

— Ах, что за мальчик! Идем, идем… — Старички смеются и кричат погромче: — Идем! Сейчас, сейчас! Приплывем к тебе!..

Но в воду не входят. Даже и не думают. Донья Паскуалита лопочет в полном восторге:

— Что творится! Поистине, молодеешь у моря!.. Какое прекрасное путешествие! Сказали бы нам в деревне, что мы будем жить у самого дворца! А пляж какой!.. Смотри-ка, Ильдо, вон дворец, в нем отдыхали король с королевой…

— Видел, видел. Надо будет снять. Художественной ценности в нем нет, историческая — есть. Снимем, пошлем детям фотографии.

— Внукам пошлем, дети тут были. Ты не помнишь? Они ведь ездили в Сантандер, когда Лита получила ту стипендию и провела две недели на стажировке в университете. Когда же это было? Постой, постой… Лет пятнадцать с лишним… Как время бежит! Лита нам газету прислала, там была ее фотография, она выступает на семинаре. И еще вроде бы ездили, ты не помнишь? А сейчас мы им напишем: «Шлют вам привет старички из королевской резиденции». Вот и мы путешествуем! Хорошо ты придумал… хи-хи… Нет, что творится! Ты хорошо придумал, правда, Ильдо? Хорошо… Радуемся вот… мы ведь радуемся, Ильдо? Ах, что за человек! И не ответит…

— Да, радуемся. Хорошо придумал.

— Завтра все поедут в Сардинеро на пляж, а мы с тобой останемся в Сантандере, я тебе удочку куплю, ты ведь это любишь… Будете каждый день удить с доном Хуаном. Такое приятное занятие.

Дон Ильдебрандо останавливается на минутку, поджидает отставшую жену.

— Вот именно, — говорит он, ласково похлопывая ее по щеке, — умница ты у меня!.. Будем вечерком ловить рыбу с доном Хуаном, очень достойный человек. Хороший человек, и рыболов хороший,