Красная метка - Арсений Либис

заднего прохода, и он вскоре тоже покинул этот мир. Ну вот наконец боги услышали его, прислали не просто женщину, да ещё такую красавицу. Ёси же несмотря на охвативший её ужас сейчас очень злилась на Ай, которая затащила сюда и бросила. И ещё обманывала, что бывала не раз на этом озере. А чудовище, рассказывая все эти жуткие истории, все тыкалось в пещерку девушки. Но нижние губы были плотно сомкнуты, огромный набалдашник жезла не мог проникнуть в столь узкую щель. Чудовище, пыталось снова и снова, пыхтело, ругалось. От стараний и суеты его корень даже немного обмяк. Но он наконец чуть раздвинул кривыми пальцами заветную щель, другой рукой уже собрался проникнуть внутрь, надорвать полог. Не так себе Ёси представляла свой первый раз. Она убрала руки от лица. В какой-то момент злость на подругу переросла в ярость. И в этом огне сгорели её страх и беспомощность. Ёси и раньше бывало входила в раж, если ей грозила опасность. Словно кто-то подменял хрупкую и скромную девушку разъяренной горной тигрицей. Перед её лицом была отвратительная голова водяного, а точнее его лысая, словно выстриженная, макушка. Ёси откинула голову назад и с размаху лицом ударила туда. Так сильно, что разбила нос до крови. Но чудовище от этого удара неожиданно закричало, отпрыгнуло назад. Оно бегало туда-сюда по берегу, вереща, держась руками за голову. Ёси вскочила, подобрала одежду и побежала прочь. Чудовище и не думало её преследовать, только кричало, будто от страшной боли и выкрикивало проклятия, одно страшней другого. Когда оно услышало, что её жертва бежит, крикнуло вслед, что слушало разговор девушек на берегу. И знает, что её зовут Ёси. И он, хозяин лесного озера, проклинает Ёси. Её и весь её род. И не только её род, а все роды людей, что живут в её городе. И самое главное, он проклинает то, что делает Ёси такой желанной.

Ёси долго плутала в поисках тропинки, что привела её к этому злосчастному озеру. Домой она вернулась только вечером, вся в царапинах, синяках, с разбитым носом и изорванной одежде. Мать, что уже подняла весь район на поиски, накинулась на неё со слезами и руганью. Но у Ёси уже не осталось сил даже извиняться или оправдываться. Она просто дошла до циновки и рухнула без сил, погрузившись в глубокий сон без сновидений. Что касается второй девушки, Ай, её так и не нашли. Хотя, согласно записям города Мо, которые я изучал, прежде чем написать эту книгу, некоторые охотники видели в лесу странного духа, который выглядел как прекрасная молодая девушка, совершенно нагая. Она подходила к людям, говоря, что заблудилась, но стоило кому-то подойти поближе, набрасывалась и тут же пожирала несчастного. Не берусь утверждать, была ли это в самом деле Ай, или какой-то другой неупокоенный дух, но похоже, что эта глупая и вероломная женщина получила по заслугам.

Наутро Ёси почувствовала себя плохо. У неё началась горячка. Она металась на циновке и выкрикивала не своим, страшным голосом ругань и проклятия. Испуганная мать позвала монаха, который слыл в округе заклинателем злых духов. Монах зажег треножник, принес жертвы домашним божкам и богам-покровителям города. Он наполнил комнату, где лежала Ёси, дымом благовоний и звуком особой колотушки, которая пугает духов, заставляет их метаться от ужаса. Но ответом монаху был только издевательский смех. Голос сказал ему, что жалкому смертному не победить её. Голос этот был низкий и грубый, совсем не такой, каким обладала маленькая изящная Ёси. Монах заметил, что лежащая девушка не открывала при этом рта. Значит, злой дух прятался не в груди и не во рту несчастной. Монах подкрался, резко сдернул покрывало с Ёси. Но голос замолк. Монах окликнул демона, и тот снова рассмеялся. Звук шел из живота девушки. Монах осторожно задрал халат Ёси и побледнел. Звук шел из заветной пещеры. При том нижние губы шевелились, словно рот, произносящий слова. Монаху ни разу не приходилось сталкиваться ни с чем подобным. Он наклонился, чтобы рассмотреть поближе говорящие врата любви. Они улыбнулись ему, если подобное можно применить к нижним губам. Иди ко мне, позвали губы, отведай такое наслаждение, какое не испытывал ни один смертный. Монах притворно согласился. Но прежде обмотал вокруг своего кожаного копья шелковую полоску ткани, на которой было выведено одно из самых могущественных заклинаний изгнания демонов. После он возлег рядом с Ёси. Ноги девушки раскрылись, губы растянулись, приглашая в сокровенную глубину. Монах даже на мгновение забыл, что перед ним демон, так прекрасно было открывшееся ему зрелище. Тем более, с тех пор как он стал монахом, он практиковал только игру на флейте с другими братьями в монастыре, да иногда приходилось расплачиваться за ночлег с вдовами. Такой юной и прекрасной девушки у него не было никогда в жизни. Глаза её были закрыты, но ресницы слегка шевелились, словно Ёси спала и видела сны, прекрасная грудь вздымалась, в розовой манящей раковинке выступили капельки. Её ничуть не портили многочисленные царапины и синяки на теле. Даже наоборот, порождали желание прижать этот драгоценный сосуд к себе, залечить эти раны жаркими поцелуями. Охваченный страстью и похотью монах склонился к ней, и поцеловал заветный бугорок. И тут же закричал от страшной боли, пещерка Ёси раскрылась, словно ненасытная пасть, схватила его за голову. Монах задергался, заскреб ногтями по полу. Когда в комнату вбежала испуганная мать девушки, она увидела лишь как мелькнули ноги монаха, которые втянула в себя страшная пасть между ног. Потом она довольно рыгнула и выплюнула назад череп и кости.

После пасть сказала матери, которая стояла ни жива, ни мертва, что было очень вкусно. Отныне она должна приводить ей по мужчине в день. Иначе она разверзнется и выпустит на город болезни и проклятия. Мать в ужасе побежала к наместнику, упала в ноги, рассказав все без утайки. Наместник в Рюккай был благородный муж, ценитель древних книг и чужой мудрости. Услышав удивительную историю, он задумчиво взялся за бородку и спросил советников, что они думают об этом. Советниками у наместника были ученые мужи, которых звали Сон и Сэй. Сон сказал, что нужно послать в Обитель Благоухающего Аромата, что находится в горах Курарин. Живущие в этой обители послушники и послушницы славились по всему миру, как искусные заклинатели и алхимики. На это Сэй возразил, что путь до монастыря займет не одну луну. Нужно, чтобы господин наместник явился к демону лично. Ведь, как говорят старинные книги, наместник любой провинции, ставленный