Knigi-for.me

Водитель полуторки 3 - Андрей Вершинин

Тут можно читать бесплатно Водитель полуторки 3 - Андрей Вершинин. Жанр: Прочее издательство , год . Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте knigi-for.me (knigi for me) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Учёта.

Учёт увидел караван и остановился, поднял голову, вытянул шею и поставил уши. Колька и не знал, что у Учёта уши встают. Встали.

Караван тоже увидел Учёта. Передний верблюд сбился с шага, за ним второй, колокол дёрнулся и смолк, и старик на ослике проснулся. Десять верблюдов смотрели на одного, а один смотрел на десять.

У них было по одному горбу.

У всех до единого. Шерсть у них была короткая, рыжая и гладкая, ноги длиннее, да и сами они были тоньше. Рядом с ними Учёт смотрелся как ЗИС рядом с легковушками: косматый, тяжёлый, в клочьях зимней шерсти, с двумя горбами.

Рота смотрела, а Лукич смотрел дольше всех. Он сосчитал на пальцах верблюдов, потом горбы, потом снова верблюдов.

— Десять верблюдов, — сказал он. — Десять горбов. У нас один верблюд. Два горба.

Он помолчал.

— У них учёт вполовину, — сказал Лукич обиженно, за них. — Вполовину, Батя. Второго не додали. На складе зажали.

Рота засмеялась: Сидоренко сел на землю, Кравчук держался за усы.

Старик на ослике не смеялся. Он слез, подошёл близко и медленно обошёл Учёта кругом, как Фомичёв обходил Захара. Потрогал шерсть, посмотрел зубы, и Учёт это позволил, не плюнул.

Старик сказал что-то длинное и уважительное и показал на север, на горы и дальше гор.

— Что он? — испуганно спросил Стёпка, держа верёвку двумя руками.

Равиль послушал и нахмурился, потому что понял только половину. Старик говорил не по-персидски, а по-тюркски, как говорят в тех же местах, откуда Гаджиев.

— Говорит, такие с той стороны, — сказал Равиль. — С нашей. Из степи. Говорит, сильный. Холода не боится. Говорит… — он послушал ещё, — говорит, продай.

Стёпка встал между стариком и Учётом, как тогда на пароходе, и расставил руки.

— Скажи ему: нет, — сказал он. — Скажи: он на учёте. По бумаге. Единица запасная.

Равиль сказал, как смог. Старик выслушал и посмотрел на Стёпку, на его расставленные руки, на Учёта, торчавшего над Стёпкиной ушанкой.

И засмеялся, беззубо и добро.

Он полез за пазуху и достал что-то маленькое и синее: стеклянную бусину на шнурке, с белыми точками, похожую на глаз. Протянул Стёпке и показал на Учёта, на шею.

— Это от глаза, — сказал Равиль. — От дурного. У нас тоже такие вешают. Старухи.

Стёпка взял бусину, посмотрел на неё, потом на Кольку.

— Как у Захара, — сказал он. — Глаз.

Он привязал бусину Учёту на шею, низко, под горлом, и долго завязывал двойным узлом, чтобы не сползла.

Старик кивнул, сел на ослика и тронул. Караван пошёл, колокол снова загудел, и десять верблюдов прошли мимо, и каждый повернул голову и посмотрел на Учёта.

Учёт смотрел им вслед долго, пока колокол не стих. Потом повернулся к Стёпке и положил ему на плечо голову, такую тяжёлую, что Стёпка присел.

— Тоскует, — сказал Кравчук.

— Не тоскует, — сказал Лукич. — Считает. Сколько им не додали.

На базар Лукич пошёл сам.

Поезд на юг был только через сутки, и роту никуда не пускали: сидеть в сарае, не выходить, не разговаривать, так сказал комендант. Потом он посмотрел на Учёта и добавил, что верблюда на улицу не выводить, потому что про караван уже знал.

Лукич сходил к Синицыну, поговорил с ним и вернулся.

— Разрешил? — спросил Колька.

— Сказал: а я не вижу, как вы уходите, Пантелей Лукич. Я в другую сторону смотрю. — Лукич покачал головой. — Растёт парень. Пошли, Батя. Для солидности.

Он взял вещмешок, в котором лежало что-то небольшое и угловатое.

Базар был под крышей.

Колька думал, что базар — это площадь с телегами, как в райцентре до войны. А тут оказался целый город под городом: кирпичные своды, длинные улицы, узкие и тёмные, и свет падал сверху, из дыр в куполах, столбами, и в этих столбах стояла пыль.

И запахи. Колька задохнулся. После двух лет бензина, масла, пороха и портянок — вот это: корица, тмин, что-то жёлтое и кислое, кожа, овчина, горячий хлеб, розовое масло, керосин и медь, которую ковали тут же, за поворотом, в десять молотков сразу, как будто десять дедов Кондратов клепали косы.

Лукич шёл и не смотрел по сторонам.

Смотрел, конечно, и всё время, но так, чтобы этого не было видно, как дед Кондрат не смотрел на бочку. Научился.

В конце третьего ряда Лукич остановился.

Лавка была маленькая, просто ниша в стене, и в нише стояли открытые мешки. В мешках был изюм, рыжий, чёрный и зелёный, прозрачный и мелкий, были орехи, сушёные абрикосы и чай, чёрный, в коробках, в жестянках и просто так, кучкой.

В нише на коврике сидел старик, не тот, что с караваном, а другой, сухой, с рыжей бородой. Что борода крашеная, хной, Колька понял не сразу. Старик пил чай вприкуску из узкого стаканчика с талией, держа за щекой кусок сахара.

На Лукича он не посмотрел, Лукич на него тоже.

Лукич смотрел на свод, на дыру в куполе, на столб света. Потом медленно снял ушанку, пригладил волосы и надел ушанку обратно.

— Жарко, — сказал он, не старику, а вообще.

Старик попил чаю.

— Жарко, — сказал он по-русски, с акцентом, но чисто.

Колька чуть не обернулся, а Лукич даже бровью не повёл, как будто знал. А может, и знал: может, потому и остановился, что услышал что-то, пока шёл. Лукич слышал на базарах так же, как Колька слышал моторы.

Старик поставил стаканчик и хлопнул в ладоши. Из-за занавески вышел мальчишка лет десяти с подносом, а на подносе стояли два стаканчика, как будто знали заранее.

— Садись, — сказал старик. — Солдат.

— Старшина, — сказал Лукич и сел.

Старик посмотрел на его погоны и уважительно кивнул.

— У нас были такие, — сказал он. — У казаков. В Тавризе. Когда я молодой был. До вашей революции.

— У нас тоже были, — сказал Лукич. — У фельдфебеля. В селе.

И началось.

Колька сперва стоял у лавки, потом сел на каменную ступеньку, потом ему тоже принесли стаканчик, потом второй, потом сахар, а потом изюм в блюдечке, просто так, не на продажу, а в угощение.

А они всё говорили. Говорили про Тавриз и про Баку. Старик до революции возил сухофрукты в Баку, и в Астрахань, и однажды даже в Нижний, на ярмарку, оттуда и русский.


Андрей Вершинин читать все книги автора по порядку

Андрей Вершинин - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки kniga-for.me.

Все материалы на сайте размещаются его пользователями.
Администратор сайта не несёт ответственности за действия пользователей сайта..
Вы можете направить вашу жалобу на почту knigi.for.me@yandex.ru или заполнить форму обратной связи.