Кукла 9 - Мир

— Мы желаем, — взял слова я, раз сестра, раздумывает, как теперь жить, если нас все узнавать начнут, — чтобы вы обслужили этих граждан. — кивнул в сторону нашей парочки, стоящих с видом «Мы подвели вас, Господин!».

— А… — стала улыбка девочки-продавщицы немного неловкой, а у мальчика улыбка и вовсе совсем сползла. — сию минуту! Куда вы говорите вам вести мебель?

— Район охотничья пятерка, черная каменная плита, — как болван повторил наш человек, а его жёнка усиленно закивала головой.

— Хорошо, доставка будет…-посмотрела девка-продавщица на коллегу, что пожал плечами, и они оба нырнули под стойку, смотря данные на компьютере, и скорее всего, кого-то двигая в расписании. — сегодня с шести до восьми. — высунулась девочка обратно, продолжая глупо улыбаться.

— Хорошо. — продолжил изображать болвана наш болван.

— Оплата будет наличными, картой?

— Картой? — скорее спросил, чем ответил наш человек, посмотрев на нас, и я кивнул. — Оплата картой.

Девочка мельком бросила на нас взгляд, без улыбки, с видом, словно бы говорящим «А они то тут причем⁈», но тут же вновь натянула улыбающеюся маску. И подала терминал для оплаты человеку.

А я подошел, и пикнул по нему засиявшей карточкой, под офигивание магазинной публики — охотники оплачивают кому-то мебель⁈ Что происходит⁈ Они еще и мебелью кого-то обеспечивать будут⁈ Реально? А потом что… носки трусы народу⁈ — так и читалось на их лицах, а я посмотрел на сконфуженных наших работников.

— Вас там встретят, не волнуйтесь. Сопроводите машины доставки до места. Это возможно? — адресовал я вопрос уже девочкам-мальчикам за кассой.

— Конечно! — продолжили они улыбаться фальшивыми улыбками.

— Тогда до свидания. — обозначил я поклон кивком головы, то же сделала сестрица, соблюдая этикет, и мы благополучно свалили, уже уйдя на приличное расстояние, слушая начавшиеся перешептывания.

— Это что, правда они были?

— Я не сплю?

— Они кому-то мебель купили?

— А какую? Я тоже такую хочу!

— Вы с ними… воевали, вместе, да?

— Нет, они просто… наши хозяева.

До нашего камня мы добирались на метро, как и планировали. Время до встречи гостей-клиентов для брони, уже поджимало, так что выеживатся не стали, и особо хулиганить тоже. Так, малость самая — съехали в подземку по перилам эскалатора на попках! Ну это же ерунда, да? Нам правда сразу сказали, что штраф за такое пропишут, но как-то честно говоря все равно, на эти сто пятьдесят Юнь. Да, три кило колбаски, но… когда на счете почти четыре миллиона, это вызывает разве что улыбки.

И… нам стоило большого труда, не улыбаться строгой тетеньке контролеру, что нас отчитывала за безобразия. И угрожала штрафами! А окружающие нас люди, что образовали целый затор на спуске с эскалатора своими телами, улыбались не скрываясь. И именно из-за них, из-за этой скопившейся толпы и затора, нас решили поскорее отпустить, пока толпа не стала совсем уж безумно огромной для этого небольшого пяточка у спуска.

В вагоне поезда, куда мы заскочили, оставив на перроне половину толпы зевак, тоже как-то сразу стало весело. Вагон полон, куча народу! Но вокруг нас — зона отчуждения! Все столпились вокруг, стоят, глазеют, но держат дистанцию! Создавай круг свободного пространства вокруг наших тел, что смещается в сторону, если двигаемся и мы.

Само по себе, подобное явление вызывает чувство диковинного зверька в зоопарке, вокруг которого все столпились и глазеют, и боятся лишний раз шевелится, чтобы не спугнуть редкую диковинную умильную и пугливую зверушку. Ну или причина всего змея, что заползла в вагон к боящимся гадов людям, и те дрожат боятся, шугаясь от каждого шороха и чиха.

— Апь-чи!

Вот только глаза окруживших нас людей, не ведают страха-ужаса-паники, и даже умиления милому зверьку как-то особо не видать! Скорее… публика вокруг нас, полна почтением! А от того и держится эта дистанций, круг отчуждения — не хотят они вторгаться в нашу зону комфорта, прижимаясь телами к великим нам, как к простым работягам-обычным людям. Не хотят касаться небожителей своим недостоинством, боясь даже дышать где-то подле великих нас. Проявляют максимум уважения из возможного! Но в тоже время… не в силах отказать себе в удовольствии, полюбоваться спасителями и охотниками-пятерками редкого вида на столь короткой дистанции, в столь плотном контакте.

Потихоньку в вагоне становится еще больше и больше людей, вагон становится все более и более плотно набит, хотя зона пустоты вокруг занявших лавку маленьких нас, стала даже еще больше чем была. Пассажиры перебегают на станции с вагона в вагон, лишь бы протиснутся к нам! Ползет слух, прибавляются свежие люди… Учиняя давку, и толкучку где-то там, на входе. Кто-то уходит, покидая скученный вагон, но их меньше приходящих… и никто к нам лично, так и не подходит и не приближается. Все просто… пялятся! В наглую!

Привычно? Обычно? Не очень — охотники такое не любят! Но в тоже время мы необычные охотники — дети! И ведем себя не как все, и… реакция на нас тоже, как следствие, не совсем обычная, но в пределах нормы. Дистанция соблюдается, а значит — все в нормально. Наверное.

А потом что-то пошло в балет без антракта — какая-то особо смелая деваха, прорвавшись через максимально плотный строй толпы к нам поближе на максимально допустимое общественностью расстояние, попросила у нас автографа! Сунув вперед себя с поклоном «носом в пол» блокнот и ручку.

И наивная глупенькая сестричка, совершенно без какой-либо осмысленной мысли, нарисовала ей на этом предоставленном под нос блокноте кривым подчерком букву Ка, пихнув в чернила каплю магии, придав им люминесцентных свойств дня на два, после чего чернила мальца поблекнут, а бумага вокруг них мальца пожелтеет, словно бы на солнце выгорела.

И… началось! Вся толпа молча взирающих, вмиг ожила, и стала просить и выпрашивать, тоже черкануть им че-нибудь-куда-нибудь. А поскольку ручек, блокнотов, или чего-то подобного в наличии было далеко не у каждого, в дело пошло вообще все, чем и на чем только можно было бы писать.

Портфели, мелки, куски мыла… Такая банальность как кровь и острая шпилька вместо ручки! На подпись макнутой в ранку крови не хватило, но… Один мужик, вообще, поняв, что ему вот вообще не на чем накарябать автограф, и главное нечем — все доступные ручки, фломастеры и мелки, да и заколки тоже, уже разошли по просящим рукам —