Выживала. Том 6 - Arladaar

— Великолепные шахматы! — с восхищением сказал Женька. — Поди, несколько тысяч стоят!

— Они стоят намного дороже! — усмехнулся мужчина. — Это мой труд, можно сказать, всей жизни.

— Но ведь ими невозможно играть! — заявил Женька. — Будешь бояться попортить такую красоту.

— Почему же бояться? — удивился дед. — Они как раз и созданы для того, чтобы играть. Поверхность доски покрыта лаком, так же как фигурки. Вдобавок у фигурок есть войлочное основание. Кстати, ребята, если кто меня видит впервые, меня зовут Зиновий Григорьевич Михайлов. Потомственный столяр. Будем знакомы.

— А мы знаем, как вас зовут! — заявил Женька. — Такая информация была написана на табличке.

— Некрасов! Может быть, будешь себя прилично вести? — прервала Женьку Варя. — Только тебя одного слышно. Почему человека перебиваешь?

— Нет-нет, Варвара, пусть говорит молодой человек! — запротестовал Зиновий Григорьевич. — По всему видно, что молодой человек дружит с головой и очень наблюдательный. Я таких людей очень люблю. Ладно, ребята, давайте я вам сейчас покажу, что у меня здесь есть.

Потом Зиновий Григорьевич начал водить по своей квартире и показывать удивлённым школьникам своё творчество. Потом достал альбом, где показал фронтовые фотографии. Достал из шифоньера форму, которую привёз с фронта и которую иногда надевал, когда ходил на парад. В общем, тимуровская экскурсия получилась неплохой. Женька уже думал, что они совсем останутся без работы, однако Зиновий Григорьевич попросил сходить за хлебом и булочками.

— Я обычно сам за продуктами хожу, чтобы держать тело в нагрузке, — как будто извиняясь, сказал он. — Однако сегодня просто не хочется. Тем более вы пришли, надо же вам дать работу.

Женька с Наташкой взяли у ветерана деньги, авоську и пошли в ближайшую булочную, которая находилась в восьмом гастрономе. Купили там булку хлеба и 10 плюшек, как и говорил ветеран. А когда вернулись, оказалось, что плюшки-то предназначались именно для них, для школьников. Пока ходили, Зиновий Григорьевич вскипятил чайник, разлил чай по чашкам, налил в пиалки варенье из чёрной смородины. Пригласил к столу.

— Садитесь, дорогие мои! — улыбнулся ветеран. — Посидим, познакомимся, чай попьём. Люблю с молодёжью общаться. Вы — наше будущее! Ради вас на полях сражений бились с нечистью.

За горячим чаем ребята разговорились, и, по сути дела, поход за помощью к Зиновию Григорьевичу оказался сведён к экскурсии, интересным разговорам и чаепитию. Так ветеран ещё и отпускать не хотел!

— Да посидите вы ещё немного, сейчас я вам ещё кое-что расскажу! — попросил Зиновий Григорьевич.

— Простите, не можем! — смущённо сказала Варька и решительно встала из-за стола. — Нам ещё нужно на один адрес зайти.

— Зиновий Григорьевич, а вы приходите к нам в класс на 9 Мая! — неожиданно для себя сказал Женька. — Я думаю, наши ребята будут рады! На классный час! Расскажите про войну, про ваши подвиги.

— Да-да! Приходите, пожалуйста! — тут же подхватили почин ребята из Женькиной звёздочки.

— Ну, раз зовёте, значит, обязательно приду! — улыбнулся Зиновий Григорьевич и проводил ребят до двери. — Приходите ещё, дорогие мои, всегда жду.

Зиновий Григорьевич так и не сказал, есть ли у него жена, дети, внуки. По крайней мере, Женька не видел фотографий и портретов ни на стене, ни в фотоальбоме. Спрашивать было неловко. Вдруг погибли во время войны? Часто бывало и так…

Потом спустились из подъезда, вышли на улицу и отправились по другому адресу, где жила старушка без родни, по имени Евдокия Петровна. Вот здесь пришлось уже основательно поработать. Девчонки взялись мыть полы, так как старушка с трудом сгибалась. Потом помыли окна. Собрали бельё и унесли в прачечную. Старшие пацаны-пионеры сбегали в магазин за продуктами, потом девчонки почистили картошки, сварили суп, и только после этого, когда удостоверились, что всё нормально, отправились в школу.

— Какие же вы молодцы, тимуровцы! — с умилением сказала старушка, провожая ребят. — В следующий раз придёте, я вам пирогов испеку. Или, может, супчиком покормить? Голодные, поди.

— Нет, спасибо, бабушка Евдокия! — Варька посмотрела на свои маленькие часики «Чайка». — Нам уже в школу пора.

Женька заглянул Варьке за плечо, посмотрев на часы. Время! Проходили по адресам уже как раз примерно 2 часа.

Пионеры и октябрята распрощались со старушкой, оделись и вышли в подъезд, а потом на улицу.

— Ну что! Пойдёмте обратно в школу! — подмигнула Варька. — На сегодня с тимуровской работой хватит!

— Ура-ура-ура-ура! — запрыгали второклассники. — Наконец-то это закончилось. Кто последний, тот дурак!

Потом оболтусы с визгом и хохотом по проспекту Пионерскому припустили обратно к своей школе. Пионеры постояли-постояли, посмотрели друг на друга, пожали плечами, словно говоря, что «дуреть, так всем », и припустили вслед за ними. Самая последняя сопротивлялась общему баловному порыву Варька, строго посматривавшая вслед за своими подчинёнными, но и она в конце концов поддалась общественному делу и, махнув рукой, хихикнула и поскакала вслед за пацанами и девчонками…

Женька, конечно же, тоже участвовал в этом забеге, и, надо признаться, вполне успешно: пришёл первым! Стоя на крыльце школы, понял, что нисколько не запыхался, в то время как нагонявшие его одноклассники и пионеры из шестого класса уже тяжело дышали: километровка далась им с трудом.

Но главное не в этом. Женька сейчас понял смысл тимуровского движения. В его времени заботой о стариках занималась социальная служба. Как занималась — это вопрос другой. Сам он, когда учился в школе, в 1990-е годы, ни в каком тимуровском движении не участвовал, ни к каким старикам не ходил и, естественно, ничего об этом не знал. Конечно, читал книгу «Тимур и его команда», но так, мельком… Задавали в школе. Сейчас же воочию увидел, как это происходит в конце 1970-х годов. И какие же всё-таки колоритные личности попадаются среди ветеранов! А старушка! Сколько благодарности было в её глазах, когда в её одинокую жизнь приземлился десант из десяти детей. Это, наверное, было самое яркое событие в её жизни в последнее время. Так же как и для Женьки…

За неделю до 23 февраля наметился ещё один катарсис советской школьной действительности: учительница, Людмила Александровна, сказала, что в школе к празднику, Дню советской армии и военно-морского флота, будет проходить конкурс строя и песни

—