Knigi-for.me

От Смоленска до Москвы - Андрей Николаевич Савинков

Тут можно читать бесплатно От Смоленска до Москвы - Андрей Николаевич Савинков. Жанр: Прочее издательство , год . Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте knigi-for.me (knigi for me) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
это было не так уж просто: во-первых, видимо, носитель тела тоже знал мёртвый язык далеко не идеально. Плюс почерк у принцессы — или кто там за неё писал, вполне и такое могло быть — был… Он был далеко не каллиграфический. Впрочем, немного поломав глаза, я всё же сумел приспособиться, и дело пошло быстрее.

Сказать, что Елизавета писала о чём-то очень интересном, — честно говоря, не особо. Большую часть объёма текста занимало просто перечисление всяких придворных событий, слухов, прочей бытовухи, откровенно малоинтересной постороннему. Хотя нашлось даже здесь место «политической части» — скорее её отголоску даже, но не суть — принцесса упоминала Балтику и интерес английских купцов к этому региону, явно шло мягкое прощупывание польских настроений на сей счёт. И опять же, как сильно различалась ментальность польского «двора» и английского, чтобы Сигизмунд всерьёз упоминал как побудительный мотив во внешней политике мнение каких-то там купцов — ни в жизнь не поверю, а тут это упоминается как само собой разумеющееся.

Взял перо — гусиное, с остатками опахала и остро отточенным кончиком — повертел в руках. Именно в этот момент остро захотелось взвыть от безнадёги — я был просто не готов морально всю жизнь писать перьями, ставя бесконечные кляксы и портя бумагу. Недешёвую, кстати говоря.

Кстати, вот и первая идея для прогрессорства: писчее перо, благо был у меня в прошлой жизни период увлечения этим делом, когда мне хотелось казаться более солидным и почему-то перьевая ручка виделась отличным дополнением «образа успешного человека». Бред, конечно, зато примерное устройство самого пера я себе более-менее представлял и мог нарисовать.

Взять какого-нибудь ювелира, и, думается, больших проблем создать перо в металле не будет. Жаль только заработать на этом не получится, слишком уж легко это повторить, но хотя бы собственное бытие получится облегчить, а пока…

Обмакнул перо в чернильницу, расслабил максимально руку, давая наработанной моторике тела совершать привычные движения самостоятельно, и… Поставил кляксу едва ли не первым касанием.

— Твою мать… — Я только выругался от бессилия и закрыл глаза, понимая, что быстро освоить этот навык вряд ли получится…

В итоге на написание одного письма — на пять листов растянуть свои мысли у меня не получилось, пришлось ограничиться тремя, но для этого себя пришлось выжать буквально досуха — у меня ушло добрых два с половиной часа. Времени, с одной стороны, было жалко до слёз, а с другой… А чем ещё заняться в отсутствие привычного интернета под рукой, было решительно неясно.

Вторым письмом, которое требовало срочного ответа, было послание из Варшавы от мачехи реципиента Констанции, которая в отсутствие мужчин оставалась дома «на хозяйстве». Учитывая, что мачеха была старше Владислава всего на семь лет, отношения там, видимо, были сложными, во всяком случае письмо так и сквозило сухостью и официальщиной, да и объём его намекал на то, что написано оно было скорее вынужденно. Потому что так положено.

Ответ мачехе занял уже чуть меньше времени — как-то «синхронизировались», видимо, навыки тела с внедрившимся в него новым сознанием — и на втором послании я клякс и помарок сделал уже гораздо меньше. Ну и писать тут особо нечего было, вероятно, все самые интересные события Констанция и без меня знает.

Закончив «обязательную программу», я перешёл к «произвольной». Отбросил осточертевшее перо — третье подряд, оказалось, что кончики у них очень быстро измочаливаются и требуют замены — и взял другой «писчий прибор». Кусок графита, обмотанный тканью и грубой верёвкой — этакий примитивный карандаш, которым писать длинный текст не очень удобно, но зато делать короткие пометки самое то.

И сейчас, получив немного времени на размышления, мне казалось, что самое время прикинуть расстановку фигур на нашей шахматной доске.

В реале — ну, вернее, в известной мне истории, всё происходящее вокруг тоже выглядело вполне реальным — Владислав был очень близок к тому, чтобы занять трон в Москве. Ему не хватило самой малости — своей партии, которая бы могла помочь сделать последний рывок. Если прикинуть, то кого можно записать в «свою партию» вот так, «на берегу», исходя из общих соображений?

Первыми на ум приходят православные магнаты Литвы, которых всю дорогу давят в Речи Посполитой католики и которые выиграют больше всех от превращения двуединой монархии в «триединую». Даже если юридически и фактически Русь будет отдельным государством, всё равно связи сохранятся очень долго. Жаль только, что православных магнатов в Литве не так много осталось, большинство уже успели перейти в католичество и лютеранство…

С другой стороны, и литвинам-католикам с литвинами-протестантами потенциальный мир с Москвой тоже нужен как воздух. В Речи же Посполитой как всё происходит? Выгоды от войны с Русью приобретают в основном поляки, а основные тяготы ложатся на литвинов. Именно литовские города и сёла попадают под удар, когда русские войска совершают набеги, именно их территории разоряются, гибнут воины, хиреет торговля и так далее. Спокойная восточная граница — это такая морковка, ради которой литовская часть двуединого государства вполне может взять на себя какие-то обязательства.

И тут вопрос: какие? Что мне нужно, чтобы поменять историю в этой точке бифуркации? На первый взгляд ответ очевиден: деньги и солдаты, но на практике, конечно, всё сложнее… Для начала нужно собственного папеньку убедить, что не нужно быть сильно жадным и лучше съесть маленький кусочек, чем подавиться большим. Возможно ли это вообще, учитывая фигуру Сигизмунда? Ну это еще придется выяснить…

— Ваша королевская милость, время занятий с саблей, — внутрь шатра, вырвав меня из размышлений, вошёл Казимир и принял выжидательную позу, всем видом выражая готовность исполнять приказы молодого хозяина.

Я бросил взгляд на лист бумаги, по которому в процессе размышлений автоматически водил «карандашом»: кружочки, стрелочки, надписи, посреди с большом круге слово «Москва» с тремя восклицательными знаками и одним знаком вопроса… Такое лучше никому не показывать, я собрал все свои бумаги, сунул в шкатулку, закрыл на ключ и двинул за слугой.

Глава 3

Уже упоминавшийся учитель Михаэль, который жаловался отцу на нерадивость Владислава в деле овладения воинскими науками — насчёт того, являются ли фехтование и верховая езда науками, тут, конечно, можно поспорить, но не суть важно — оказался невысоким полноватым живчиком с не сходящей с лица лёгкой задумчивой полуулыбкой. Как будто он знал о каждом окружающем его человеке какую-то скабрезность, но при этом как бы прикидывал, рассказать о ней другим или нет.

Богатые, торчащие в разные стороны усы, дорогой жупан, шитый серебром пояс. Другие обращались к нему «пан Ломницкий», что странным образом контрастировало с немецкой формой имени «Михаил». Почему «Михаэль», если поляки обычно использовали


Андрей Николаевич Савинков читать все книги автора по порядку

Андрей Николаевич Савинков - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки kniga-for.me.

Все материалы на сайте размещаются его пользователями.
Администратор сайта не несёт ответственности за действия пользователей сайта..
Вы можете направить вашу жалобу на почту knigi.for.me@yandex.ru или заполнить форму обратной связи.